Префект
Шрифт:
– Без малейших сомнений, – ответила Талия.
Дрейфус поднял голову и увидел, как через перегородку проходит старший префект Гаффни. Том лежал на нарах, а тут сел, тщетно пытаясь определить, как давно у него был последний посетитель. Вопреки усталости, страху и кислому привкусу во рту, он улыбнулся.
– Спасибо, что навестили меня. А то я гадал – когда вы заглянете?
Гаффни вошел, и перегородка заблокировалась.
– У вас разговорчивое настроение. Посмотрим, надолго ли его хватит.
Дрейфус пальцем
– Кот явился терзать мышь, пока никто не видит?
– Ошибаетесь. Я пришел допросить вас с официального разрешения «Доспехов». Бодри лично благословила меня.
Дрейфус посмотрел, что принес с собой Гаффни.
– Полевого трала нет, – отметил Том. – В чем дело? Опасаетесь, что он раскроет секреты, которые вы так ревностно храните?
– И снова ошибка. Сомневаюсь, что он вытянет достоверные сведения, которые нам срочно нужны. Дрейфус, на Блистающем Поясе кризис. Вопрос в том, играете ли вы в нем активную роль или уничтожили пленницу за косой взгляд в вашу сторону.
– Говорят, мы потеряли «Всеобщее голосование».
– Какая жалость. На борту были толковые молодые префекты.
– И старший префект Майкл Криссел.
– Погибнуть в борьбе за благое дело – не самый худший вариант.
– Значит, главное – благое дело? По крайней мере, для вас. Шеридан, я следил за вашей карьерой. Знаю, что придает вам силы. Вы самый бескорыстный из знакомых мне префектов. Безопасность Блистающего Пояса для вас – воздух, еда и вода. Обеспечение безопасности вы считаете своей задачей номер один.
– Ну, вам виднее, – проговорил Гаффни, удивленный щедрой похвалой.
– Да, конечно, мне виднее. Вы машина, Шеридан. Вы заводная игрушка, робот, запрограммированный на одну функцию. Благое дело поглотило вас целиком. Кроме него, вы ничего не знаете, не умеете и не хотите.
– По-вашему, безопасность не важна?
– Важна, очень важна. Проблема в том, что для вас безопасность перекрывает все остальное. Вы совершите любой проступок, перейдете любую черту, если почувствуете, что драгоценная безопасность «Доспехов» под угрозой. Пройдемся по списку, ладно? Убийство свидетельницы. Предательство по отношению к сослуживцам. Сейчас еще пытка добавится. И это лишь начало. Шеридан, что у нас дальше? Полномасштабный геноцид?
– Моя цель та же, что у любого префекта, – сохранить жизнь, а не уничтожить ее.
– Наверное, ваше извращенное мировоззрение так все и представляет.
– В моем мировоззрении, Том, ничего извращенного нет. – Гаффни постучал пальцем по виску. – Прости, мы же теперь на «ты» и по именам друг друга называем? Недаром ты обиделся, когда я обратился к тебе по имени. Сукин сын – так, кажется, оно звучит.
– Как тебе угодно, Шеридан.
– Том, ты неправильно меня понял. Это ты у нас без сюрпризов не можешь. Не я приволок на «Доспехи» паучью самку. Не я позволил ей рыться в нашей секретной информации. Не я убил ее, осознав свой промах.
– Рано или поздно выяснится, что я не убивал Клепсидру.
– В твоем личном отсеке обнаружили половину ее тела. Не телепортировано же оно туда.
– Может, Клепсидра сама туда пришла,
– Нет, она не пришла. Эксперты нашли следы ее тканей в пузыре для допросов. Клепсидру убили там. Убили, а убрать за собой не потрудились. Впрочем, ты сам все знаешь, да?
– Как же я тайком от тебя переправил Клепсидру из допросного пузыря к себе в отсек?
– Отличный вопрос. Надеюсь, ты на него ответишь.
– Если бы я хотел незаметно переместить труп, а также скрыть свое пребывание в пузыре, проще всего было занять должность начальника Службы внутренней безопасности. Но кто у нас начальник охраны – я или ты?
– Зачем мне убивать главную свидетельницу?
– Затем, что она могла нащупать Аврорины слабости и подсказать нам, как ее уничтожить.
– Вот! – Гаффни ткнул пальцем в Дрейфуса. – Опять это имя.
– Шеридан, чем она тебя взяла?
– Ладно, разминка закончена, – со скучающим видом объявил Гаффни.
– Сейчас ты меня убьешь, – предположил Дрейфус.
– Том, я лишь применю к тебе методы выкачивания информации. Ничего такого, что не лечится временем и отдыхом.
– Сам же понимаешь, выкачивать из меня нечего. Я не стану признаваться в преступлениях, которых не совершал.
– Давай просто проверим, что выкачается, ладно?
– Я понял! – проговорил Дрейфус. – У тебя другого выхода нет, так? Я должен погибнуть при допросе. Потом придется объяснять, но ты уже все продумал. Что станет причиной? Неправильная работа хлыста? Говорят, есть претензии к качеству модели «В».
– Не болтай ерунду. – Гаффни отстегнул и активировал хлыст-ищейку. – Я пришел допросить тебя, а не убивать. Как можно? Я не мясник.
Гаффни позволил ищейке вытянуть хвост и адаптироваться к полу камеры, потом отпустил его. На миг хлыст застыл на месте, лишь рукоять с красным лазерным глазком повернулась к Дрейфусу. Потом хлыст двинулся вперед: хвост с шорохом змеился по полу, рукоять наклонилась, как голова кобры.
Дрейфус понимал: бежать некуда, прятаться негде. Но он все же прижался к стене, забравшись с ногами на нары, словно в этом закутке мог спастись от рыщущего устройства.
Гаффни сложил руки на груди.
– Том, что да как, ты знаешь. Сулить приятные ощущения бессмысленно. Быстренько скажи мне все, что нужно, и покончим с этим. Зачем ты убил Клепсидру и как переправил труп к себе в отсек?
– Это ты убил, а не я. Когда я уходил, Клепсидра была жива.
Хлыст-ищейка скользнул на нары, но положение рукояти не изменилось. Красный свет лазера заставил Дрейфуса прищуриться и закрыть глаза рукой. Хлыст приблизился, Том расслышал писк электроники. Он сильнее вжался в угол и подтянул колени к груди. Хлыст все наступал, тупой конец его рукояти оказался на расстоянии ладони от лица Дрейфуса. Яркий свет вкупе с писком вгоняли в транс. Дрожащие пальцы не помешали увидеть, что хвост вытянулся кверху и завернулся. Дрейфус понял: сейчас хвост его обовьет. Захотелось схватить его, пока не скользнул за спину. Только холодный рассудок подсказывал: толку не будет, а вот пальцам очень не поздоровится.