Проклятая благодать
Шрифт:
Когда я открыла глаза, Мейстер показал мне иглу. Я сопротивлялась желанию наброситься и воткнуть ее в свою плоть. Мейстер держал себя в руках. Я поняла, что для него не существует свободы воли.
Когда мой разум погрузился в калейдоскоп темных воспоминаний боли, я почувствовала знакомый укол острой иглы, входящей в вену. Затем волна света и блаженства растеклась по моему телу, приводя меня в состояние эйфории, тепла и безболезненной свободы.
Словно оказавшись в безопасности Божьих рук, я глубоко вздохнула и позволила своему разуму наполниться спокойствием, танцем со светом и жизнью. Ни стресса,
Я почувствовала, как игла выскользнула из моей плоти, а затем и щетину на подбородке Мейстера, когда он наклонился поцеловать меня и сказать, что скоро вернется.
Я была в лесу, глубоко в волшебном раю. Танцевала среди деревьев, чувствуя, как листья трепещут под моими пальцами, а мягкая трава под ногами. Легкая музыка плыла в воздухе, побуждая мое тело раскачиваться в воздухе.
Я любила танцевать. Это было моей самой любимой вещью в мире.
Я обернулась и улыбнулась, увидев, как моя Ребекка выходит на поляну, такая красивая, какой я ее никогда не видела. Ее длинные светлые волосы струились по спине, а голубые глаза были яркими и полными радости.
— Ребекка, — выдохнула я.
Обняла ее и крепко прижала к себе. Ребекка сладко рассмеялась около моего уха.
— Я в порядке, Фиби, — ее мягкий, нежный голос пронесся надо мной, как молитва.
— Правда? — спросила я сквозь сдавленное горло. — В последний раз, когда я тебя видела… что сделал Иуда… что сделали эти люди…
— Ш-ш-ш… — успокаивала Ребекка, проводя рукой по моим волосам. — Я счастлива, и…
Ребекка отстранилась и повернулась в опушке леса.
— Подойди, — приказала она кому-то.
Пронзительный смешок прорезал теплую ночь, и мое сердце сжалось так сильно, что это казалось невозможным.
— Грейс…
Я прикрыла рот, чтобы остановить рыдания, вырывающиеся у меня из горла. Грейс бежала к ожидавшей ее Ребекке, которая обняла ее и прижала к себе… как мать прижимает ребенка.
— Она нашла тебя, — выдохнула я, слезы текли по моему лицу.
— Она так и сделала, — сказала Ребекка, когда Грейс потянулась к моим объятиям.
Я прижала к себе маленькую белокурую девочку и зарыдала в ее мягкие волосы.
— Теперь ты в безопасности, — пробормотала я и почувствовала, как Грейс кивнула.
Я открыла глаза и увидела, что Ребекка смотрит на меня с такой нежной любовью в глазах.
— Прости меня, Ребекка, — взмолилась я. — За то, что не спасла тебя, когда должна была. За то, что не защитила тебя, когда ты была молода, за то, что Иуда сделал с тобой на том холме.
Ребекка
— Тебя не за что прощать, Фиби. Ты спасла Грейс. Теперь мы счастливы. Ты спасла меня, спасая ее.
— Я рада, — воскликнула я.
— Сестра Фиби?
Я медленно обернулась. Она стояла в белом платье, с длинными светлыми волосами и глубокими темными глазами, которые я так хорошо знала. Наши глаза встретились, и она улыбнулась мне. Я поднялась на ноги, чувствуя, как во мне нарастает всепоглощающая любовь, которую я ощущала каждый раз, когда смотрела на нее.
— Сапфира, — прошептала я.
Она немного повзрослела с тех пор, как я видела ее в последний раз, когда мы вместе читали священные писания в коммуне, лежа среди синих цветов весной, держась за руки и улыбаясь под теплым солнцем. Ни людей, ни обязанностей… просто счастье в обществе друг друга. И она стала еще красивее, если такое вообще возможно. Она наклонила голову, когда я посмотрела на нее. Она всегда была такой застенчивой. Такая тихая, но такая красивая от природы. Я провела рукой по ее мягким волосам и почувствовала, как мое сердце затрепетало, а затем разлетелось на части.
— Я так давно тебя не видела, — сказала я срывающимся голосом.
— Да.
Слезы покатились по ее щеке, и я поймала их пальцем. Они были теплыми, прямо как она.
— Я… скучала по тебе, — ее тихое признание разорвало мою душу надвое.
В мгновение ока она оказалась в моих объятиях.
— Я тоже скучаю по тебе, Сапфира. Так сильно, что временами не могу дышать.
— Я хочу вернуться к тебе, — взмолилась она и крепче прижалась ко мне.
— Это небезопасно, — сказала я, плача. — Там, где я, небезопасно для тебя.
— Я знаю, — смягчилась она, но не высвободилась из моих объятий.
Она хотела остаться со мной, я могла почувствовать это своей душой. Мое сердце воспарило. Я тоже хотела, чтобы она осталась.
Я открыла глаза, улыбаясь, счастливее, чем когда-либо могла мечтать, но затем лес начал исчезать. Деревья начали исчезать в темноте, солнце скрылось за таким близким горизонтом. Я пыталась крепче прижать к себе Сапфиру, но переставала чувствовать ее в своих объятиях. Ее тело мерцало передо мной, превращаясь в дым. Я моргнула, пытаясь увидеть ее еще раз, поцеловать в щеку и сказать, что люблю ее. Но потом я начала падать, падала до тех пор, пока что-то не стало твердым, таким твердым, что у меня перехватило дыхание. Я вскрикнула, раскинув руки, пытаясь забраться обратно в лес, но темнота начала рассеиваться, а затем прояснилась, чтобы показать мне стены моей маленькой комнаты.