Принцесса льда

Ярцева Евгения Сергеевна

– Прямо анекдот, – смеялась Маша.

– Вот тебе еще анекдот. Архиерей и байкер стоят у ворот в рай, апостол Петр им говорит: заходите, мол. И первым приглашает байкера. Архиерей возмутился: «Я всю жизнь Господу служил, проповеди читал, а какой-то байкер вперед меня в рай заходит?» Петр ему отвечает: «Пока ты проповеди читал, все спали, а когда он на дорогу выезжал – все молились!»

МКАД осталась позади, «Форд» затормозил на первом городском светофоре.

– А пока я готовился в байкеры, успел поиграть в хиппи. Про хиппи знаешь?

– Ну, приблизительно… Знаю, что они тоже с длинными волосами.

– Во-во, и я так подумал! Когда волосы уже

отросли, а мотоцикла еще не было, я решил, что вполне гожусь на роль хиппи. Это тоже своя философия. Хиппи появились в Америке в шестидесятых годах, название произошло от жаргонного словечка «хип», оно означает «врубаться», «рубить фишку». Хиппи протестовали против пуританской церковной морали: типа, человек должен быть свободным, а достичь свободы можно, только изменив свой внутренний мир. В Дании есть даже самопровозглашенная «страна хиппи» – независимый квартал в Копенгагене. Где-то в начале семидесятых кучка хиппи захватила брошенные военные казармы, назвала это место «Свободный город Христиания». И теперь это государство в государстве, с населением тысяча человек и с собственными законами: там запрещены автомобили, воровство и оружие… Еще хиппи – ярые пацифисты. Слышала песню «Нойз Эм Си»? «Я надену клеш, и в руки взяв с пацификом знамя…» Это про них. Они отказывались воевать, сжигали повестки во Вьетнам и свои паспорта, путешествовали автостопом. Мы-то, конечно, ничего похожего не делали. Наше хипповство сводилось к тому, что мы иногда устраивали небольшой пикничок на газоне в Александровском саду. Пили «Тархун» и заговаривали с иностранцами, которые прогуливались вдоль Кремля.

Какими-то закоулками Саша вырулил на широкий проспект, и Маша узнала свой район, до дома оставалось два перекрестка.

– Считается, что движение хиппи подтолкнул роман Кена Кизи. Из книг шестидесятых годов эта чуть ли не единственная, которую до сих пор читают.

– А про что там?

– Про психбольницу. Называется «Над кукушкиным гнездом».

– Что?! – изумилась Маша. – Это же фильм!

– Ну да, он снят по роману Кизи. Но от романа довольно сильно отличается. Во-первых, главный герой – Вождь, и повествование идет от его лица. Во-вторых, в книге масса реалий, которые в фильм не вошли. Кизи написал свой роман в двадцать семь лет как упражнение: это было домашнее задание на писательских курсах университета. Он работал тогда санитаром в госпитале, общался с пациентами, которых признали душевнобольными, и считал, что они по-своему нормальны и просто не вписались в общепринятые представления о том, как положено себя вести. Принести тебе почитать?

Глава 29 Гром и молния

После поездки в санаторий для слепых Саша стал захаживать в гости чуть ли не каждый вечер. Маша и не заметила, как с ним сдружилась. Он проигрывал ей в шахматы, смешил до слез рассказами о своей хипповской юности и анекдотами про байкеров, принес, как и обещал, роман Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом», подсказал прочитать «Вино из одуванчиков» и «Над пропастью во ржи». А однажды дал ей послушать «Майндлесс Селф Индалдженс», группу альтернативного рока, и Маша зафанатела. Обвешала стены своей комнаты фотографиями Джеймса Юринджера и Стива Монтано, переводила тексты песен, скачивала треки и безуспешно искала альбомы на дисках. Разузнала, что группа скоро приедет с концертом в Москву, и хотела заказать себе билет он-лайн, но концерт, к ее досаде, то ли отменили, то ли перенесли. Зато выздоровела рука, и врач разрешила Маше вернуться к тренировкам.

