Прокурор идет на суд
Шрифт:
Иди и борись с ней так же, как ты сражался бы с Сэмом Роупером, если бы на ее месте был он.
— Я исполню свой долг, — сказал Селби.
— Долг тут ни при чем! Если они обвинят Джима Лейси, ты вынесешь ему приговор! Инес Стэплтон не должна вмешиваться в ведение расследования. Она в отчаянии, потому что ты не бегаешь за ней… В аду не сыщешь столько ярости, сколько в отвергнутой женщине, и она ничего так сильно не желает, как растерзать тебя на куски!
Он покачал головой.
— Она не такая, Сильвия.
— Почему не такая?
— Потому что не такая.
— Ты
— Она будет делать все, что в ее силах, чтобы добиться оправдания своих клиентов, — ответил Селби. — Она предупредила меня об этом.
— Тогда почему же она не такая, какой я ее считаю?
— Я не могу объяснить.
Сильвия хотела сказать что-то резкое, но сдержалась.
Ее глаза блестели. Спустя секунду она произнесла тихим, напряженным голосом:
— Дуг Селби, я устала от тебя! Пожалуйста, не позволяй ей водить себя на поводу, как медведя с кольцом в носу.
— Не позволю.
— Будут ли у тебя какие-нибудь замечания для прессы по поводу заседания Большого жюри?
— Когда оно заседает?
— Насколько мне известно, сегодня, в два часа пополудни. Уортингтон считает, что некоторые аспекты дела нуждаются в независимом расследовании.
Селби мрачно кивнул.
— Возможно, он прав.
— Но, Дуг, это просто политическая игра. Они стремятся поставить тебя в трудное положение. Они рассуждают так: раз случай довольно трудный, тебя можно втолкнуть в самую середину болота, и пусть люди видят, как ты в нем барахтаешься. Тогда на следующих выборах все вернется на круги своя.
Селби медленно проговорил:
— Я не буду возражать, если Большое жюри допросит свидетелей. Как я понимаю создавшуюся ситуацию, передача дела в суд преждевременна. Я и скажу им об этом. Скажу также, что если сочту необходимым, то подам в отставку.
— Но, Дуг, ты не можешь так поступить, особенно теперь, когда Инес Стэплтон представляет противную сторону. Они завопят, что все подстроено, что ты прекращаешь работу, потому что эта женщина… твой друг…
Селби глубоко вздохнул, распрямил плечи и улыбнулся.
— Мне наплевать, кто что скажет. Я намерен лучшим образом выполнить свой долг. А теперь я иду в парикмахерскую, мечтаю о горячих полотенцах и бритье.
Ее полные тревоги глаза смотрели ему вслед.
Глава 12
Селби все еще был в парикмахерской, когда шериф Брэндон вызвал его к телефону. Парикмахер снял горячие полотенца, и Селби прямо в простыне, которой был накрыт во время бритья и которая хлопала его по коленям, подошел к телефону.
— Хэлло, Рекс.
Брэндон осторожно заговорил:
— Дуг, я думаю, можно начинать. Я собрал кое-что, но обсуждать это по телефону не хочу. Как насчет того, чтобы встретиться в отеле «Мэдисон»?
— В отеле? — изумился Селби.
— Да, мы будем ждать в вестибюле.
— Хорошо, сейчас буду. — И Селби начал стаскивать с шеи простыню.
— Давайте мне расческу и щетку, — попросил он парикмахера. — Я приведу себя в порядок.
— Мне некогда.
Парикмахер,
— Должно быть, очень тяжело, — посочувствовал парикмахер, — не спать всю ночь и утром, даже не закончив бритья, куда-то бежать.
— Мм-мм… — промычал Селби, держа во рту булавку для галстука.
— Какие-нибудь новые события? — осторожно спросил парикмахер.
— Просто несколько новых свидетелей, — пробормотал Селби.
Парикмахер наблюдал, как он вынул булавку изо рта и воткнул ее в галстук.
— Из всего того, что я слышал, ясно: тому парню в Туксоне можно не завидовать.
Селби быстро собрался и, не ответив на завуалированный вопрос парикмахера, зашагал к двери. Глаза всех присутствующих были устремлены на него.
Отель «Мэдисон» располагался полуторами кварталами дальше по улице, и Селби, торопясь, вынужден был извиняться перед полудюжиной граждан, которые первыми стали бы критиковать окружного прокурора за отлынивание от своих обязанностей и, однако, посягали теперь на его время, то и дело останавливая его без всяких веских причин, просто, чтобы придать себе больше веса среди знакомых, пересказывая информацию, полученную из первых рук.
Придя в отель «Мэдисон», Селби встретил в вестибюле небольшую группу: Билли Рэнсома, начальника полиции Лас-Алидаса, Рекса Брэндона, мужчину, который был представлен как таксист Сэм Лайт, и еще одного человека, по имени Филип Кроу.
Глаза Брэндона были подозрительно спокойны и неподвижны. Рэнсом казался взволнованным. Двое других были несколько смущены, оказавшись внезапно вовлеченными в официальное расследование по делу об убийстве.
— Ты знаешь, что Большое жюри заседает сегодня днем, Дуг? — спросил шериф.
Селби кивнул.
— Как видно, они собираются провести независимое расследование, — заметил Брэнд он.
Селби снова кивнул и бросил на шерифа предупреждающий взгляд — он не хотел, чтобы шериф говорил лишнее в присутствии свидетелей.
— Хорошо, — сказал Брэндон. — Вот человек, который взял пассажира в Лас-Алидасе и довез его до Санта-Делбарра; далее мистер Кроу, пилот, присутствующий здесь, доставил этого пассажира чартерным рейсом из Санта-Делбарра в Финикс. Лайт опознал Лейси.
Описание Кроу указывает, что это тот же самый человек. Но когда мы пришли сюда, чтобы провести опознание… — Шериф пожал плечами и многозначительно замолчал.
— Ты хочешь сказать, что здесь его уже нет? — спросил Селби.
— Они уехали, — подтвердил Брэндон, — и оставили управляющему отеля письмо, которое просили распечатать в пять часов вечера. Когда я обнаружил, что их нет в отеле и они не вернулись после завтрака, у меня возникли подозрения, и я велел управляющему вскрыть письмо. В письме говорилось, что они вызваны по делу и могут сегодня не вернуться. Если их не будет к пяти часам, то пусть упакуют их вещи и хранят их. В конверте лежало двадцать долларов.