Пропащие девицы
Шрифт:
– Так же, как и то, что моего бро побил Бен мать его Аффлек. Джаред после этих новостей вообще с концами в студии закрылся, отказываясь и на ужин выходить. Он даже телефон свой забросил. Ты представляешь, что это означает, Патти?! Его ебаный «блэкберри» сдох, а мелкий даже не позаботился его зарядить. Так что мне совершенно похер, в чем ты, я бы вытащил тебя из дому хоть в одном нижнем.
Патти затихла. Конечно, его решимость в вопросе спасения брата не могла не восхищать. Только вот Бэйтман фанатизм и категоричность Лето-старшего, которые она за ним ранее не замечала, начинали слегка пугать. Казалось, в его нынешнем странном состоянии
– Все равно в шлеме тебя никто не узнает, – попытался разрядить обстановку Ше, сообразив, что где-то переребрал на поворотах.
По дороге на Голливудские холмы старший братец ввел Патти в курс дела предыдущей недели, хотя, по сути, дел было не особо много. В Джее опять выстрелил злобный гений Барта Каббинса, и он заперся в творческой лаборатории с концами. Ел, спал, дневал и ночевал все там же. В сравнении с жизнью Лето, ее собственная за это время просто ключом била.
Бэйтман приблизительно представила себе картину разрушений, но только Шеннон любезно открыл перед ней двери в Mars Lab, она поняла, насколько ошибалась. Светлое просторное помещение, каким оно было еще тогда, когда Патти была здесь в качестве гостьи, превратилось в бомжацкую свалку из скомканных листов бумаги, упаковок от еды, засохших бургеров и прочего дерьма. И где-то в дебрях этой свалки на стуле у пульта восседал самый главный бомж. Заросший и помятый Джаред Лето.
Он был слишком увлечен извлечением звуков из бумажного пакета, по которому бил засохшей корочкой от пиццы. Записывал все эти шорохи, ставил получившееся на воспроизведение, добавлял ранее записанные эффекты и превращал все это в неперевариваемый нормальными слушателями отборнейший шум.
Бэйтман прикусила губу, сдерживая рвущийся наружу смех, который был скорее нервным, чем веселым. Она решительно переступила гору макулатуры и, лавируя между завалами прочего мусора, направилась к клиенту, дабы провести клиническую экспертизу и определить, можно ли его еще спасти традиционной болтологической терапией или проще еще раз окунуть в кислоту в надежде, что его переклинит на место.
Шеннон, следуя за девушкой, был не так грациозен, и завалил одну из пирамид.
– О, брат, – Джаред медленно развернулся на шум, – ты-то мне и нужен. Я тут кое-что записал. Послушай, по-моему, звучит круто.
– Ага, если хочешь отправиться в дурку вместе со всеми, кто осилил дослушать твой супермикс до конца, – не самым деликатным образом отказал брату Шеннон. – Посмотри лучше, кого я к тебе привел.
Джей перевел взгляд в указанном направлении и, казалось, в его взгляде даже появилось нечто осмысленное, какие-то эмоции, когда он увидел Патти.
– Привет, страдалец, – улыбнулась девушка.
– Нежнее, Бэйтман, – шикнул на нее старший Лето.
– Захлопнись, Ше, и свали отсюда, – скомандовала девушка и для подкрепления слов запустила в него коробкой из-под пиццы.
Дважды повторять не пришлось – сообразительный старший бро дипломатично удалился, оставив их тет-а-тет.
– А теперь давай оценим уровень твоей адекватности от одного до «я слышу и записываю голоса протухшей еды», – Патти осторожно села к Джею на колени, точно опасаясь, что призрачным окажется не только его апатичное состояние, но и сам мужчина растворится в пространстве, стоит только к нему прикоснуться. Джаред заметно напрягся и одарил ее тем самым пронзительным взглядом, который пробирает до
– Совсем необязательно было приезжать сюда, Патти, – сказал он. – Тогда после вечеринки ты…
– Была не в себе, как и ты сейчас, – девушка улыбнулась, пытаясь пригладить пальцами его прическу сумасшедшего гения. – Именно поэтому я здесь, посреди этой свалки, в гребаной пижаме и совершенно…
– Твои волосы, – Джаред улыбнулся в ответ, накручивая прядь ее волос на палец, – они… Жалкий плагиат, Бэйтман! Мои были намного круче. Если ты так соскучилась, могла бы позвонить, – мужчина подался вперед, шепча ей последние слова прямо в губы.
– Ну уж нет, дорогой! – Бэйтман приложила ладонь к его губам и отстранилась. – Никаких поцелуев до того, как ты примешь ванную и сбреешь свою полную микроорганизмов и крошек бороду.
– Не поможешь? – попросила Патриция и обернулась к Джареду спиной, убирая волосы наверх.
– С удовольствием, – прошептал он, оставляя поцелуй на затылке девушки. Она задержала дыхание, чтобы унять зарождающуюся в теле дрожь.
Пальцы ловко справились с крючком, молния скользнула вниз, резким неприятным звуком врываясь в синергическое дыхание двух человек. Лето, едва касаясь спины Патриции, провел пальцами по оголенной коже, а затем, поднявшись вверх, скользнул ладонями под плотный шелк черного платья по плечам девушки, и оно рухнуло к ее ногам.
– Вообще-то, – начала она, бросая на мужчину испытующий томный взгляд из-под ресниц, – я просила только расстегнуть крючок.
– Я просто предугадал твое желание, – улыбнулся Джей, наблюдая за тем, как Патти сокращает расстояние между ними, потянув за шейный платок, и заставляет склониться ниже.
– И каково же мое следующее желание? – едва слышный шепот сминает поцелуй. Жадный, хищный, он стирает остатки помады цвета фуксии, раскрашивая искусанные губы кроваво-красным.
К терпкому кофе примешался металлический возбуждающий привкус крови, вместо того чтобы отстраниться, Бэйтман сильнее прижалась к мужчине и обвила руки вокруг его шеи. Джаред ослабил объятия и подхватил ее под бедра, она тут же послушно обвила ноги вокруг его талии, освобождаясь от ставшего удушающим поцелуя. Судорожный вдох больше напоминал сдавливаемый стон.
– Любишь ощущать свое превосходство? – вкрадчивый вопрос, прежде чем она почувствовала под собой шероховатую обивку стола.
Патти недоуменно посмотрела на Джареда. Он лишь усмехнулся уголками губ, видя ее растерянность.
– Массивный дубовый стол, – пояснил он, целуя ее в шею, – такой нечасто увидишь где-то, кроме кабинета президента международной компании, – за ним последовал укус.
– Подарок моей бэйт-семьи, – усмехнулась она и зарылась пальцами в его волосы, заставляя смотреть ей в глаза.
Не один Джаред Лето умел играть, Патриция тоже знала несколько фокусов. И, судя по потемневшим глазам мужчины и его напряженному, точно перед броском, телу, она сноровки не растеряла.
– Люблю встречать рассвет на вершине мира, чувствуя себя его исполнительным директором.
– Но не сегодня. Считай, что ты подписала контракт о слиянии на очень выгодных условиях, – ухмыльнулся мужчина, вполне давая себе отчет в том, как пошло прозвучало его предложение, и, смахнув на пол груду корреспонденции, уложил Патрицию на столешницу.