Принц Галлии
Шрифт:
На ночном столике возле кровати горела свеча. В постели ничком лежала укрытая до плеч девушка; ее пышные темно-каштановые волосы веером рассыпались по одеялу и подушкам.
Злоумышленник остановился посреди спальни и довольно ухмыльнулся. Его правая рука потянулась к поясу, где висел короткий кинжал. Но тут меж лопаток ему кольнуло что-то острое, а в локоть мертвой хваткой вцепились чьи-то стальные пальцы. В тот же момент из-за дальнего полога кровати выглянула белокурая голова Филиппа.
— Ну
Девушка, лежавшая в постели, быстро перевернулась на бок, чтобы взглянуть на злоумышленика… и вдруг ее красивое лицо исказила гримаса неподдельного ужаса. Широко раскрывая рот, она судорожно хватала воздух, будто вынутая из воды рыба. Зрачки ее глаз расширились почти на всю радужную оболочку.
— Игры окончены, дон Фернандо, — прозвучал за спиной злоумышленника голос Шатофьера. — Именем высшей справедливости мы арестовываем вас за попытку убийства госпожи Жоанны Наваррской, княжны Бискайской.
— Боже! — с невыразимой болью в голосе прошептала Бланка, к которой наконец вернулся дар речи. — Боже милостивый! Мой брат — убийца!..
Глава LIV
Рикард Иверо
Тибальду как раз снилось, что он силится надеть на себя наваррскую корону, но огромные ветвистые рога чувствительно мешают ему это сделать, когда в его вещий сон ворвался громкий стук и встревоженный девичий голос доносившийся из-за двери:
— Просыпайтесь, кузина! Да проснитесь же вы, наконец!
Тибальд раскрыл глаза. В комнате царила кромешная тьма — вечером, прежде чем лечь в постель, они затворили на окнах ставни и задернули их шторами.
— Кузина! — продолжал вещать нежный голосок. — Я знаю, что вы здесь. Отзовитесь же!
Лежавшая в объятиях Тибальда Маргарита убрала голову с его плеча и откинулась на подушку.
— Эо-ы, аэй? — зевая, произнесла она, что, видимо, должно было означать: «Это вы, Адель?» — Что вам надо?… Кстати, который час?
— По-моему, начало двенадцатого.
— Так какого же дьявола…
— Кузина! — взволнованно перебила ее графиня де Монтальбан. — Случилось нечто ужасное! Я… О, Господи!..
— Что стряслось?
— Кузен Иверо… Его избили.
— Рикарда?! — Маргарита мигом села в постели, свесив ноги на пол, и принялась на ощупь искать свою одежду. — Кто его избил? Как это случилось?
— Я… я не знаю. Я недавно проснулась… и не нашла…
— Вот черт! — раздраженно выругалась Маргарита. — Я тоже не могу найти! У вас есть свет, кузина?
— Да, свеча.
— Тогда входите. А ты, Тибальд, укройся.
Дверь приоткрылась, и в спальню проскользнула наспех одетая графиня де Монтальбан. В руке она держала зажженную свечу в подсвечнике. Ее растрепанные черные
Принцесса тем временем надела короткую нижнюю рубаху и подобрала с пола чулки.
— Рассказывайте, кузина. Что вы знаете?
Графиня присела на табурет и вздохнула.
— Недавно я проснулась и не увидела… э-э… Я была не одна…
— Вы не увидели виконта де Бигора. Я знаю, вы были с ним. Что дальше?
— Я немного обождала, потом оделась и пошла его искать. Я разбудила лесника, и тот сказал, что около десяти они все уехали.
— Кто — они?
— Господа де Шатофьер, д’Альбре и де Бигор.
— Так это они избили Рикарда?
— Я, право, не знаю. Но Си… виконт де Бигор тут ни при чем. Он был со мной, когда господа де Шатофьер и д’Альбре с кузеном Иверо отправились в лес… Правда, сначала они ходили посмотреть, как допрашивают преступника…
— Какого преступника?
— Я не знаю. Говорят, в лесу схватили какого-то разбойника и здесь же, в подвале, допрашивали его. Из Сангосы специально был вызван секретарь городской управы, мэтр… он представился мне, но я забыла его имя.
— Ладно, черт с ними обоими — и с тем разбойником, и с мэтром. Меня интересует Рикард.
— В том-то и дело, что этот мэтр, кажется, имеет самое непосредственное отношение к тому, что случилось с кузеном Иверо.
— Ничего не понимаю! — сказала Маргарита, натягивая на себя платье.
— И я ничего не понимаю. — Не дожидаясь, когда принцесса сама попросит об этом, Адель принялась помогать ей одеваться. — Когда я решила вернуться в свою комнату и уже начала подниматься по лестнице, как вдруг услышала стоны…
— Это был Рикард?
— Да.
— Где он сейчас?
— Там, где я его и нашла. В небольшой комнате под лестницей.
— Он сильно избит?
— Очень сильно. Он был без сознания. За ним ухаживал слуга — кажется, личный камердинер кузена Красавчика.
— Вот как!
— Но я не уверена, там было довольно темно. К тому же я разговаривала не с ним, а с мэтром… ага, вспомнила! — с мэтром Ливоресом.
— И что он вам сказал?
— Ничего конкретного. Я настойчиво требовала объяснений — вы же понимаете, кузина, Рикард мне вовсе не чужой, и я считала своим долгом…
— Да, конечно, Адель. Рикард ваш двоюродный брат, и вы имели полное право требовать объяснений.
— Но мэтр Ливорес отказался что-либо объяснять. Он, видите ли, заявил, что это государственная тайна, и без вашего на то позволения или позволения вашего отца, он не вправе никому ни о чем рассказывать.