Пропащие девицы
Шрифт:
– Отлично! Очень красиво! – фотограф улыбнулся Робин и отложил камеру, затем повернулся к людям за мониторами и крикнул: – Давайте прервемся на десять минут! Поправьте ей макияж!
Если бы кто-то пару дней назад сказал Робин, что она будет сниматься в рекламе нового аромата от Mark Jacobs, она, скорей всего, просто рассмеялась им в лицо. Но вчера брат девушки позвонил и с присущей ему горячностью начал объяснять, что сам дизайнер увидел фото Робби и решил, что ему нужна именно она. Уильямс, у которой ноги подкосились от одного только имени нового работодателя, не стала выяснять, способствовал ли каким-то образом любимый брат тому, что Марк Джейкобс вообще увидел
Сама фотосессия, а затем и видеосъемка проходили в центре Лос-Анджелеса. Шикарные апартаменты не менее роскошного отеля.
Робин очень нервничала. Особенно когда команда стилистов (самых гейских геев, которых только она встречала) с усмешкой посмотрели на ее лёгкий спортивный костюм и трясущиеся от волнения руки.
– Привет, дорогая! – один из них заговорил первым, поправляя свою аккуратно уложенную челку. – Сейчас Алесандро сделает из тебя самую сексуальную женщину на планете!
Она так и не разобрала, кто из них троих Алесандро, но спустя час, когда народу на площадке стало еще больше и суета достигла межгалактических масштабов, Уильямс, наконец, позволили взглянуть на свое отражение в зеркале.
– Эту женщину увидит весь мир, – проговорил кто-то за ее спиной.
Повернувшись, Робин открыла рот и замерла. Перед ней стоял человек, который сделал для мира моды слишком много.
– Привет, я – Стивен, – начал было мужчина, но закончить не успел, так как Роббс перебила его на полуслове.
– Я знаю, кто вы! – восторженно прошептала девушка. – Это огромная честь для меня, мистер Мейзел.
– Я очень рад знакомству, – несколько смущенно ответил фотограф, в первые же секунды покоренный обаянием наивности, которое исходило от Робин. – Обещаю, будет весело!
А через секунду Стивен уже болтал о чем-то с техниками, кажется, давал указания насчет расстановки света на площадке. Робин наблюдала за ним, как завороженная.
– Тебе очень повезло, – точно прочитав ее мысли, сказал один из стилистов. – Он гениальный фотограф.
– Знаешь, у меня шок, – хихикая, ответила Робби.
– Эй, еще не время для обморока! – рассмеялся в ответ служитель красоты. – Я ведь даже не показывал тебе одежду!
Робин мельком взглянула на вешалки с несколькими десятками платьев и, удовлетворенно улыбнувшись, взяла в руки свой «айфон».
«Патти, я в Раю! Надеюсь, мне отдадут после съемок хоть что-то из этих шикарных тряпок! ХО», – быстро набрав сообщение, девушка нажала «отправить» и поспешила в мир неприлично дорогих вечерних нарядов.
Если бы Патрицию Бэйтман раньше спросили что общего у редактора и криптолога, она бы от души посмеялась, восприняв загадку как аллюзию к «Алисе в Стране чудес». Потому что у этих двух специальностей столько же общего, как у ворона и письменного стола. Но сегодня ей было совершенно не до смеха. Обрадовав своих коллег новостью о том, кто здесь нынче главный, Патти прихватила свою новую ассистентку и скрылась в кабинете фешн-редактора, чтобы принять дела.
В любом другом нормальном случае она получила бы пароль от деловых записей предыдущего сотрудника вместе с коротким пояснением и знала бы, как планировать следующую неделю. Вместо этого Патриции Бэйтман пришлось разбираться с завалами почты (неужели кто-то до сих пор пользуется этим устаревшим во всех смыслах способом связи?), бестолковой помощницей и маленькой черной книжкой, записи в которой скорее напоминали врачебные предписания (некоторые
– Напомни-ка мне еще раз, почему у тебя нет списка встреч мисс Блэк? – Бэйтман из последних сил сдерживалась, чтобы не орать на бестолковую Минни благим матом.
Полдня она уже убила на бестолковые записи, но так и не приблизилась к ответу на вопрос «А в чем, собственно, кроме работы на фармацевтическую промышленность и траха в обеденный перерыв с несколькими разной степени знаменитости мужиками и одной дамой, состояли обязанности ее предшественницы». С утра подтвердила несколько встреч, но так и не нашла в деловых планах Джудит Блэк подтверждение их необходимости, и решила отложить все звонки, частные и деловые, до выяснения обстоятельств, отключив звук на мобильном.
– Это не входило в мои обязанности, – пролепетала Минни, заикаясь и давясь соплями, – мисс Блэк предпочитала сама планировать свое время.
– И что же тогда входило в твои обязанности? – Патриция начинала медленно доходить до точки кипения.
– Ну… – неуверенно протянула она, – я варила ей кофе.
– Так чего же ты здесь застыла? – рявкнула Бэйтман, которой мысль об убийстве на обед показалась самой привлекательной в мире, привлекательней даже мысли о сексе с Фассбендером. – Шуруй за кофе, дубина!
Как только дверь за ассистенткой захлопнулась, Патти вздохнула с облегчением. Когда осталась одна, казалось, в ней открылось второе дыхание, бремя новых обязанностей тут же показалось необременительным, а миссия справиться с маленькой черной книжечкой до конца дня вполне выполнимой. А еще в ней созрело твердое намерение уволить эту идиотку ко всем чертям. Зайти по свободе к юристам и узнать, каким чудом та вообще здесь оказалась, а потом попросить их найти на нее управу.
Тишина и покой длились недолго. Патрицию Бэйтман отвлекла мышиная возня за дверью, и она мысленно внесла в список переделок вместе с необходимостью избавиться от муравьиной фермы и безвкусных картин еще и звукоизоляцию. Она поднялась из своего кресла и направилась к двери, жалея, что в кабинете нигде не висит ружья. Оно непременно должно стать новым полезным приобретением, которое преобразит рабочую атмосферу до неузнаваемости.
Едва не столкнувшись с передвижной вешалкой у самой двери, она смачно выругалась, не сдерживая ни полета мысли, ни голоса. Все вмиг настороженно застыли и замолкли так, что стало слышно ксерокс в копировальной комнате.
– Что здесь происходит? – поинтересовалась Бэйтман, переводя суровый взгляд с одного подчиненного на другого, а потом брезгливо поморщилась при виде того, с чем едва не столкнулась.
После фотосетов Патти частенько присматривала себе вещички, предоставленные модными домами, и выкупала их. Такой шоппинг был много лучше онлайн магазинов. Вечная нехватка времени практически лишала ее удовольствия ходить по торговым центрам и Миле чудес, а в редакции можно было не только посмотреть и пощупать, но и получить лучшее, что представляют дизайнеры по меньшей цене, а иногда и вовсе бесплатно. Но то, что висело на вешалке сейчас, скорее напоминало вещи, снятые с мертвого бомжа, который ночевал где-то на помойке у завода, производящего акриловые краски.