Пропащие девицы
Шрифт:
– Если вы делаете детей, лучше завязывать прямо сейчас, – сказал Шеннон, входя в гостиную, где Патриция пыталась спрятать в объятиях Джареда свою почти откровенную наготу в отсутствие нижнего белья под платьем.
– Мы обязательно продолжим, с чего начали, – прошептал ей на ухо Джей и, широко улыбаясь, будто все подозрения брата были глупой шуткой, поприветствовал Шенна.
– И почему сразу с претензиями о детях? – возмутилась Патти. – Хочешь маленьких Лето, сам работай над вопросом, нечего делегировать функции младшему брату.
– А чем вы еще можете заниматься? Даже в газетах
Шеннон бросил в парочку свернутой в трубочку местной газетенкой. Та отскочила от плеча Джареда и покатилась по полу.
– Эй, я же хотела почитать!
– Четвертая страница, – подсказал Ше. – Наслаждайся.
Бэйтман, держась одной рукой за кресло, наклонилась за газетой. Джей тут же схватил ее за талию, когда она начала стремительно сползать вниз, и путем хитроумных манипуляций, так и не вставая, Патти таки дотянулась до нее. Улыбка Шеннона становилась все шире, когда девушка наклонялась ниже. Глубокое декольте и прозрачная ткань платья открывали отличный вид на ее грудь, и старший Лето даже не старался скрывать своего удовольствия от увиденного.
– Хэй, бро! – Джей отвлекся от Патти, когда убедился, что ей уже не угрожает падение, – это, между прочим, моя девушка! Прояви уважение.
Не особо рассчитывая на уважение старшего брата, младший старательно прикрыл грудь девушки свободной ладонью, отчего та рассмеялась и опять соскользнула вниз, едва не потянув за собой и Джареда.
– Это был только вопрос времени, – насупившись, начал Ше, – когда я увижу ваши совместные откровенные фотографии где-то в интернете. Должен же я как-то подготовиться к таким нервным потрясениям.
Джей только хмыкнул в ответ на театральщину брата, который разве что за сердце не хватался, оправдывая свои честные помыслы, и уставился в газету вместе с Патти. Заметка была небольшой, едва больше сотни слов, но вот фотографии. Кто-то определенно постарался. В очередной раз. Первые их фотографии появились еще неделю назад в ресторане, после которого они поехали к Патриции домой, и с тех пор начали появляться с завидной регулярностью сплошь и рядом.
Патриция отреагировала на такое пристальное внимание прессы весьма по-философски, заметив, что когда-то ее настоящая личная жизнь должна была стать достоянием прессы, слишком долго ей везло увиливать от объективов папарацци. Джаред пытался делать вид, что озабочен шумом в медиа, ведь всегда позиционировал себя тем парнем, который защищает свои отношения от вмешательства журналистов, но на деле ходил гордым, как павлин, что широкой общественности теперь известно, что Патриция Бэйтман его.
Прятаться по углам и что-то скрывать после нескольких довольно красноречивых статеек было незачем, потому они негласно решили просто дать прессе всласть обсудить их и подождать, пока ажиотаж не спадет, продолжая вести себя, как и раньше.
Очередной папарацци застал Патти и Джея у La Perla, когда они выходили из магазина, держась за руки. Лето, нагруженный пакетами после их продолжительного и избирательного шопинга, и Патти, держащая руку в кармане его джинсов. Дальше он проследовал за ними до кафе, в котором они решили перекусить после секса (о котором, к счастью пронырливый фотограф
Ничего криминального, ничего скандального, кроме никому неизвестного подтекста произошедшего между Лето и Бэйтман. Потому-то они, читая заметку, и сидели с довольными улыбками чертовых психов, которые смогли избежать наказания и смылись за секунду до катастрофы, успев завершить все свои злодеяния. Такие Джей и Патти Шеннону не особо нравились, ему хотелось подколоть их и задеть, чтобы хоть немного сбить гребаное самодовольство счастливой парочки первых эйфорических недель отношений. Но их не пробивало ровным счетом ничего, наоборот, это они, вдвоем, спевшись против старшего, доводили его до белого каления.
– Кстати, Ше, а с чего это ты начал читать газеты? Я боюсь за тебя, – голос Патриции звучал взволнованно и озабочено, – вдруг ты начнешь отращивать бороду, откажешься от современных технологий и уйдешь к амишам… Где все будет, like it’s 1699.
Патти рассмеялась, а за ней следом и Джей, уловив намек на пародийную «Amish Paradise».
– Вообще-то, я ее в кофейне взял.
– Скандал! Шеннон Лето ворует газеты из кафе. До чего твой старший брат докатился!
– Почитать взял. Из своей, – проворчал Шеннон. – Попроси меня еще как-то тебе кофе сварить.
– По-моему, только что это была серьезная угроза, – заметил Джаред.
– Да, мне тоже так показалось, – согласилась девушка.
И они оба вновь рассмеялись.
– Ну вас, идиоты, – Ше махнул рукой и удалился, продолжая что-то недовольно ворчать себе под нос.
– А он точно не обиделся? – спросила Патти, только озлобленный медведь скрылся из виду, чтобы он не услышал и не заподозрил, что о нем беспокоятся.
– Нет, он отходчивый, – заверил ее Джей. – Кстати, о фотографиях. Мне Ричардсон уже плешь проел…
Девушка обеспокоенно уставилась на волосы Джея, перебирая локон за локоном, в поисках той самой плеши.
– …насчет того, что первые наши совместные фотографии были сделаны какими-то профанами на мобильный телефон, – продолжал вещать Лето, сохраняя завидную серьезность. – В общем, он обижен в лучших чувствах и жаждет сатисфакции. У него есть несколько гениальных идей.
– Вот пускай сатисфакция к нему приходит и снимается. Знаю я его гениальности, – проворчала Патриция, все еще обиженная на Терри за то, что он отказался делать фотошот для Vanity Fair, отдав его другому фотографу.
– Он обещал, что взамен сделает тебе лучшие фото на сайт, о которых ты могла только мечтать, Прекрасная Патриция, – произнес Лето, пародируя выговор своего друга.
Робин Уильямс была так чертовски глупо счастлива, что периодически щипала себя, пытаясь убедиться в реальности происходящего.
Она была до безобразия влюблена в самого очаровательного, милого и заботливого парня на свете. И каждая минута, проверенная рядом с Крисом, казалась ей частичкой той идеальной романтической сказки, о которой мечтают все девушки. После того как они проснулись после вечеринки у Патти в Санта-Монике, еще несколько дней, словно выпав из реальности, Крис и Робин торчали в ее маленькой квартирке, вылезая из кровати лишь к вечеру.