Призвание – опер
Шрифт:
– Подожди, Даша. Дай я сначала приму ванну. – Он стал раздеваться прямо в прихожей. Пиджак, рубашка, брюки – все аккуратно сложил в уголке на полу.
Еще когда он только вошел, Даша почувствовала неприятный запах от его одежды. Но он так и не сказал, где все это время пропадал.
Федор стоял на коврике в одних трусах, затем повернулся боком, и Даша увидела на спине у него, ближе к пояснице, здоровенный синячище.
– Ого! Кто это тебя наградил таким синяком? – Даже не надо быть медиком, чтобы понять, били по правой
Она тихонечко притронулась, и лицо Федора покривилось от боли.
– Да есть люди. Постарались. Но сейчас уже ничего.
Даша догадалась, хитрит любимый, не хочет говорить, что больно.
Она внимательно осмотрела художество на его спине.
– Хорошо, видно, старались. Так и инвалидом остаться можно. – Она не считала себя дурой. Не раз слышала от подруг, где любят «подлечить» почки. И она спросила: – Ты сидел в камере?
Федор похвалил верную подругу за сообразительность.
– Знаешь, Дашка, дай мне смыть с себя грязь, а потом я тебе все расскажу. Обещаю. – И он закрыл дверь ванной.
Даша прислонилась спиной к двери. При ней он не стал снимать трусы. Неужели стал стеснительным? Ой ли? На него не похоже.
– Надеюсь, у тебя все части тела целы? – шутливо спросила она. И услышала вопрос в его стиле:
– А тебя какая часть интересует?
– Та, которую ты не стал обнажать в моем присутствии, – хихикнула девушка, решая, что делать с его вонючей одеждой. Брюки и рубашку она постирает. А вот пиджак желательно бы отправить в химчистку.
– Не беспокойся, – заверил Федор, – как раз та часть у меня на месте и очень соскучилась по тебе. Сейчас я выйду из ванны, и ты увидишь.
– Ладно, – согласилась Даша, но тут же выдвинула условие: – Но сначала ты хорошенько вымойся. – И пошла в кухню.
Ровно через полчаса, завернувшись в большое махровое полотенце, Федор сидел за столом и, почти не жуя, глотал обсыпанное приправами мясо, которое Даша успела приготовить, пока он полоскался в ванне.
Хозяйка она была превосходная, и Федор лишний раз в этом убедился, быстро утолив голод. Но сейчас его больше интересовало другое. Он заметил, что короткий халатик, в который она переоделась, был единственной одеждой, скрывающей великолепные достоинства Дашиного тела. И, глядя на эту ненужную деталь, ему захотелось, чтобы девушка поскорее избавилась от нее. И Федор решил помочь ей. Он потянул за поясок, и халат распахнулся, обнажив красавицу.
Даша заметила, как сразу вспыхнули у него глаза, и игриво заметила:
– Кажется, в тебе заговорил самец.
– И еще какой, – в тон ей ответил Федор, нежно обнимая девушку за талию.
Даша всегда умела подразнить его и никогда не отдавалась вот так просто и сразу. Она тонко чувствовала тот момент, когда надо упасть под него, чтобы их занятие сексом было особенно страстным и, самое главное, не кончалось быстро. Даша не любила, когда это заканчивалось слишком быстро. Так у них было поначалу.
Но стоило ему подняться над ней, сделав упор на руки, как эти стройные ножки ложились ему на плечи, и, подстраиваясь под его толчки, Даша начинала неистово стонать.
– Я хочу тебя, – поцеловав ее в губы, произнес Федор и сбросил халат с плеч.
Даша улыбнулась ему. Она так делала всегда перед тем, как отдаться ему. Колдовская улыбка искусницы любви. Так улыбаться может не каждая. Это награда от богини любви. Ее улыбка и многообещающий взгляд голубых глаз. Чтобы будто бы ненароком глянуть своими большими глазами, в которых уже вспыхнул огонь безумной любви, и свести мужчину с ума. И улыбнуться так, чтобы ему уже никого не захотелось, кроме нее.
Федор безумно ревновал свою красавицу и, наверное, от этой ревности еще больше хотел ее.
Обнаженная девушка с покорностью рабыни села к нему на колени, обвив руками за шею и раздвинув ноги. Сразу почувствовала, как его плоть сделалась упругой и упирается в ее круглую попку. Нужно было всего лишь легкое движение, чтобы все получилось так, как надо. Даша чуть привстала, направив красавца куда следует и дав ему соприкоснуться с тем своим местом, которое всегда скрывала под ажурными трусиками.
Затем последовал упоительный поцелуй в губы. Ее шаловливый язычок заскользил сначала по нижней, потом по верхней губе Федора и вдруг с бесстыдством ворвался в его рот, сложившись в подобие трубочки.
Федор чувствовал: еще немного – и он задохнется. И это тоже было еще одним возбуждающим приемом любвеобильной Даши: долгий поцелуй, от которого едва не кружилась голова.
Трудно было поверить, что в своих руках он держит не многоопытную проститутку, а девушку, которая всего год назад была еще девственницей и стеснялась даже разговоров о сексе.
– Дашка, ты чертенок, – оторвавшись от ее губ, успел произнести Федор. И тут же эти пухленькие губки сексуальной хищницы опять с жадность впились в него.
На этот раз поцелуй был не таким долгим, и это спасло Федора от головокружения.
Раньше Даша лет десять занималась плаванием. Умение задерживать дыхание помогало ей при поцелуях. Федор такой подготовки не имел, но не сдавался, чтобы выглядеть в глазах девушки молодцом.
– Я тоже тебя хочу, – жарко зашептала она, и ее влажные губы чуть задержались на его груди, а язык полизал сосок, который девушка тихонько прикусила. Потом ее губы скользнули к животу и ниже.