Прокурор идет на суд
Шрифт:
— Но они лежали в сейфе моей компании — возразил Джордж Лоулер.
— Это не меняет дела, — холодно заметил Роупер. — Берк не передавал эти деньги вам. Фактически у него и не было таких намерений. Он имел доступ к вашему сейфу и использовал его просто для хранения своих денег.
Вот и все. Право на деньги остается за мистером Милтерном… если только телефонный разговор будет признан достаточным для передачи этого права моему клиенту.
В любом случае мы имеем право либо на всю сумму, либо на половину ее.
Лоулер
— Ваше мнение, мистер Селби? Это законно? Может ли человек присвоить наши деньги, а затем использовать их…
— Это не те деньги, — прервал его Роупер. Они получены из другого источника.
— Какого другого источника? — быстро спросил Селби.
— В данный момент я не готов ответить на этот вопрос, — сказал Роупер.
Милтерн добавил:
— Я вообще-то догадываюсь, он достал деньги у…
— Замолчите, — оборвал его Роупер.
Милтерн умолк.
— Я думаю, — заметил Селби, — вы хотели сделать заявление по вопросу, который я считаю очень важным.
Где же, по-вашему мнению, он достал деньги, мистер Милтерн?
Тот улыбнулся:
— Я думаю, с этого момента вам лучше задавать вопросы моему адвокату, мистеру Роуперу.
— Послушайте, Селби, — сказал возмущенный Лоулер. — Этот номер у них не пройдет. Как бы то ни было, деньги были положены в банк, и банк погасил ими его задолженность. Попытайтесь-ка обойти этот факт.
— Где теперь эти банкноты? — спросил Роупер.
Лоулер пожал плечами.
— Я полагаю, что бандиты, которые очистили хранилище, взяли и их. Это не моя забота, это дело банка.
Наступило молчание, Селби и Брэндон обменялись многозначительными взглядами.
Глава 11
Вернувшись в свой офис, Селби занялся утренней почтой, но не успел он покончить с ней, как секретарша доложила об Инес Стэплтон. Селби отодвинул почту в сторону и попросил Аморетт пригласить ее.
Инес в элегантном строгом костюме стального цвета была оживленно деловита.
— Доброе утро, господин окружной прокурор, — сказала она. — Мне кажется, у вас была трудная ночь.
— Спал всего два-три часа, — признался он. — И вероятно, чувствовал бы себя лучше, если бы вовсе не ложился.
— Говорят, убийства вспыхивают по всему округу, как фейерверки.
Он кивнул, чувствуя, что это не просто дружеский визит.
— Как мне известно, Большое жюри намерено провести расследование случившегося, — сказала Инес.
На этот раз он не откликнулся.
Она подняла свои холодные умные глаза и, подчеркивая официальность их встречи, спокойно произнесла:
— Дуг, я представляю в суде Джеймса Лейси и миссис Тельму Берк.
Он не смог сдержать изумления:
— Ты?
Она кивнула и чуть погодя спросила:
— А почему бы и нет? Я адвокат, ты же знаешь.
— А тебе известно, что они скрываются от правосудия?
Она
— Они здесь, в Мэдисон-Сити.
— И предстанут перед Большим жюри?
— Если ты пришлешь им повестку. Я хочу, чтобы все было сделано по правилам. Повестку можно отправить в отель «Мэдисон».
— И они будут давать показания под присягой?
— Не знаю.
Селби отвел глаза и несколько секунд задумчиво постукивал пальцем по краю письменного стола. Затем вынул трубку, набил ее табаком и зажег спичку.
— Может, перестанем тянуть время? — спросила она, когда первые душистые клубы дыма образовали голубовато-белую дымку вокруг его лица.
— Нет, — коротко произнес Селби, — я не буду спешить. — И продолжал молча курить еще несколько секунд, затем сказал: — Послушай, Инес, вероятно, я не должен этого делать, но я хочу рассказать тебе кое-что.
— Не говори ничего такого, чего бы ты не мог сказать адвокату, представляющему миссис Берк и мистера Лейси, — предупредила она.
Он нетерпеливо потряс головой, как бы отметая ее замечание.
— Инес, я не знаю, что за всем этим стоит. Уверен, что и ты не знаешь. У меня есть все основания полагать, что Джеймс Лейси наговорил кучу лжи. Вероятно, недооценивает нашу способность проверить его действия. Я думаю, он планирует предстать перед Большим жюри и напустить еще больше туману. Заявляю тебе, ему это не удастся.
— Почему? — спросила Инес.
— Потому что я не допущу этого. Речь идет об убийстве, и я никому не позволю играть со мной в кошки-мышки. Если он любит свою бывшую жену и хочет защитить ее, ему лучше помогать закону, а не противостоять ему. Если он, горячая голова, убил Берка за то, что тот пытался убить свою жену, а сейчас старается это скрыть, то я советовал бы ему выложить карты на стол.
Я думаю, то, что ты допущена к адвокатской практике, просто превосходно. Изучение закона — прекрасная вещь для любой женщины, способной логически мыслить. Но когда дело доходит до практики, до отправления правосудия… словом, Инес, мне неприятно видеть, что ты вступаешь в область уголовного права.
— Что ты имеешь в виду? — поинтересовалась она.
— Защиту людей, обвиняемых в преступлении.
— Даже если они невиновны? — спросила она.
— Очень немногие люди, обвиняемые в преступлении, на самом деле невиновны. Невиновные, как правило, отсеиваются к тому времени, когда дело передается в суд.
— Спасибо, Дуг, за совет, — небрежно сказала Инес.
— Что ты собираешься делать? — спросил он с любопытством.
— Я собираюсь изо всех своих сил защищать Тельму Берк и Джеймса Лейси. Я собираюсь приложить все старания, чтобы любые обвинения, которые ты выдвинешь против каждого из них или их обоих, провалились. При этом я собираюсь воспользоваться любыми средствами, которые предоставляет закон.