Принц Галлии
Шрифт:
Жоанна пронзительно ойкнула и пошатнулась. Гамильтон стремительно бросился к ней и бережно усадил ее в кресло.
— Замолчите же вы, негодяй! — рявкнул он, грозно сверкая глазами. — Думайте, что говорите!
— Это я негодяй?! — возмутился было Эрнан, но тут Филипп, тихо посмеиваясь, положил ему руку на плечо.
— Успокойся, дружище, ты ошибся. Ты даже не представляешь, как ты ошибся! Барон никакой не злоумышленник — он любовник.
— А?! — произнесла Бланка и изумленно уставилась на Жоанну.
Та еще больше
— Вы слишком любопытны, господа!
— Одну минутку, барон, — примирительно сказал Филипп. — Не петушитесь. Поверьте, мы вовсе не собирались вмешиваться в ваши личные дела.
Он подтянул ближе два кресла, в одно из которых села Бланка, а сам устроился в другом. Между тем Эрнан с облегченным вздохом развалился на соседнем диване.
— Так вот о каком сюрпризе намекала Елена, — задумчиво промолвила Бланка, попеременно глядя то на Жоанну, то на Гамильтона. — Однако же!.. Вы что, барон, рассчитываете жениться на кузине?
Гамильтон побагровел. Он все еще стоял возле кресла Жоанны; руки его судорожно сжались в кулаки.
— Сударыня, — с достоинством заговорил он. — Я вправду небогат, к тому же для вас я чужак, варвар. Но мой род в знатности ничем не уступает вашему. Гамильтоны — один из самых древних и могущественных кланов в Шотландии, а мои предки по матери…
— Прекратите, Ричард! — остановила его Жоанна, совладав с собой. Затем она устремила на Бланку решительный взгляд своих больших карих глаз и сказала: — Да, кузина, я выйду за него замуж. Хотите вы этого или нет, но мы поженимся. И можете называть наш брак как угодно — хоть мезальянсом, хоть…
Эрнан деликатно прокашлялся:
— Господа, дамы! Боюсь, сейчас не время обсуждать эти проблемы. Сударыня, — обратился он к Жоанне. — Я хотел бы задать вам несколько довольно щекотливых вопросов, и, поверьте, очень важно, чтобы вы откровенно ответили на них. Это важно прежде всего для вас.
— Да? — озадаченно произнесла Жоанна и вопрошающе поглядела на Бланку.
Бланка кивнула:
— Да, кузина, это очень важно.
— Но я ничего не понимаю…
— Вскоре мы все объясним, — заверил ее Эрнан. — Но прежде… Вы не могли бы сказать, где сейчас ваша горничная?
Жоанна снова посмотрела на Бланку.
— Ну же, говори! — приободрила ее та. — Это не праздное любопытство.
— Она… — в нерешительности начала Жоанна. — Она с Александром…
Все трое — Филипп, Бланка и Эрнан — вздрогнули и переглянулись.
— Так она с вашим братом? — переспросил Шатофьер. — Он сейчас в замке?
— Да… Но он просил никому не говорить. Я пообещала и… нарушила свое слово.
— Вы правильно сделали, сударыня, и убедительно прошу вас не огорчаться по этому поводу… Вы знаете, где сейчас находится ваш брат?
— Н-нет, не знаю… Честное слово. Ни малейшего представления…
— Однако
— Да.
— Когда?
— В начале одиннадцатого.
— Он приходил к вам?
— Да.
— И никто его не видел?
— Нет, никто… Кроме меня и Доры, разумеется.
— Дора, это ваша горничная?
— Да.
— А как ваш брат попал в замок?
— По потайному ходу, который Маргарите неизвестен.
— Вы знаете, где этот ход начинается? И куда ведет?
— Нет. Я вообще только сегодня узнала о его существовании. — Жоанна немного помедлила, затем добавила: — Александр пришел из восточной башни, значит ход где-то там. Это все, что мне известно.
Эрнан вздохнул:
— Что ж, ладно. Вернемся к Доре. Значит, ваш брат взял ее с собой?
— Да.
— Она одна из его девушек?
— Мм… Да.
— И давно она у вас служит?
— Нет, всего лишь неделю. Это Александр попросил меня взять ее к себе… Ну… Вы же понимаете…
— Понимаем, — кивнул Эрнан. — А эта Дора откуда?
— Раньше она служила у кузины Иверо, но когда Елена узнала…
— Когда Елена узнала, — помогла ей Бланка, — что горничная путается с Александром, то прогнала ее прочь.
— Понятно, — сказал Шатофьер. — А теперь, сударыня, я заранее приношу вам свои глубочайшие извинения за очень нескромный вопрос, я очень сожалею, что вынужден задать его вам, но…
Жоанна напряглась и побледнела, как полотно. Пальцы ее вцепились в подлокотники кресла.
— Я слушаю вас, сударь, — с трудом вымолвила она.
— Когда сегодня ваш брат приходил к вам, о чем вы с ним говорили?
— Это очень нескромный вопрос, господин граф, — только и сказала княжна и закусила нижнюю губу. Но лицо ее выражало явное облегчение; очевидно, она ожидала куда более нескромного вопроса.
— Сударыня, — вновь заговорил Эрнан. — Убедительно прошу вас ответить, ради вашего же блага. Посмотрите на нас — ведь мы ваши друзья. Господин Гамильтон, с которым вы твердо решили пожениться. Госпожа Бланка, которую вы немножко побаиваетесь, и тем не менее уважаете. Ваш кузен Филипп — он чувствует к вам искреннее расположение. И наконец я — госпожа Бланка может поручиться за меня. Поверьте, я желаю вам только добра.
— Доверься графу, Жоанна, — поддержала его Бланка. — Доверься всем нам. Я ручаюсь за господина де Шатофьера и за кузена Филиппа.
Жоанна тяжело вздохнула:
— Ладно. Я разговаривала с Александром про господина барона.
— Так он знает о нем?
— Да, знает.
— И одобряет вашу связь?
— Ну… В душе-то он против, однако согласие свое дал.
— На ваш брак?
— Да.
— И когда же?
— На прошлой неделе. Но с испытательным сроком.
— В каком смысле?
— Александр потребовал, чтобы я скрывала это до тех пор, пока он не убедится, что намерения Ри… господина Гамильтона серьезные.