Приз

Джойс Бренда

Девлин тоже смягчился.

— Отлично. Я очень рад.

Но он солгал. Чувство вины оставалось, превратившись в рану.

Следующие несколько дней текли медленно. В отличие от Уайдэйкра визитеров не было, а особняк был таким большим, что Вирджиния без труда могла избегать Девлина, чувствуя, что должна делать это любой ценой. Поскольку он не искал ее — они только ужинали вместе, — ей это удавалось. Она начала учить щенка садиться и ложиться по команде. А потом у них появился посетитель — Тайрелл де Варенн.

Вирджинии нравился красивый сводный брат Девлина, который,

как она узнала, был одного с ним возраста. Услышав о его визите, она сразу же пошла приветствовать его. Он и Девлин негромко беседовали. Девлин был во флотском мундире. Удивленная и напуганная при виде такой одежды, Вирджиния остановилась в дверях, когда двое мужчин повернулись. Тайрелл что-то говорил о президенте Мэдисоне. [40]

— Простите, — сказала Вирджиния, пытаясь не смотреть на Девлина в униформе и думая, не собирается ли он отправиться в очередное плавание. — Я услышала о приходе лорда де Варенна. Я не хотела вам мешать.

40

Мэдисон Джеймс (1751–1836) — 4-й президент США в 1809–1817 гг.

— Все в порядке. Мы всего лишь обсуждали ваши президентские выборы.

Девлин улыбался ей, но только губами, а не глазами. Его взгляд словно искал какие-то признаки ее подлинных чувств.

Было трудно выдержать этот взгляд.

— Здравствуйте, милорд, — наконец обратилась она к Тайреллу, с трудом улыбнувшись.

— Мисс Хьюз.

Он тепло улыбнулся в ответ.

— Президент Мэдисон переизбран? — с надеждой спросила Вирджиния.

— К сожалению, — сухо ответил Девлин. — Новость только что пришла с одним из наших линкоров.

— Он очень хороший президент, — твердо сказала она. — Способный и умный.

— Ваш способный и умный президент объявил войну Великобритании.

Вирджиния сердито посмотрела на него.

— Причина войны — препятствия, которые Британия чинит нашей торговле, чтобы помешать нам стать богатой и равной вам нацией.

— Ну-ну, — пробормотал Тайрелл.

Она перевела взгляд на него.

— Война началась потому, что ваша страна хочет снова навязать нам колониальный статус — если не де-юре, то де-факто.

— Причин у войны много, включая ту, что ваша Республиканская партия использует ее как средство достижения собственных политических целей — сокрушить федералистов [41] и захватить власть, — спокойно отозвался Девлин.

— Вы отрицаете, что Британия желает нам стать обедневшими колониями? — воскликнула Вирджиния.

— Нет, не отрицаю. Но Британия не желала воевать с вами, Вирджиния, — британское правительство не желает, чтобы Ирландия стала равной нацией, и, конечно, не желает такого вашей стране. Но никто здесь не мечтает вновь приобрести американские колонии. Это пропаганда ваших ястребов.

41

Федералисты — политическая партия в ранний

период истории США, отстаивающая сильное центральное правительство.

— Вы не правы. Ваша нация — империалистическая.

Она была в ярости и не собиралась отступать, уверенная в своей правоте.

— Могу я возразить? — спокойно спросил Тайрелл.

Он усмехался, переводя взгляд с одного на другую.

— Пожалуйста, — со вздохом сказал Девлин.

— Американцы такие же империалисты, как британцы, Вирджиния. Все знают, что аграрная аренда — способ завоевать Канаду и расшириться в этом направлении.

— Мы несем ужасные поражения в Канаде, — вздохнула Вирджиния.

Она каждый день читала газеты Девлина и знала, что каким-то образом маленькие британские силы на канадской территории умудрялись наносить поражение за поражением американским войскам. Полдюжины важных фортов и поселений были оставлены.

— Но никто не хочет заявлять права на британские территории там. Мы хотим торговать свободно, без препятствий, чинимых вашим флотом, и это наше право.

Тайрелл посмотрел на Девлина.

— Наконец, ты нашел пару под стать себе, Дев.

— Возможно, — равнодушно ответил он, глядя на какие-то предметы на столе. Потом он посмотрел на Вирджинию: — Вы хотели меня видеть?

Она заколебалась.

— Я всего лишь хотела поздороваться с вашим братом.

— И это все?

Его лицо смягчилось. Вирджиния покраснела.

— Да, все. — После паузы она добавила: — Почему вы в мундире? Вы отплываете?

— Нет, Вирджиния, у меня встреча в городе. Вы разочарованы?

Вирджиния задержала дыхание.

— Нет, — наконец призналась она.

Его брови приподнялись, выражая мягкое удивление.

Сердце Вирджинии быстро забилось, и она отвернулась. Для него было слишком рано уезжать снова, и она чувствовала глупую радость, что он остается. Вирджиния улыбнулась Тайреллу де Варенну.

— Вы поужинаете с нами? Мы бы очень этого хотели.

— С удовольствием, мисс Хьюз, — поклонился он.

— Вот и чудесно. Прошу прощения.

Она направилась к двери.

— Вирджиния! — окликнул Девлин.

Она повернулась.

— Да?

И ей снова пришлось встретить его немигающий взгляд.

— Завтра вечером бал в лондонском доме лорда Керу. Я принял приглашение.

Сердце Вирджинии упало.

— Мне нечего надеть!

Она не была готова к этому ни после визита к мадам Дидье, ни теперь, после одиночества, в котором она пребывала в гринвичском доме Девлина. Ее ничто не пугало больше, чем быть открыто представленной его шлюхой.

— Три ваших платья прибыли сегодня, включая серебряное бальное.

Его подбородок напрягся от усилия, которое она не могла понять.

Вирджиния попыталась улыбнуться, но у нее ничего не вышло.

— Мы отбываем завтра в семь вечера, — сообщил Девлин.

— Вы, как всегда, прекрасно выглядите, Девлин, — сказал граф Ливерпуль.

Девлин поклонился и вошел в кабинет премьер-министра. Ливерпуль предупредил своего клерка, чтобы им не мешали, прежде чем закрыть дверь.

— Чай? Бренди? — спросил он.