Проклятая благодать
Шрифт:
Он не обратил внимания на меня. Достав из кармана нож, он провел острым лезвием по моему платью, разорвав его надвое. Он отодвинул ткань в сторону, открывая мое тело своим глазам.
Затем в мгновение ока его рука оказалась у моего горла, его сжатые пальцы лишили меня дыхания. Его лицо приблизилось к моему.
— Если хочешь, чтобы с тобой обращались, как с остальными шлюхами в этом городе, то так оно и будет. Только ты будешь моей шлюхой. И я научу тебя нашим здешним обычаям. Я сломаю тебя, как сломал
Мейстер ввел мне в руку пузырек зелья, потом еще один и потом еще. Я уплыла. Я отстраненно наблюдала, как он залез на меня, высвободил свое мужское достоинство и вошел в меня. Я как будто отделилась от тела и наблюдала сверху, как он заткнул мне рот кляпом и полоснул лезвием по плоти моего живота, позволяя крови стекать на уже испачканный пол.
И я закрыла глаза, когда зелье унесло меня в лес, о котором я мечтала больше всего, в тот, где меня ждали Ребекка и Грейс. Туда, где Сапфира вышла из-за деревьев, вся в крови. Я закричала, глядя на ее слишком худое тело и безжизненные глаза.
— Сапфира!
Я попыталась добраться до нее. Но я была привязана к дереву, руки за спиной. Сапфира увидела меня, и слезы потекли по ее лицу.
— Спаси меня, — взмолилась она, начиная исчезать.
Пока зелье разливалось по моим венам, я наблюдала, как она исчезает из леса, а затем начинает исчезать из моей головы, форма за формой, образ за образом. Я пыталась вспомнить ее лицо. Я старалась не думать о том, что она здесь. Но зелье, смешанное с новой таинственной сывороткой, стало сильнее, чем когда-либо прежде, лишая меня криков Сапфиры, ее слез, ее лица.
Я раскачивалась, прислонившись к дереву, взад и вперед, пытаясь вспомнить то, что я умоляла мой мозг не забывать. Но лес был бесплотным и темным, а моя голова была слишком полна тумана. Я была одна в этом лесу. Одинокой и испуганной.
Я хотела вспомнить.
Мне нужно было вспомнить.
Но пока мою руку покалывало, я замерла, прислонившись к дереву, и все просто… исчезало.
Глава 3
АК
— Я создал для вас биографии, — сказал Таннер, пока мы читали файлы, которые он нам дал.
— Я поместил информацию во внутренней сети Клана и в общих файлах. Там миллионы людей, так что вы затеряетесь среди имен. Я сделал вас членами среднего уровня — вас должны впустить, но не создавайте слишком много шума.
Я снова прочитал свой файл. Таннер указал, что изначально мы были частью луизианского братства. Каджунский акцент Ковбоя помог с этим. Очевидно, мы были кочующими клановцами. Я даже не знал, что такое бывает. Это значит, что мы кочевали из штата в штат, помогая «делу» Клана везде, где были нужны. Мобильные солдаты.
— А этот Бо Айерс, наш предполагаемый
Таннер напрягся.
— Мой брат, — сказал он в конце концов, непринужденно, как будто эти отношения ничего для него не значили.
Но то, как слегка напряглись вены на его шее, говорило об обратном.
— Дай угадаю, вы не слишком близки теперь, когда покинули великое белое дело? — протянул Ковбой, пока Хаш с подозрением наблюдал за бывшим нацистом.
Он никогда не доверял ему полностью. На самом деле, я не мог винить парня.
— Заткнись, — жестко сказал Таннер. — Он был следующим в очереди после меня. Теперь он наследник. У него высший авторитет в кругах Клана наряду с моим отцом и дядей. Но он держится особняком, не слишком разговорчив. Подписывает приказы по электронной почте и прочее. Идеальный человек, чтобы дать вам зеленый свет на поездку в Техас.
Таннер облокотился на стол, весь в деле, эмоции исчезли.
— Вы назовете им свои имена на входе. Они проверят их в системе, подтвердят членство. Вы скажите, что только что приехали в город, и что вам нужно развеяться. Что вам нужна киска. Я бы даже зашел так далеко, что сказал бы, что вы хотите киску всеми гребаными способами.
Я скрестил руки, пытаясь представить, что за дерьмо творится в этом так называемом городе. Взгляд Таннера переместился на каждого из нас по очереди.
— У вас всех вымышленные имена. Запомните их. Не используйте свои клички — если все пройдет как надо, и вы вытащите эту сучку, на хрен, нам не нужны никакие следы.
Оценивающий взгляд Таннера переместился на Флейма, стоящего рядом со мной. Он уставился на имя в лежащей перед ним папке: Эрл Браун.
Я мог прочесть, что творилось в голове у Таннера; то же самое творилось и у меня. Мы не были уверены, что брат готов ко всему этому дерьму под прикрытием.
— Карсон Эбни, — сказал мне Таннер. — Та же биография. Бывший морской пехотинец, снайпер-разведчик, спецназовец. Те же задания, что и у тебя. Это значит, что они не могут получить твои настоящие записи, так что это работает для нашего прикрытия. Вик — Уэйд Брей, а Ковбой — Брайар Гроувс.
Таннер посмотрел на Хаша. Хаш посмотрел в ответ, дерзко приподняв одну бровь.
— Что? Никаких псевдонимов для меня, monfrere (в пер. с французского «мой брат»)?
Челюсть Таннера сжалась.
— Войдешь туда, и эти ублюдки линчуют тебя на месте.
— Весело, — сухо сказал Хаш.
— Ты останешься поблизости, в соседнем мотеле, — я кивнул своему брату-метису. — В какой-то момент нам понадобится отвлечение. Ты будешь им.
— Черная приманка? — он улыбнулся, его голубые глаза загорелись от волнения. — Ты имеешь в виду, что я смогу поиграть с большими, плохими арийцами?
Он заерзал, сидя на стуле.
— Черт, мой огромный, черный член только что стал очень твердым. Спорим, Мейстеру и его приспешникам понравится сосать его.