Принц Галлии
Шрифт:
— Но… — начал было Тибальд.
— Никаких «но»! До замка меня проводят Гоше и мэтр Ливорес, так я решила. Сейчас мы поможем графине подняться в ее комнату, уложим в постель, и вы останетесь при ней в виду отсутствия здесь сиделки. А ты, Гоше, пока приготовь лошадей к отъезду.
— Будет сделано, ваше высочество, — с поклоном ответил Гоше и тотчас направился к выходу.
Вслед за ним поспешил мэтр Ливорес. Когда они вышли во двор, секретарь городской управы задумчиво пробормотал:
— Интересно, кто этот француз — наш будущий король или просто очередной любовник госпожи?
Гоше обернулся
— А вам не все едино? — спросил он. — Не все ли вам равно, кто будет вашим королем, коль скоро у вас будет такая королева?
Мэтр Ливорес согласно кивнул.
Глава LV
Разоблачение
Возле входной двери покоев Жоанны стояло несколько вооруженных охранников. Не отвечая на их приветствия, Маргарита вихрем ворвалась внутрь, миновала переднюю и очутилась в ярко освещенной прихожей, где уже находилось пятеро молодых людей. Гастон д’Альбре и Эрнан де Шатофьер сидели на диване, зажав меж собой, как в тисках, Фернандо де Уэльву. Напротив них в креслах расположились Филипп и Симон. Откинувшись на мягкие спинки, они очумело таращились на Фернандо, будто не веря своим глазам.
— Где Жоанна? — спросила Маргарита, с трудом переводя дыхание после быстрого бега; щеки ее пылали лихорадочным румянцем. — Она жива?
Филипп повернул к ней голову и вяло обронил:
— Не беспокойтесь, кузина. С ней ничего не случилось.
— А где же она?
— В покоях Бланки… Прошу садиться, принцесса. Вижу, вы порядком устали.
Маргарита опустилась в свободное кресло рядом с Симоном.
— Так вы схватили кузена?
— Да, сударыня, — ответил Эрнан. — Схватили.
— И где же он?
— Перед вами.
— Что?!! — воскликнула Маргарита, потрясенно глядя на Фернандо. — Вы, кузен?!
— Он самый, сударыня. Кузен, да не тот, кого мы ждали.
— Пречистая Дева Памплонская!.. Нет, это невероятно!
— Но факт, — сказал Филипп. — Мы взяли его с поличным, когда он вошел в спальню кузины Жоанны и ухватился за кинжал.
— Вот, — сказал Эрнан, указывая пальцем на тумбу возле дивана. — Это тот самый кинжал. Как я и предполагал, с вензелем виконта Иверо на рукояти.
Маргарита встала с кресла и подошла к тумбе.
— Да, — недоуменно произнесла она. — Это один из кинжалов Рикарда… А это еще что такое? — Она взяла в руки тяжелый железный прут, длиной фута полтора и не менее полудюйма в сечении.
— Его мы также изъяли у дона Фернандо, — ответил Эрнан.
— До зубов вооружился, скотина! — с отвращением добавил Симон. — И все для того, чтобы убить беззащитную женщину.
Маргарита уронила прут на пол и в отчаянии поглядела на Фернандо:
— Но зачем, кузен? Зачем вы хотели убить Жоанну? Что она вам сделала?
— Сами спросите у этой суки! — злобно ответил Фернандо. — Теперь-то она вам все выложит — и про меня, и про своего братца. Но я не скажу ничего. Будьте вы прокляты!
Маргарита удрученно вздохнула и, понурившись, вернулась на свое место.
— Надо порасспросить Жоанну, — сказала она. — Ей наверняка что-то известно.
— Как раз этим сейчас и занимается Бланка, — ответил Филипп. — Кузен де Уэльва отказывается что-либо говорить — дескать, кузина Жоанна и так все знает, а сам он не собирается
— Правда, вначале его высочество с испугу сделал одно весьма любопытное заявление, — отозвался Эрнан.
— И какое же?
— Вот дословно: «Это Александр! Это он подговорил меня убить их».
— Их? — переспросила Маргарита. — Кого еще, кроме Жоанны?
— Дон Фернандо не соизволил дать нам исчерпывающие разъяснения. Едва лишь я спросил: «Зачем?» — он как воды в рот набрал. Но лично для меня в этом нет никакой загадки. Когда вы вошли, сударыня, я как раз объяснял друзьям, что кинжал предназначался госпоже Жоанне, а прут — виконту Иверо.
— О Боже!
— Да, принцесса. Дон Фернандо и граф Бискайский предполагали свалить всю вину за убийство княжны на вашего кузена Рикарда.
— Но каким образом?
— Элементарно. Думаю, их план был таков: сначала дон Фернандо убивает госпожу Жоанну и оставляет в ее теле кинжал, принадлежащий виконту, а его самого изо всей силы бьет прутом по голове — либо в затылок, либо в висок. Потом измазывает кровью какой-нибудь предмет в спальне — угол стола, подлокотник кресла, косяк двери или еще что-то в этом роде, — и спокойно уходит, прихватив с собой прут. А утром, обнаружив в спальне княжны два тела, все подумали бы, что господин виконт убил госпожу Жоанну, но в последний момент она толкнула его, то ли он сам потерял равновесие — так или иначе он упал, ударился о что-то головой и тоже умер. Так сказать, его постигла кара Божья на месте преступления.
— Пречистая Дева Памплонская! — повторила Маргарита. — Но ведь…
— Вы хотите сказать, что тогда возник бы законный вопрос: что побудило Рикарда Иверо пойти на убийство госпожи Жоанны? Злоумышленники предусмотрели и это. В том пакете, где якобы… Да, кстати, Симон. Пакет у тебя?
Симон утвердительно кивнул, извлек из-за отворота камзола довольно внушительного вида пакет и молча передал его Эрнану.
— Вот здесь, — сообщил своим слушателям Шатофьер, — по идее, должны находиться долговые расписки виконта, выкупленные графом Бискайским у ростовщиков. На самом же деле этот пакет содержит бумаги, призванные объяснить мотивы, побудившие Рикарда Иверо совершить убийство княжны Жоанны. Посмотрим теперь, насколько богата фантазия у наших злоумышленников. — С этими словами он вытряхнул содержимое пакета себе на колени. Вдруг лицо его вытянулось, брови изумленно поползли вверх. — Черт меня дери со всеми потрохами! Это действительно долговые расписки!
Фернандо и вовсе был ошеломлен:
— Что?! Мои расписки!.. Как же так?
Эрнан пристально посмотрел на него:
— Ага! Стало быть, вы тоже не ожидали их увидеть?
Фернандо промолчал. Взгляд его затравленно метался по комнате.
— Так это ваши расписки? — не унимался Шатофьер. — Это вы их скупили? Не граф Бискайский?
— Что произошло, сударь? — осведомилась Маргарита. — Вы что-то напутали?
— Да нет. Пожалуй, что нет. Пожалуй, это сам дон Фернандо что-то напутал — взял не тот пакет или… Ах, черт! — громко воскликнул он и вскочил на ноги. — Неужели?… Прошу прощения, сударыня. Филипп, Симон, присмотрите за пленником. Гастон, за мной… Я сказал — за мной! Скорей!