Приезжий
Шрифт:
Она осеклась и изумленно посмотрела на меня.
– А что, я должен по этому поводу рвать на себе одежду? – забавляясь, продолжал я. – Машина, по вашим словам, цела. А если этот вор стащил магнитолу, так что же, мог и целиком машину угнать.
– Поверьте, это для нас настолько необычно, что... я даже не припомню, чтобы такое случалось, – Ирина еще больше разгорячилась, видно, ее задело за живое. – Охрана дежурит круглосуточно, спрятаться негде. Вообще не понимаю, что этому придурку там понадобилось.
– Его охрана засекла? – как можно небрежнее поинтересовался я.
– Да. И еще уборщик
– Ладно, черт с ним. В любом случае, претензий у меня к вам нет. Есть просьба.
Она вопросительно посмотрела на меня. И, по-моему, игра стоила свеч.
– Просьба не очень обременительная. Хочу пригласить вас вместе поужинать. Сегодня, или в какой-нибудь другой день, когда сможете.
Она явно заколебалась.
– Хорошо. Но сегодня я занята. Мы можем пообедать завтра.
– Значит завтра. Когда и где?
– Подъезжайте к трем на угол Волгоградской и Столичной, я там буду.
– Трижды благословен будь этот угонщик. Если бы его не было, нужно было его выдумать, – думал я, выходя из стеклянных дверей. Неподалеку, опершись на лопаты, оживленно о чем-то разговаривали двое в оранжевых комбинезонах. Справедливо рассудив, что болтают они об этом случае, я подошел к ним.
– Кто из вас этого придурка видел, который решил мою машину угнать?
– Я, – неохотно признался сутулый тощий субъект. Выглядел он лет на пятьдесят.
– Держи, – я сунул ему пятидесятирублевую купюру – рассказывай.
Субъект сразу повеселел.
– Я дорожку от снега чистил. Там, рядом со стоянкой. Смотрю – тень вроде рядом с машиной возится. С серым БМВ рядом. А эти около будки вдвоем стоят, и курят. Отвернулись, и смолят, значит. Я им и крикнул, что мол, кто это там машину курочит. Ну они и обернулись, «стой» кричат. А этот хмырь через ограду сиганул и удрал, зараза. Если чего украли, это с них надо требовать, с мордастых этих. У них работа какая – за стоянкой следить не отворачиваясь, а они на меня матюгами.
Уборщик умолк и простуженно засопел. Видно, крепко обиделся на охранников.
– Ладно. Молодец, – осчастливив его таким образом, я отправился слушать версию охранников.
Как и следовало ожидать, в изложении охраны эта история выглядела так: Выйдя покурить, один из них заметил рядом с машинами какого-то парня. Позвав напарника, он попытался догнать этого подозрительного типа, но не догнал, потому что от стоянки им далеко отходить запрещено.
Морды, кстати, у них были действительно знатные. Кивнув, а что еще с них взять, я пошел оценивать ущерб.
Опаньки, как любит говаривать мой знакомый музыкант Сева – а ущерба-то и нет. То есть все-все цело. Музыкалка вся на месте, «беретта» Коляна в бардачке. Вроде ничего ценного больше и не было. Интересная получается история.
Ну-ка мы посмотрим под сиденьем и за ковриком, в пепельницу заглянем, не поленимся.
– Паранойя у тебя, сыщик, – тихо бормотал я сквозь зубы, обшаривая заднее сиденье – прав Приятель, съезжаешь ты с катушек потихоньку. Та-а-к. А это что тут у нас?
В углу бардачка обнаружился небольшой – грамм на пятьдесят, невинного вида целлофановый пакетик. Тут я не сдержался и выругался уже серьезно, с красочными отступлениями. Можно было даже не проверять, я наверняка знал, что там внутри. Героин, грязный
Отыскав в кармане сиденья «Плэйбой» – Колян любитель такого чтива – я безжалостно разорвал его на страницы. Глянцевая бумага плохо подходила для моих целей, но на безрыбье, как говорится, пойдешь и на мясо. Соорудив с помощью галстука плотный пакет из обернутых листами бумаги пистолета и целлофана с порошком, я вылез из машины, чтобы сказать охране, что ничего не пропало. Вздохнули они с облегчением. Близнецы придурочные.
Тут я внутренне еще раз выругался, на этот раз на себя.
– Давно это было-то? – спросил я у переминающихся охранников. Получив в ответ расплывчатое: «С час», я отправился в сторону комплекса, у самого здания свернул и по узенькой очищенной тропке добрался до ограды. За оградой начинался лес. Я огляделся – метель надежно скрывала все, что находилось дальше пятнадцати метров. Перелез через ограду, и поблагодарил бога за то, что морозы последнее время были не слишком суровые – тонкий слой снега был еще рыхлым, а листва под ним еще совсем не промерзла. Надежно устроив сверток в ямке под приметным деревом, я забросал его листьями, а потом снегом. Метель доделает все остальное.
Снова перебрался через ограду, долго вытряхивал снег, набившийся в ботинки. Вернулся на стоянку, посидел минут пять, отогреваясь у включенной печки. Потом поехал домой.
Меня, конечно, перехватили. Как я и предполагал. Лейтенантик ГИБДД лениво махнул жезлом в сторону обочины. Как законопослушный гражданин, я затормозил и выкатился на обочину. К машине неторопливо подошли трое – давешний лейтенант и двое в милицейской форме, с автоматами.
– Лейтенант Козырев, – представился ГИБДДшник – права, пожалуйста, и техпаспорт.
– Без проблем, – я полез в бардачок – а что, командир, я что-нибудь нарушил?
Взяв документы, лейтенант долго молча рассматривал права и доверенность. Потом махнул рукой:
– Выйдите из машины.
Я пожал плечами, но из машины вылез. Автоматчики держали меня на прицеле, а от поста уже спешил кто-то с собакой на поводке.
– Встать к машине, руки на крышу! – это уже автоматчики. Профессионально обшарив меня, нашли пистолет. А еще мою лицензию и разрешение на ношение оружия. Это, похоже, их разочаровало.
Посмотрев минут пять, как они перетряхивают машину чуть ли не по частям, я испытывал смешанное чувство удовлетворения и злорадства. Кто-то, понадеявшись использовать наверняка купленных людей в милиции, крупно облажался. Машина чистая, собака ничего не учуяла, документы в порядке. А уж Макаров выяснит, кто там у них ориентировку на меня выдал. Мне это не нужно, ну, или почти не нужно, а Макарову пригодится.
Милиционеры, скрепя сердце, вернули мне оружие и документы. Лейтенант произнес сакраментальное: