Пробоина: Гвардеец
Шрифт:
— Построились, — скомандовал Контуженный.
Он вышел вперед и скинул на небольшой стол сержантскую сумку, в которой грузно вздохнули документы и журналы боевой подготовки.
— Значит, так. Ввиду того, что вы все из разных подразделений, и общий уровень вашей подготовки оставляет желать лучшего… кхм… — он поморщился, показывая своё отношение к нашему уровню подготовки, — То начнем обучение с са-а-амых азов. Сейчас вы можете увидеть в конце стрелковой галереи некое бетонное сооружение.
Не
— Вертун, — подал голос Женька, довольно усмехаясь, — Белый Карлик, а значит, стихия воздуха. В данный момент спит.
— Все правильно. Ну, а раз ты такой грамотный, то будь любезен, спаси наш мир от падения Белой Луны в Пробоину. Рядовой Михайлов, упор лежа принять! Толкаем землю! Двадцать раз, рядовой Черных, считаешь… Нет, отжимаешься и считаешь!
— Господин сержант?
— Давай, давай, Черных, показываешь пример и заодно не испытываешь моё терпение, — строго, но без особой злобы скомандовал сержант и продолжил объяснение как раз под весёлое пыхтение новоиспечённых снайпера и командира отделения.
На нашем небосводе была Пробоина…
Что это такое, толком никто не знал, но попросту это дыра. Дыра, которая двигается всегда по одной и той же орбите.
Помимо нее, на небе четыре луны. Белая, Красная, Желтая и Синяя. Соответственно, каждая луна поддерживает свою стихию.
Белая влияет на стихию воздуха.
Красная — огонь.
Желтая — земля, а Синяя — вода.
Считалось, что Вертуны так же появляются в зависимости от Луны, под которой родились. Вот этот, например, был рожден под Белой Луной. Ну, на то он и Белый Карлик…
Это значило, что, когда Белая Луна нырнет в Пробоину, то этот Карлик начнет бесноваться, и из него полезут твари. Так называемые «снежки», напоминают белых собак, только состоящих как бы из осязаемого ветра. Эдакие призраки.
— Господин сержант, разрешите обратиться из строя? — спросил Макс, все еще держащий пулемет на плече. После утвердительного кивка от Грозного, он продолжил, — Сейчас, например, Белая Луна приближается к зениту и, ясно, что скоро уже нырнет в Пробоину. Данный Вертун тоже разродится и нам придется его зачищать? А если Выверты попрут?
В нашем строю послышался нестройный вздох… Вывертышей никто встретить не хотел.
— Нет, этим занимается комендантская рота, — спокойно ответил Контуженный, — Для тех, кто не понял вопрос рядового Сапронова, поясню…
Помимо низших тварей по типу тех призрачных псов, иногда из Вертуна лезли Выверты — создания, незримые для Безлунных. Почуять или заметить их силуэт мог только маг. Оказалось, что иногда, если
— … например я, маг огня, могу чуять Вывертов из Белого Вертуна… А из Красного могу еще и увидеть, — тут Контуженный слегка подвис прежде, чем добавить, — Для меня они похожи на самых настоящих демонов, — и он нервно дернул щекой, явно вспоминая не самые приятные переживания.
Впрочем, настроение у него, как я заметил, менялось быстрее, чем весенний ветер. А может, это пыхтение отжимающихся Женьки и егеря его веселило?
В любом случае, после того, как Вертун успокаивался, он выбрасывал и рассыпал по округе уже не монстров, а настоящие сокровища — кучу разных камней.
Это могли быть как мелкие магические камни по типу огненного пируса или земляного хомуса, которые промышленность впихивала везде, куда только могла. Но могли сыпаться и более дорогие, только они же были и такие редкие, что некоторых названий ни Контуженный, ни я не знали.
Так как перед нами был Белый Карлик, то значит, с него сыпался эфирус, камень воздуха…
— … крошка эфируса применяется в артиллерии как заряд для снарядов, — вещал Контуженный, явно оседлав любимую тему. Даже палец поднял, пытаясь вдолбить в наши изнеженные безлунные мозги основы, которые ему казались жизненно необходимыми.
— Резкое воспламенение смеси пируса и эфируса образует большое количество дыма, который и выталкивает снаряд. Боеприпасы в ваших винтовках в основном на пирусе… Да, да, это патроны с красной меткой…
Жёлтая метка хомуса встречалась, как правило, на крупнокалиберных снарядах — их ещё называли «земляшами».
Белая метка означала эфирус. И, кстати, сейчас, когда над нами плыла Белая Луна, патроны с эфирусом оказались бы наиболее эффективными.
— А вот нэрус, водный камень, зараза озорная! Чтоб им стрелять под Синей Луной, это надо быть опытным снайпером. Достаточно опытным, — Контуженный прищурился и недобро так посмотрел на отжимающегося бывшего вахмистра, потом опять оббежал нас взглядом, — Поэтому в основном у вас только белые и красные патроны.
Он сделал паузу, чтобы мы переварили, почему стрелять нам только красными и белыми, и почему наши руки ещё недостаточно прямые, чтобы притрагиваться к жёлтым и синим.
Мы стояли и так честно переваривали, что Контуженный даже одобрительно хмыкнул.
— Ну, а что касательно вашего оружия… Начнем, пожалуй, с винтовок. Черных, ну-ка, дай свой карамультук.
Егерь, закончив отжимания, весьма резво вскочил и скинул винтовку, висящую на ремне через плечо. Передав оружие инструктору, он занял место в строю. К нему же присоединился и красный Женька.