Принц Севера
Шрифт:
В конце концов Лис отправился на кухню — за чашей с водой и куском чистого полотна. Показав на все это Силэтр, он сказал:
— Вот, омойте лицо.
Девушка всхлипнула и кивнула. Вэн расплылся в улыбке, отчего Джерину сразу сделалось хорошо. Пусть предпринято не так уж и много, но, как-никак, это начало.
VI
К Лисьей крепости с грохотом приближалась колесница. Возница так сильно хлестал лошадей, что она подпрыгивала на каждом ухабе, рискуя остаться без него самого и еще одного седока.
—
— Что случилось? — крикнул он вознице и седоку. Но из-за дребезжания колесницы и стука копыт они не слышали его, а может, вообще не заметили, что он на стене. Колесница, громыхая, влетела во внутренний двор крепости. Возница так резко потянул поводья назад, что обе лошади протестующе заржали. Одна из них принялась пятиться — это могло перевернуть колесницу. Но кнут убедил животное, что лучше стоять на месте.
В другое время Джерин обругал бы возницу за грубое обхождение с лошадьми. Чем лучше к ним относишься, тем дольше и надежнее они служат. Но сейчас, торопливо сходя вниз по прилепившейся к стене лестнице, он даже не обратил на это внимания.
— Что случилось? — повторил он. — Томрил, Дайган, что такое?
Томрил Сломанный Нос отбросил кнут в сторону и спрыгнул с колесницы.
— Лорд Джерин, я здесь, чтобы просить у вас прощения.
— Вы же не ради этого чуть не загнали свою упряжку, — сказал Лис.
— Именно так, милорд, — вступил в разговор Дайган, сын Седжана. — Мы с Томрилом думали, что ваши рассказы об этих полулюдях-полуживотных, выбравшихся из-под развалин какого-то старого храма, которыми вы пугали народ, живущий вдоль дороги на Элабон, сплошные выдумки…
— Но потом мы увидели их своими глазами, — встрял Томрил, выпучив глаза. — Они жуткие, злые и кровожадные…
На этот раз Джерин сам перебил его:
— И к этому времени они должны быть на подступах к владениям Бевона, иначе вы бы их не увидели. Какие новости из поместья Рикольфа?
— Вполне ожидаемые, — ответил Томрил. — Проклятые твари появились и там и терзают крестьянские деревушки.
— Чума их забери, — устало произнес Джерин, — Если они добрались до владений Рикольфа и Бевона, то скоро будут и здесь. Как же крестьянам выращивать урожай, если их того и гляди сожрут на полях или разорвут на куски в собственных постелях?
— Будь я проклят, если знаю ответ на этот вопрос, — сказал Томрил. — То, что я видел и слышал, наводит меня на мысль, что эти твари страшнее трокмуа и избавиться от них будет еще труднее.
— Нажива их не интересует, — вступил в разговор Дайган. — Они просто убивают, съедают и уходят, причем в леса. Они умные твари, их выследить нелегко.
— Я об этом не подумал, но ты
— От многих, господин.
Томрил с довольным видом коснулся рукояти меча, но затем удрученно провел по земле подошвой сандалии, подбитой большими сапожными гвоздями.
— С этими чудищами так не получится. У них есть зубы и когти, и они достаточно сообразительны. Это делает их намного опаснее волков, но они не настолько умны… я, во всяком случае, так думаю… чтобы воровать нажитое нами добро.
— Возможно, наоборот, они слишком умны и поэтому не делают этого, — возразил Джерин.
Его воины недоуменно уставились на него, но он не стал ничего объяснять. Все силы Лиса были сейчас направлены на то, чтобы справиться со свинцовой подавленностью, не отпускавшей его вот уже несколько дней. После того как он отбил нашествие трокмуа, в нем всколыхнулась слабенькая надежда сохранить остатки элабонской цивилизации к северу от Хай Керс. Но теперь даже боги, казалось, махнули рукой на этот край, оставив его на растерзание подземным тварям.
Райвин подошел как раз в тот момент, когда Лис обменивался последними репликами с солдатами. Он сказал:
— Лорд Джерин, по-моему, эти твари, какими бы ужасными они ни казались, должны, вследствие своей звериной природы, быть уязвимы в магическом отношении. К тому же вряд ли у них найдутся собственные колдуны, способные противостоять нашим заклинаниям.
— Моим заклинаниям, ты имеешь в виду, — поправил его Джерин, отчего Райвин смущенно прикусил губу и кивнул. Джерин продолжил: — Истинно могущественный чародей, наверное, справился бы с такой задачей. А вот сумею ли я, это еще большой вопрос. Скажу честно, я побаиваюсь заклинаний, связанных с уничтожением, поскольку слишком хорошо знаю, что они могут обратиться против меня, вместо тех, на кого я их направлю.
— Человек, признающий ограниченность своих возможностей, мудр, — сказал Райвин, на что Джерин лишь фыркнул.
Если он когда-либо и встречал человека, походя отметающего очевидные вещи, то тот стоял сейчас перед ним. Он принялся мерить шагами внутренний двор крепости. Наконец остановился и махнул рукой, будто отбрасывая что-то в сторону.
— Я не стану даже пытаться, — сказал он. — И дело не только в том, что я боюсь обратной реакции. Даже если все получится, я, скорее всего, закончу, как Баламунг. Меня поглотит злая магия, с которой я не смогу совладать.
Райвин обратил на него задумчивый взгляд.
— Если кому-либо и доступно выполнить заклинания, связанные с уничтожением так, чтобы они не отразились на нем, так это, я считаю, тебе. Но вопрос, возможно ли нечто подобное вообще, признаю, остается открытым.
— Иногда открытые вопросы лучше таковыми и оставлять, — ответил Джерин.
Он не знал, что стал бы делать, появись необходимость вновь окунуться в чистейший кошмар магических схваток, и мысленно попросил Даяуса не приводить его к этому испытанию. А вслух сказал: