Приманка
Шрифт:
Ноэль бросился вперёд, через улицу, пробираясь сквозь цепочку медленно ползущих автомобилей. Он выскочил под колёса такси, которое резко затормозило, и он едва не споткнулся. Сердце неслось вскачь, но ему было всё равно. Он должен сравнять счёт.
Присцилла снова вела свою коляску к углу. Неужели она не видит перед собой этого громилу?
Перед Ноэлем проскользнула ещё одна машина, вставая бампер к бамперу с другой. Ноэль перемахнул через них, упираясь одной рукой в капот, а другой в багажник.
Когда он добрался до тротуара, Зак уже заметил Присциллу. Второй покинул свой пост у витрины и теперь бежал к ней.
Ноэль
Зак, казалось, сомневался, что делать: кидаться вперёд или догонять Присциллу. Ноэль решил сделать выбор за него.
Тот, который упал, теперь поднимался на ноги. Женщины отступили в сторону, прячась в дверном проёме. Они отряхивались и что-то встревожено говорили. Ноэль развернулся, минуя женщин, бросился обратно и умело пнул громилу в грудь — тот как раз пытался восстановить равновесие. Он снова растянулся на земле с громким стоном. Женщины закричали.
Ноэль обернулся и увидел Зака, который, отбросив сомнения, уже бежал к нему. За его спиной, на углу, Присцилла возилась с почтовым ящиком, пытаясь пропихнуть в щель явно слишком толстую посылку. Она отправляет конверт ему! Играет наверняка.
Ноэль развернулся и со злостью вмазал первому громиле ногой, метя ему в лицо и жалея, что не надел сегодня ботинки потяжелее. Потом Зак оказался у него за спиной, схватил его за руку. Ноэль был готов к нападению. Он позволил отвести свою руку назад, быстро развернулся, раскрытой ладонью ударил Зака в подбородок, буквально отрывая его от земли — он видел, как Маквиттер учит Эрика этому трюку на вилле в Хэмптонс. Следом он всадил кулак Заку в живот, чувствуя, как сокращаются мышцы пресса, словно от удара током. Зак отлетел назад. Но его друг уже опять поднялся на ноги. Ноэль низко наклонился и качнулся в сторону, плечом сбивая его с ног и швыряя в витрину, которая с громким грохотом разлетелась вдребезги.
Удовлетворившись нанесённым ущербом, Ноэль отскочил назад и метнулся на середину улицы, в поток машин, выкрикивая оскорбления и надеясь отвлечь их внимание от Присциллы. Если понадобится, он снова бросится на них. Вокруг него со всех сторон сигналили машины.
Он вскинул взгляд и увидел Присциллу, которой, наконец, удалось пропихнуть конверт в ящик: она остановила такси и теперь пыталась втолкнуть коляску на заднее сиденье. Ребёнок рыдал. Она оглянулась.
Зак бросился к ней.
Ноэль рванулся к нему, вскакивая на капот медленно ползущего «шевроле», водитель ударил по тормозам. Ноэль слышал, как позади, в продвигающемся рывками потоке, пошла цепная реакция: заскрежетали тормоза, загудели клаксоны. Зака он не достал, зато напарник Зака схватил его. С каким-то ликованием Ноэль нагнулся, пригибая голову, и изо всех сил боднул противника, впечатывая его в стену.
Выпрямившись, он обернулся к углу и увидел, как дверь такси захлопывается у Зака перед носом. Такси унеслось прочь, а перевёрнутая коляска так и осталась на тротуаре.
Ноэль ещё раз пересёк Пятьдесят седьмую улицу, укрываясь в фойе кулинарии «Вольфа». Через окошко при входе он посмотрел назад. Зак помогал своему
В потоке машин, двигающихся на запад, остановилось такси. Придётся рискнуть. Пригнувшись, он выскочил из фойе и сумел забраться в такси, не попадясь им на глаза.
Они его так и не заметили, продолжая спорить. Такси остановилось на светофоре. Ноэль молился, чтобы его не увидели. Заперев обе двери, он откинулся назад.
Когда такси, наконец, двинулось с места, он оглянулся и посмотрел назад. С южной стороны улицы, на углу с Шестой авеню, собралась толпа. Громил нигде не было видно. Пока он всматривался в пешеходов, сменился сигнал светофора, толпа поредела, и Ноэль получил возможность понаблюдать за редким зрелищем: как двое взрослых мужчин яростно втаптывают крошечную детскую коляску в размягчённый жарой асфальт на авеню Америк.
8
Когда конверт с кассетой не пришёл и на третье утро после происшествия, Ноэль забеспокоился.
От «Автомата» он поехал прямо домой, ожидая, что Присцилла ему позвонит. Потом он вспомнил: она считает, что его телефон прослушивается. Тогда он вышел из дома, нервный и настороженный, каждую минуту ожидая, что Зак и его дружок-убийца вот-вот появятся из подворотни, и дважды позвонил ей из телефона-автомата. Ответа не было.
Тем вечером, отправляясь к Рэдферну, Ноэль, как всегда, не стал выключать автоответчик, надеясь, что она свяжется с ним, успокоит его. Он полагал, что посылка придёт с завтрашней почтой — в худшем случае, с послезавтрашней.
Дом Рэдферна заполонили менеджеры клубов, и вечеринка в «Витрине» снова была единственной темой всех разговоров. Аланы по-прежнему не было. Окку сообщил, что она уехала в Париж. Эрик сказал, что она с Вииной, открывающей во Франции новое шоу. Ни та, ни другая не вернутся до вечеринки.
Эрик держался холодно и отстранённо. Воспоминание о последнем совместном вечере висело между ними. Ноэль вернулся домой.
И стал тревожиться.
Хватит ли марок на конверте? Он сомневался, не отправит ли нерадивый консьерж посылку обратно. Или, может, там пометка «доставить лично в руки». Ему хотелось вернуться в дом к Рэдферну. Ему было страшно. Он — оружие, которое может сработать в любой момент. Он жалел, что не взял у Присциллы подробный план с датами, когда она предлагала. Сейчас вспоминались только неясные фразы; теперь они казались обвинениями.
В ожидании кассеты он решил заняться ремонтом. Его жизнь, всё его будущее, зависело от этой кассеты.
Белоснежные стены он покрасил в разные оттенки серого и коричневого с синими и розовыми шёлковыми отливами, проступающими только ночью или при изменении освещёния. Старые, много раз перекрашенные трубы и молдинги, прежде прятавшиеся под белой краской, а теперь выкрашенные в шоколадный и угольно-серый цвета, выступили вперёд и превратились в элемент дизайна. В цветочном магазине, который обслуживал «Витрину», он заказал дюжину комнатных растений разного размера и теперь встраивал горшки для больших и развешивал маленькие. Сломав кровать под потолком, он уложил пружины и матрас на полу в центре студии, завалил подушками и окружил маленькими деревянными кубиками, купленными в магазине, счистив с них лак и выкрасив под цвет стен. Большую часть остальной мебели он оттащил храниться в подвал или выволок на улицу, на радость мусорщикам.