Прима
Шрифт:
— Шшш, я держу тебя, — прошептал я ей в волосы. — Мы пройдем через это вместе.
Я не был уверен, что она действительно способна воспринять мои слова, но я почувствовал, как ее тело обмякло, позволяя мне поддержать ее, когда она прижалась щекой к моей груди. Я зацепил ногой стоящий рядом стул и подтащил его к нам. Сев на него, я устроился так, чтобы ждать столько, сколько потребуется, нежно поглаживая рукой спину Клары и молясь, чтобы она вспомнила, что, как бы ни была она крошечна и нежна, у нее есть
Я даже не представлял, сколько времени прошло, когда Клара наконец-то села. Проведя ладонями по лицу, она сделала дрожащий вдох, затем еще один.
— Спасибо, — сказала она.
— Не стоит благодарности, — заверил я ее, покачав головой. — Никогда между нами. Хочешь что-нибудь выпить?
— Нет… вообще-то, да, — сказала она. — Воды было бы неплохо.
— Ты будешь в порядке, пока я не вернусь? — спросил я, жалея, что не предложил ей то, чего у меня не было под рукой.
— Я буду в порядке.
Встав, я повернулся, чтобы усадить ее в кресло, а затем зажал ее лицо ладонями. — Я вернусь так быстро, как только смогу.
— Хорошо, — сказала она, одарив меня дрожащей улыбкой.
Я поцеловал ее в губы, а затем отправился на поиски ближайшего торгового автомата. Если и было что-то хорошее после бесчисленных часов, проведенных в этой больнице, так это то, что я знал здесь каждый сантиметр. Я пытался заставить автомат проглотить мою долларовую купюру, когда зазвонил телефон. Проведя пальцем по экрану, я зажал его между плечом и ухом.
— Волков, — сказал я, доставая из бумажника вторую долларовую купюру, когда первая в третий раз была выплюнута обратно.
— Ты где?
— В больнице, — так же резко ответил я.
— Ты ранен?
— Да!
— Что?
— Нет… подожди секунду. — Я сказал "да", потому что новая что новая купюра подошла, и я теперь мог нажать кнопку, чтобы достать бутылку воды для Клары. Я не хотел сбивать Юрия с толку, но было довольно показательно, как он одним словом превратился из взбешенного козла в заботливого младшего брата. Взяв воду, я убрал бумажник и переложил телефон в руку.
— Так, я здесь, — сказал я, начиная вкратце рассказывая ему о том, что происходит. — Я еще не был у врача, поэтому не знаю точно, каков прогноз для ее бабушки, но похоже, что он не очень хороший.
— Ну, пиздец, — сказал Юрий. Я уже собирался пожурить его, но тут он добавил: — Передай Кларе, что мне очень жаль. Надеюсь, ее бабушка поправится.
— Передам, — сказал я, даже немного гордясь им. — Эй, зачем ты вообще мне позвонил? Сегодня вечер пятницы. Я думал, у тебя горячее свидание с тем официантом из "Монти".
— Да, но мне поступил странный звонок, о котором ты, наверное, захочешь узнать.
— Хорошо, но это может подождать? — спросил я, завернув за последний угол и увидев, что стул, на котором я
— Конечно, наверное, — сказал Юрий. — Все равно, наверное, ничего страшного. Еще раз передай Кларе, что все здесь будут переживать за ее бабушку. Поговорим позже.
— Позже, — без раздумий ответил я, убирая телефон обратно в карман. Что бы это ни было, оно могло подождать. У меня было гораздо более насущное дело. Куда пропала Клара? Подойдя к креслу, я услышал голоса, доносившиеся из комнаты, за дверью которой мы ждали.
— Вы уверены?
Это был голос Клары, и это было все, что мне нужно было услышать, чтобы протиснуться в дверь. Даже когда какой-то врач в синем халате повернулся, чтобы, без сомнения, приказать мне покинуть палату, я подошел к Кларе, передал ей бутылку с водой и обнял за талию.
— Я с ней, — сказал я тоном, не терпящим возражений.
На ламинированном удостоверении, прикрепленном к поясу, он значился как доктор Харпер, хотя фотография на пластике изображала гораздо более спокойного человека. Этот выглядел так, словно у него был очень тяжелый день. Я надеялся, что это не означает, что он не в состоянии позаботиться о женщине, которая быстро завоевывала мое сердце.
Кивнув мне, он продолжил начатое. — Да, я уверен. Обморок вашей бабушки никак не связан с ее состоянием. Она даже не начала принимать лекарство в рамках испытания, так что это тоже не может быть связано. Проведенные нами анализы показывают, что у нее не было ни инсульта, ни инфаркта.
— Тогда почему она потеряла сознание? — спросила Клара.
— Самое большее, что мы можем сказать, это то, что ее кровяное давление упало до минимума, когда она стояла. Вы сказали, что собирались ужинать?
— Да. Мы сделали заказ, но наше блюдо еще не принесли. Ба… то есть моя бабушка, даже не успела откусить первый кусочек печенья, как встала и пошла в туалет. Следующее, что я помню, это то, что она лежала на полу.
— Вы сказали врачам скорой помощи, что она пережила сильный стресс? — заметил доктор Харпер.
Взгляд Клары метнулся ко мне и так же быстро ушел в сторону. Черт возьми, неужели визит в мой театр был слишком сильным для Ольги? Она выглядела немного уставшей, но вполне счастливой.
— Да. Я имею в виду, что в последние несколько лет жизнь была довольно напряженной. Но все налаживалось до сегодняшнего дня, когда…
Клара прервалась, и я уже собирался подтолкнуть ее к продолжению, когда дверь распахнулась и в комнату вошла санитарка на больничной койке. Я с облегчением увидел на ней Ольгу и еще больше обрадовался, когда она улыбнулась мне. Может быть, она и была немного шаткой, но это в значительной степени ослабило тот страх, который нарастал во мне с момента звонка Клары.