Надвигалась очередная диспансеризация и предсоревновательные

тесты. Маше уже доводилось сдавать тесты на скольжение во время контрольных прокатов в начале сезона и тесты по общефизической подготовке. Но в этом году Сергей Васильевич натравил на нее психолога, который призван был оценить Машину психологическую подготовленность и составить на нее что-то вроде досье. Пришлось вытворять разные фокусы: падать ничком на мат в светонепроницаемых мотоциклетных очках, после чего врач измеряла пульс; или, глядя на стрелку секундомера, запоминать временной интервал, а потом вслепую останавливать стрелку в тот момент, когда покажется, что заданное время истекло.

Через день-другой после диспансеризации Маша сидела в раздевалке и жевала шоколадный батончик, рядом на скамеечке стояла банка колы. Вдруг дверь распахнулась настежь, и Сергей Васильевич с медицинской картой в руках ворвался в раздевалку как торнадо.

– Чудесно! Замечательно! – загремел он, вырвал у Маши батончик и свирепо швырнул его в мусорную корзину. – Шоколадками питаемся? Вот результат!! – он треснул картой по скамейке.

Маша резко моргнула – пузырьки от колы ударили в нос.

– Да, теперь хлопай глазами! У тебя гемоглобин низкий! Анемия! Как ты смеешь так относиться к своему здоровью?! Не терпится растратить себя за несколько лет? Инвалидом стать?! Интенсивные тренировки, соревнования – это стресс! Тебе сколько раз твердили, что при стрессах нужно увеличивать количество витаминов и микроэлементов в десятки и сотни раз?

– Я витамины пью, – защищалась Маша.

– Витамины она пьет… От них толку с гулькин нос! Рыбу два раза в неделю, зеленую фасоль!

– Я их терпеть не могу, – жалобно проговорила Маша.

– Ничего, стерпится-слюбится. Не меньше двух стаканов молока в день! Ржаной хлеб! Зелень! Свежие овощи и фрукты – пять раз в день! Будильник себе ставь, если забываешь! И чтобы каши ела, гречку и овсянку!

– Но у меня мама готовить не любит…

– Вы только подумайте – мама! Сама что, без рук? Гречка – вещь удобоваримая, залил кипятком, сунул под подушку, и вся недолга. Рыбу сварить – с этим и младенец справится… А это еще что? Кока-кола?! Отставить! Эта дрянь вымывает из костей кальций. И пожалуйста, травмы! Связки рвутся, руки-ноги ломаются! Ты в выходные в бассейн ходишь? Кросс бегаешь?

– Иногда, – пробормотала Маша.

– Никаких «иногда», иначе заставлю тебя каждую неделю сдавать кровь на биохимию. Из вены! – Он снова тряхнул Машиной картой: – И еще сюрприз! У тебя зрение подсело. Начало близорукости, приехали. Будешь на каждой разминке и заминке делать упражнения для глаз, завтра покажу какие. И не задерживай дыхание на вращениях, это по глазам бьет…

Он свернул карту в трубку, устало вздохнул. На сегодня запас негодования у него иссяк.

– Посмотри, какая ты худая, – он ткнул Машу трубкой в бок. – Просто мощи. Пропусти завтра денек. Поспи подольше, поваляйся с книжкой. И знаешь что? Сходи-ка ты в кино! Тебе ведь есть с кем в кино пойти? Небось от кавалеров отбою нет…

Илья раз-другой водил ее в кино на фильмы в формате «Три Дэ» – других он не признавал. Машу они здорово утомляли. Не только из-за стереоочков – сами фильмы оказывались пустыми и нудными и благополучно испарялись из памяти, стоило Маше выйти из кинотеатра. Они ни разу не намекнула Илье, что фильмы, которые ему нравятся, вызывают у нее лишь недоумение, но снова высиживать с ним в кино не жаждала. И ни с того ни с сего вспомнила Гошино приглашение. Интересно, на какой фильм повел бы ее Гоша?