Пропал чародей
Шрифт:
Келли дернул головой, словно получив пощечину. Он густо покраснел, втянул голову в плечи и залихватски сдвинул шляпу набекрень.
— Ты сказал, ты сказал, ты сам сказал! И теперь я обязан доказать, что ты лжешь — и я докажу, оставшись с тобой рядом, хотя бы и до самой смерти!
— Твоей смерти или ребятишек? — язвительно спросил Пак.
— Твоей, если Небесам будет угодно! — Келли обернулся к детям. — Не бойтесь — я не оставлю вас на произвол судьбы!
— Но мы вовсе не
— И нельзя желать лучшего защитника, чем Пак, добрый и смелый эльф.
— Не знаю, не знаю. Чем бы он ни обладал, этот ваш Пак, я в нем не уверен, — стоял на своем Келли. — Нет-нет, я пойду с вами, хотя бы для того, чтобы защищать вас от него, вот!
Грегори недоуменно покачал головой:
— И за что это вы на него так взъелись?
— Как за что? Он же англичанин! — провозгласил Келли, и вся компания отправилась в путь, под сенью зеленого плаща леса.
Глава четвертая
— Сюда, дети, — махнул рукой Пак, когда компания добралась до развилки.
— Ну нет! Сей путь грозит опасностью! — и Келли ткнул пальцем влево. — Мы пойдем другим путем!
Пак повернулся к лепрекоэну.
— Берегись, эльф! Не гневи меня!
— Мне интересно, и что таки он будет делать? — фыркнул Келли, нахально глядя снизу вверх. — Отшлепаешь? Оставишь без обеда, или прогонишь в Ирландию? Как и подобает приличному тирану?
— Тиран не тиран, но если вымолвишь еще хоть слово, ты у меня попрыгаешь, да на лягушачьих лапах!
— Пак, — осторожно вмешалась Корделия, — может быть, не надо...
— Надо, голубушка! Он здесь незваный гость, и если уж от него нет толку, так пусть хоть не мешает!
— Ну давай, давай! — вскричал Келли. — На фокусы-покусы ты всегда был мастак!
Глаза Пака сузились, и вокруг головы Келли зажужжала муха. Келли дернул головой, приглядываясь, затем махнул рукой, поймал ее на лету и с радостным воплем поднес ко рту — и замер, с ужасом глядя на сжатый кулак. Затем медленно посмотрел на Пака.
Пак ехидно ухмыльнулся.
Келли судорожно сглотнул и, собрав всю свою смелость, попробовал еще раз нахально посмотреть на Пака. Почему-то не получалось.
— Тебя никак на мух потянуло? — пропел Пак. — Да ты не волнуйся, станешь лягушкой — переваришь. Туфли не жмут? А то сними, чтобы твоим перепончатым лапкам свободнее было.
Келли взвыл, отшвырнул муху и поднес к глазам дрожащую ладонь с растопыренными пальцами, словно чтобы убедиться, что перепонки между пальцами еще не выросли.
— Пак, ты не должен его превращать! — закричала Корделия.
— Тогда он станет озерной квакшей? —
— А то нет, — проворчал Келли. — Он всегда стремился опорочить оппонента, и когда не мог переспорить — пускал в ход богопротивное колдовство.
Глаза Пака сузились еще больше.
Фесс наклонился к Келли:
— Я бы хотел напомнить вам, что осторожность — лучшая из добродетелей. И не забывайте, что Пак — мастер на всякие пакости.
Келли чуть из штанов не выскочил.
— Чур меня! Говорящая лошадь!
— Оборотень, — Пак покосился на Фесса. — Дух, но не простой дух. Этот конь сделан из холодного железа.
— Быть не может! — Келли побледнел. — Несчастные дети! Что может быть ужасней такой участи!
— А что? Он наш друг! — Грегори подпрыгнул и ухватился за шею Фесса. — Это лучший друг нашего папы и наш приятель!
Келли не ответил, он только обменялся взглядом с Паком.
Тот продолжал ехидно улыбаться:
— Так ты все еще хочешь мне перечить?
— Нет, теперь уж нет! — Келли взял себя в руки и снова порозовел. — С таким-то зверем под боком? Да еще втершимся в доверие к легкомысленной молодежи? Вперед, веди нас, эльф! Теперь нам понадобится объединить все силы, чтобы защитить их!
Пак торжествующе ухмыльнулся и, не торопясь, зашагал по тропинке, ведущей вправо.
Тропа вывела их на небольшую полянку, залитую солнечным светом. Листву шевелил легкий ветерок, и тени скользили по земле. Полянка была устлана опавшими листьями, по краям заросла кустами, а в центре торчали три дубовых пенька.
В кустах, бормоча что-то себе под нос, копошилась старуха в рваном коричневом платье, закутанная в шаль, с серым платком на голове.
Единорог остановился. Магнус соскочил с Фесса и шагнул вперед.
— Кто это, Робин?
— Кажется, это старуха-отшельница, — ответил эльф.
— Уж не та ли это сумасшедшая нищенка? — заметил Келли. — У нее не осталось никого, ни близких, ни друзей, а в деревне никто ее и на порог не пускал. Поэтому она ушла в лес и живет здесь одна. Это нередко случается.
Услышав голоса, старуха подняла голову:
— Кто здесь?
Магнус промолчал, ожидая, что ответит Пак, но не услышал ни слова.
— Четверо молокососов! — сердито прокаркала старая. — Чего вам здесь? Прочь отсюда! Ууу!
Магнус покосился на Пака, в надежде на совет, но эльф исчез. Он удивленно посмотрел в другую сторону и обнаружил, что Келли тоже исчез.
Корделия нагнулась и прошептала Магнусу на ухо:
— Они не хотят, чтобы их видели взрослые.
— Так-то вы слушаете старших? — продолжала ругаться старуха. — Пошли прочь, я говорю!