Приманка
Шрифт:
Тем временем женщина повернулась, посмотрела на Ноэля, подняла руку, убирая с лица темные волосы. Её темные глаза словно сказали ему: «Давай, восхищайся мной, я знаю, что красива», — прежде чем она отвернулась обратно к своему спутнику, демонстрируя Ноэлю высокие стройные плечи, обнаженные глубоким V-образным вырезом, который спускался до самых её ягодиц, маленьких и высоких.
Она говорила с мужчиной, очень близко наклоняясь к нему, но он смотрел не на неё, а на Ноэля до тех пор, пока перед ними не поставили их напитки. Ноэль тоже рассматривал счастливчика, очутившегося рядом с такой стройной сексапильной красавицей-европейкой.
Ноэля тянуло к ней, и он не мог оторвать взгляд от пары — хотя теперь мужчина уставился на него злым, напряженным взглядом, как будто хотел отпугнуть.
— Тебе такие нравятся? — спросил кто-то у Ноэля за спиной.
— Какие? — поинтересовался он, оборачиваясь ровно настолько, чтобы увидеть, что голос принадлежит Мигелю, приятелю и секс-партнеру Бадди Веги из «Хватки».
— Декаденствующие белые англосаксонские протестанты. Издольщицкое [23] дитятко, добившееся успеха.
23
Издольщик — мелкий арендатор земли.
— А она из таких? — Уже произнося эти слова, Ноэль понял, как глупо промахнулся. Мигель выгнул одну бровь и подчеркнуто сказал:
— Нет, он из таких. Или ему нравится думать, что из таких.
— Ты его знаешь? — спросил Ноэль, надеясь исправить нанесенный ущерб.
— Он из тусовки, — загадочно ответил Мигель, прислоняясь к Ноэлю так, что тот был вынужден отступить на полшага.
— Они всегда вместе?
— Иногда. Иногда он один. — Мигель по-прежнему не выглядел убежденным. Он продолжил: — Она — Алана ДеВийт. Знаменитая модель. Зашибает несколько сотен баксов за час. Он — Эрик Рыжий. Ты ведь слышал о Рыжем Эрике, так? — Проверка.
— Что-то не припомню. Я же не местный, забыл?
— Во Фриско полно ребят, которые знают Эрика. Он один из самых горячих доминантов в городе. Может быть, самый известный садист в стране.
— Он похож на страхового агента, — сказал Ноэль.
— Вид у него строгий, — согласился Мигель. — Но он горяч. С заглавной буквы.
Несколько человек остановились между Ноэлем и той парой. Он был уверен, что Мигель врет насчет них. Мужчине определенно не понравилось, что Ноэль смотрит на его женщину. Куда делись Джимми и Чаффи? Ушли. Наверное, танцуют.
— Ты правда никогда не слышал про Эрика Рыжего? — настаивал Мигель.
Мигель Ноэлю не нравился, как не понравился и мерзкий тон, которым был задан вопрос.
— А как же. Его сын, Лейф, [24] открыл остров Ньюфаундленд в одиннадцатом веке.
— Я думал, ты тусовался во Фриско? — продолжал Мигель.
— Немного.
— Я думал, что да. Бадди так говорил. Он говорил, что ты там работал в самом жарком месте. В «Щели». На Шестнадцатой улице. Ты ведь там работал? А? А?
24
Лейф (Эриксон) —
Похоже на ловушку. Думать надо быстро.
— И что? — огрызнулся он в ответ, пытаясь подавить панику.
— Или у тебя там был любовник?
— В некотором роде.
— Ах так! Кто? Как его звали?
— Ты его не знаешь. Он был очень замкнутый. Из университета.
— В смысле, из Беркли, за мостом. Помнишь? — Теперь Мигель настаивал по-настоящему, по-настоящему доставал.
— И кстати, «Щель» вовсе не на Шестнадцатой улице, — рискнул Ноэль.
— Ах так! А где тогда? Кому ты надеешься запудрить мозги, приятель? Не мне, это точно!
Мигель злобно уставился на него. Допрос, угроза напугали Ноэля. Он знал, что дело в Веге, это его работа. Но ему-то от этого не легче. Если «слухи», про которые говорил Лумис, дошли до него не от Мигеля, тот человек, возможно, поблизости. Ноэль знал, что если он сейчас уйдет, отступит, это будет воспринято как признание его поражения, доказательство того, что он подсадная утка.
— Ну? — потребовал Мигель; его искаженное злостью лицо было всего в нескольких дюймах от лица Ноэля. — Ну? Что ты на это скажешь, приятель?
Ноэль медленно облокотился на стойку.
— Я скажу, что «Щель» находится не на Шестнадцатой улице. А ещё я скажу, что ты дерьмом набит под завязку.
Мигель уставился на него, словно не верил своим ушам.
— Я бы сказал, скорее уж «транками», — протянул кто-то совсем рядом.
Это был Малыш Ларри Вайтэл. Он подошел к бару, вставая между ними, положил одну руку Ноэлю на плечо и подмигнул ему.
Зачем он это сделал? Если только… Господи! Не может же Малыш Ларри быть тем прикрытием, которое обещал ему Лумис?
— У тебя есть «красные»? — спросил Мигель совершенно другим тоном.
— Все съел, — сказал Ларри.
Мигель отвернулся и стал спрашивать окружающих, нет ли у них транквилизаторов.
— Хорошо проводишь время? — спросил Ларри, продолжая отчасти держаться за Ноэля и преувеличенно растягивать слова.
— Отлично.
— Ты поосторожней с этим испашкой. Он псих, — прошептал Ларри. — Эй, Мигель! Иди сюда и расскажи Ноэлю, почему тебя зовут Чокнутой Марией.
Если Ларри — прикрытие, что он теперь делает?!
— Эй, Малыш Ларри. Ты знаешь этого парня? — спросил Мигель.
— Конечно, знаю.
— Ага. Ну так, он мне не нравится. Он не нормальный.
— И ты тоже. И я.
— Ты знаешь, о чем я. Не придирайся к словам. С ним что-то не так.
— Ты сколько «секонала» принял? — спросил Ларри.
— Три. Но я всегда пью три, когда иду потанцевать. Ты уверен, что с ним все в порядке? У вас что-то есть?