Принцесса маори
Шрифт:
— Зачем ты мешаешь мне молиться? — возмутился Хеху.
— Давай я свалю дерево, а ты отвезешь мою жену в миссию. И не вздумай похитить ее. Я тебя везде найду!
Хеху возмутился:
— Я не говорю раздвоенным языком, как обычно делаете вы, пакеха. Если бы я хотел заполучить Ахоранги, то сражался бы с тобой. Я воин, а не трус!
— Тебе не стоит волноваться. Хеху — самый честный человек, которого я знаю, — подтвердила слова соплеменника Ахоранги.
«А как же я?» — пронеслось в голове у Тома, но
— Тогда скачите быстрее, — после небольшой паузы сказал он. — Скоро стемнеет. Мне, наверное, потребуется вся ночь.
— Я вернусь, чтобы помочь тебе, — ответил Хеху, помогая Ахоранги влезть на лошадь.
— Как я могу тебя отблагодарить? — спросила Ахоранги.
— У меня есть одна просьба. Могу я взять себе амулет твоего отца? Я ведь его любил как сын. И я хотел бы чтить его хей-тики, пока предки не позовут и меня.
— Ну конечно. Возьми его себе, — растроганно ответила Ахоранги. — Он будет оберегать тебя все время.
Хеху спрыгнул в канаву и спустя мгновение появился с амулетом в руке. Словно в трансе, он приложил его к шее, потом снова убрал и сунул в куртку. Только сейчас Ахоранги заметила, что Хеху, в отличие от ее отца, был одет как пакеха.
— Почему ты все это делаешь для нас? Я имею в виду, почему ты все еще хочешь нам помочь? Ты бы мог сейчас сесть на лошадь и оставить нас наедине с нашими несчастьями, — вмешался Том.
— Я это делаю не для вас. Я должен сделать это для вождя. Я не покину это место, пока он не обретет покой в своей холодной могиле.
— Ну, твое дело, — проворчал Том, которому безграничная доброта этого человека уже действовала на нервы. «На самом ли деле он такой, — спрашивал себя Том, — или просто хочет произвести впечатление на Ахоранги?» Он снова почувствовал укол в сердце, когда заметил, как оба маори, тесно прижавшись, сидят на спине лошади. Несмотря на это, он махал им вслед, пока они не скрылись из виду.
У Ахоранги было тяжело на душе, когда они подъезжали к Мини, а затем приблизились к миссии. С этого места обычно уже был виден их дом, но теперь можно было лишь догадываться о его месторасположении.
Ахоранги попросила Хеху подъехать к пожарищу. Девушка хотела собственными глазами увидеть, не пощадил ли огонь хоть что-нибудь.
Проезжая мимо миссии, они увидели дым, поднимавшийся над руинами. Деревянный дом сгорел дотла. Ахоранги беспомощно смотрела на тлеющие угли, от которых все еще шел невыносимый жар. Она различила несколько горшков и котелков из стали, которые от огня деформировались. Ахоранги, подавленная унылым зрелищем, опустила взгляд и вдруг под ногами обнаружила что-то зеленое. Девушка сразу поняла, что это за предмет, нагнулась и подобрала свой хей-тики. От ленты, на которой Ахоранги носила его на шее, не осталось и следа, но сам амулет не пострадал.
— Поунаму! — воскликнул Хеху, невероятно удивившись.
Ахоранги
— Я дарю его тебе, — произнесла она со слезами на глазах.
Хеху сначала отказывался его принять.
— Но он же принадлежит тебе! Он всегда тебя оберегал…
— В том-то и дело, что нет! — ответила Ахоранги. — Именно он выдал меня, иначе как отец понял, что я живу в доме у Тома? Муж постарался скрыть все признаки моего пребывания здесь. Кроме хей-тики.
Хеху понурился.
— Это я заметил его и показал твоему отцу! Я сказал, что ты наверняка живешь в доме, потому что узнал амулет. Твой отец сомневался и предположил, что его украли у тебя. Я изнывал от ревности и после нашего сражения с людьми Те Кооти непременно хотел проверить, живешь ли ты здесь. Если бы я не настоял на этом, твой отец, скорее всего, остался бы жив!
— Не упрекай себя. Я единственная, кто во всем виноват, потому что собственными руками убила отца. Пожалуйста, возьми хей-тики, я не могу больше носить амулет, который он мне подарил.
Хеху нерешительно взял украшение в руки.
— Я буду чтить его, — пообещал он и бережно взял Ахоранги за руку.
Девушка прижалась к его груди и громко всхлипнула. Только сейчас она полностью осознала, что натворила.
— Я застрелила его! — повторила она несколько раз, и Хеху еще крепче прижал ее к себе.
— Отпусти женщину! — словно из ниоткуда раздался голос брата Пьера. Должно быть, он подкрался незаметно, потому что Ахоранги не слышала его шагов.
Она высвободилась из объятий Хеху и повернулась. Позади них стоял католический священник с ружьем в руках, его лицо раскраснелось. Это была странная картина.
— Он мне ничего не сделает, — попыталась успокоить его Ахоранги, но брат Пьер прокричал:
— Подними руки вверх, маори!
Хеху неохотно последовал требованию монаха.
— Он не хотел ничего дурного. Отпусти его, — настойчиво потребовала Ахоранги. Теперь брат Пьер понял, что девушка говорит серьезно, и нерешительно опустил оружие.
— Этот парень разыскивал тебя у нас вместе с твоим отцом! Кто, как не он, поджег ваш дом!
— Да, все верно, это они… Но он горько сожалеет об этом, правда ведь?
Хеху кивнул.
— А где твой отец?
Ахоранги несколько раз тяжело вздохнула.
— Мой отец уже вернулся в нашу деревню, — после довольно продолжительной паузы сообщила она.
— И ты доверяешь этому парню?
Ахоранги кивнула.
— Он обещал оставить меня в покое. И он выполнит свое обещание!
— И почему вдруг все переменилось?
— Ахоранги — его женщина. Она ждет от него ребенка, — сказал Хеху. — И все-таки она останется одной из нас. И ее ребенок тоже! — упрямо добавил он.