Превозмоганец-прогрессор 8
Шрифт:
Наступление на Лойма всё ещё более многочисленные ригасцы при появлении гирфельских кавалеристов не прекратили, а лишь развернули часть отрядов навстречу врагу.
И это Егоров посчитал фатальной ошибкой старых генералов. Даже то, что Римм Зорн ещё не привёл свою конницу, не оправдывало командиров противника. Им в любом случае надо было, если подходить к делу с умом, выводить войско на перегруппировку и занятие более выгодной позиции.
Только попрекать генералов Фермира или Нарвера, или обоих разом, за такой просчёт Игорь разумеется не
Его спешенные кавалеристы растянули строй для атаки не только с юга, но и частично с востока, перекрывая направление на вражеский лагерь.
Удар по не успевшим до конца перегруппироваться ригасцам оказался мощным. Игоревские вояки сразу же смяли первые две-три шеренги, кого-то убив, кого-то просто опрокинув. Но сзади ригасцев уже начинали подпирать спешащие им на подмогу боевые товарищи, и вскоре противник организовал сильную плотную фалангу, которая начала отбрасывать более жидкий строй гирфельцев.
И без указаний маршала его артиллеристы сообразили перенести стрельбу своих онагров, разведённых по краям батальона, на фалангу противника.
Четыре ядра, удачно влетевшие в самый центр плотного скопления врагов, заставили тех ослабить нажим. И всё же боевая обстановка у полковника Битнига складывалась весьма непростой.
Особенно досталось правому крылу его полка, вышедшему к вражескому штабу, при котором оказался чуть ли не десяток иск-магов, Огнешарами проредившими седьмую и девятую сотню.
— Друзья, — обратился Егоров к сопровождающим одарённым, — Езжайте вперёд. Там ваша помощь лишней не будет. Я что-то непонятное сказал? — уточнил он, увидев, что те даже не дёрнулись.
— Наша мудрая государыня категорически запретила тратить свои резервы на что-либо иное, кроме как на Лечение для тебя. Когда потребуется.
— Да? А про ваши мечи она ничего не сказала? Тогда выполняйте её и мой приказ одновременно — не тратьте магию, рубите врага клинками, вы и это умеете, — уже договаривая, землянин подавил в себе вспышку накатившей злости. Глупо злиться на людей, выполняющих указание правительницы. Игоря передёрнуло, как только он представил, что добрая Латана сделает с этой парой иск-магов, если с ним случится что-нибудь фатальное, — Отставить! Оставайтесь со мной.
— Маршал…
Начавшего что-то говорить старшего из одарённых перебил сержант.
— Генерал Римм на подходе, — сообщил он.
Появление новых гирфельских полков заставило ригасцев прекратить натиск на батальон дружинников и развернуться все своей массой на взявших их в полукольцо спешенных конников.
Теперь уже Игоревым полкам пришлось пятиться под напором всё ещё более многочисленного врага, хотя к данному моменту ригасцы потеряли почти тысячу бойцов убитыми и тяжело ранеными. Их трупы не только устилали землю, но и плыли по Нуже.
Маршал примерно посчитал и свои потери. За короткое время его отряды лишились около двух сотен бойцов, и иск-маги противника сыграли в этом немалую роль. Впрочем, гирфельские одарённые от своих коллег не отставали.
Давление феодальных дружин Ригаса продолжало нарастать, несмотря на умелые действия гирфельцев и успешную стрельбу метателей.
Дуга из отрядов Игоря и Римма начинала пятиться всё сильнее, а в двух местах уже наметились прорывы.
Когда между спинами последних рядов ригасцев и кромкой Нужи образовалось пространство шириной до ста метров, стоявший на противоположном берегу батальон расступился и в образовавшуюся брешь устремились латники приарского полка.
В поднятых лошадьми на броде брызгах воды конная лава смотрелась эффектно. Особенно выделялись оба графа, лично возглавивших атаку.
— Красавцы, чё, — оценил вид своих соратников попаданец.
— Господин? — Лепестку показалось, что граф обратился к нему.
— Всё нормально, сержант, — Игорь улыбнулся, — Стоим и смотрим вторую часть Марлезонского балета.
Глава 23
Трофеи для графа Приарского не представляли особого интереса. В самом деле, он только на продаже какой-нибудь мелочи вроде чернильниц-непроливаек мог за год заработать больше, чем вся добыча, полученная в результате сражения на реке Нуже, включая перспективу выкупных сумм за попавших в плен ригасских дворян.
В руках гирфельцев оказалось больше трёх сотен представителей благородного сословия, в том числе и оба генерала, оказавшихся желчными и злыми. Или на них так поражение подействовало? Однозначного ответа на этот вопрос у землянина не имелось, да ему, по большому счёту, на характер побеждённых наполеонов было наплевать.
Зато Егоров искренне порадовался захваченным возле вражеского лагеря двум стадам свиней по сотне с лишним голов в каждом, трём большим отарам овец и пяти десяткам быков. Вкупе с продовольствием и фуражом, находившихся в самом бывшем стане противника, полученная добыча снимала необходимость доставки через портал огромного количества грузов для прокорма людей и коней.
И всё-таки поучаствовать в склоке владетелей при дележе трофеев Игорю пришлось. Правда, лишь краем, и то, не корысти ради, а только, чтобы высокородные хапуги не забыли про свою сюзереншу.
Ужин, а точнее торжественный пир подходил к концу, когда лица всех графов и обеих графинь налились яркой краской от радости победы, злости из-за недовольства жадностью коллег и употребления достаточно большого количества вина.
Любой из присутствовавших, кроме маршала Приарского, мог использовать на себя магию Лечения, но не испытывал в этом желания. Довольство, раздражение и вино смешались в равной степени, и владетели чувствовали себя вполне нормально.
Из штабного шатра члены совещания расходились ещё до наступления темноты. Надо было посмотреть, как устроилось войско на бивак, и с утра предстоял ещё один марш, на этот раз к Дугаю.