Пробоина: Гвардеец
Шрифт:
Ночью полоса препятствий проходится куда тяжелее, так что в темноте мы шли уже не парами, а стадом, но зато поддерживая друг друга. На ту же высокую стену подсаживали уже втроем, а то и вчетвером.
— Но вообще, вряд ли капитан даст ход делу. Э, жирный, это же ты сам упал с кровати?
Бывший лис обернулся и засадил сапогом в плечо ползущему за нами пухляшу. Тот лишь жалобно что-то проскулил, но тут же согласно закивал.
Его на всем маршруте то и дело подпинывали и обзывали, но тянули. А на стенках и на горке
Ох, и задолбались же мы с этими слабаками. Благо хоть, сержант позволил сходить и почистить форму, да помыться, перед тем как идти в столовую на завтрак.
Пища не лезла в горло, слишком уж болели мышцы и мутило. Организм явно был на пределе и тело изгоняло из себя всех демонов и вредные привычки. Курильщиков выворачивало наизнанку, алкоголики дрожали так, что не могли попасть вилкой по мясным шарикам, вареным в тесте.
Я же просто сидел в прострации, тяжело дыша от усталости.
— Отделение! Встаем, сдаем посуду! — скомандовал дежурный по столовой.
Наша стонущая группа похоронной процессией направилась к окну мойки, чтобы через десять минут уже стоять на плацу и выслушивать от командира отделения.
Пульпова просто разрывало от злости. Он ходил перед нами из стороны в сторону и орал, высокомерно вскинув подбородок. Вспомнил Комод о своей Подлунности, это было заметно даже невыспавшемуся глазу.
— Сукины вы дети. Гребаные безлуни! Ваши души будут гнить в Пробоине до скончания веков, — орал младший сержант, то и дело подходя к кому-нибудь в строю и отвешивая оплеухи.
По итогу один из бойцов не выдержал.
— Слышь, пасть закрой, подлунок сраный, — рявкнул боец из первой шеренги.
Я невольно глянул на него и почему-то даже не удивился, заметив нашего тягача, того, что ещё на вчерашней тренировке первым начал проходить полосу.
— Рядовой?! — побагровел Пульпов, явно подыскивая слова, чтобы максимально унизить бойца, но по итогу лишь схватил того за воротник.
— Что, засранец, малька получил и думаешь, что пацанов оскорблять можешь? — зло оскалился солдат, что был на полголовы выше сержанта.
Никто толком даже и не успел ничего разглядеть, только стон упавшего Подлунного, и рык сидящего на нем рядового, который взял на залом руку командира отделения.
— Рядовой Черных! — прикрикнул вышедший на плац Контуженный. — Встать в строй. Младший сержант Пульпов! Поднял свою подлунную задницу и живо к командиру роты на разъяснительную беседу. Нечего бойцов перед тренировкой драконить, их и так мало осталось.
Гвардии сержант приблизился к порывающемуся вновь лезть в драку Комоду.
Присутствие Лунного несколько разрядило обстановку. Все-таки, с магом тягаться куда сложнее, особенно с огневиком.
Я лично видел, как при мне один огняш раскидал трех Подлунных. В прошлой части группа сержантов в состоянии сильного алкогольного
Ох и долго ж они потом в лазарете лежали, да дерьмом целебным мазались, потому как командир части запретил им использовать что-то более эффективное.
Субординация между Лунными и Подлунными нерушима. Маги всегда выше простых граждан, даже если вдруг так вышло, что по финансовому статусу ниже. Право сильного.
Бывало такое, что Подлунные владели фабриками, банками, деньгами и связями, а Лунные прозябали на государственной службе в благородной нищете… Но публичное уважение к магам в Красногории было превыше всего.
Рядовой, оказавшийся этим самым Черных, спокойно вернулся в строй, при этом косился на младшего сержанта, который, пыхтя и потирая вывихнутую руку, поднялся. Однако перечить сержанту он не стал, и потому быстро скрылся с его глаз, направляясь в казарму на ковер к капитану.
— Значит так, бесожопые, — спокойно произнес Контуженный, глядя на нас ничуть не уставшим взглядом.
Либо Лунный умудрился выспаться еще до внезапного ночного подрыва, либо сохранял рабочее состояние в независимости от степени усталости.
А вот наша восьмерка едва держалась на ногах… Четверо отказников уже вышли из строя и должны были отправиться на убытие.
— Ваша ночная выходка заставила меня немного пересмотреть план тренировок. Во-первых, вы с первых дней начнете подготовку с групповым вооружением… Сапронов, Центров, шаг из строя.
Мы с Максом переглянулись, но вышли вперед, явно ожидая какой-то подвох от сержанта.
— Ваша пара назначается пулеметным расчетом. Сапронов, первый номер. Центров, второй номер. Нале-во! Направляетесь в комнату досуга.
Мы последовали приказу, слушая, как оглашаются следующие приказы:
— Михайлов, шаг из строя. Временно назначаешься снайпером. Дуй в оружейку и сдавай свой карамультук и получай «линзу», — Контуженный повернул голову в сторону казармы, от чего стал виден едва заметный шрам на его виске, уходящий от основания уха к темечку, — Черных, назначаешься временно исполняющим обязанности командира отделения. Выбираешь себе заместителя и старшего стрелка…
— Господин гвардии сержант! — из казармы выскочил парнишка с ефрейторскими погонами. — Господин капитан приказал пока что не приступать к занятиям!
— Вот же… демон… — прорычал Грозный и глянул на строй, — Сапронов, Центров, Михайлов, на место. Гребаный армейский бардак…
Мне только и оставалось, что внутренне усмехнуться. Части меняются, а армейский сумбур остается. Командиров много, каждый тянет одеяло на себя. Каждый думает, что умнее других офицеров. Хотя, скорее всего, Контуженный просто хотел увести всех из-под огня командира роты, дабы не отсвечивать перед ним лишний раз после ночного залета.