Пропащие девицы
Шрифт:
Патриция прикрыла глаза, забыв о том, что они находятся в вагоне метро, на глазах хоть и у немногих, но все же зрителей, момент казался настолько интимным, будто вырванным из сна. Его объятия, руки, скользящие по телу не могли ощущаться еще острее, даже несмотря на одежду.
– Перестань клеить из себя Барта, – Патти отчаянно попыталась сказать это достаточно суровым тоном и положила руку мужчине на плечо, отстраняя его.
– А с чего ты взяла, что это Барт?
– Потому что мне хочется верить, что у парня, который толкал спич на женщине года, будет побольше такта.
– Но ты опять неправа, конфетка, – издевательски-нежным тоном пропел он, оскалившись, точно
Он провел пальцем вдоль подбородка девушки, заставляя запрокинуть голову, и долго пристально всматривался в ее глаза. Патти, застигнутая врасплох очередным молниеносным перевоплощением, следила за его взглядом, боясь даже моргнуть, чтобы пропустить следующий шаг. А Лето все улыбался еще шире, хотя, казалось, уже некуда было, еще чуть-чуть и лицо его разлетится на осколки, точно маска, оголяя бледную фарфоровую кожу психопата.
– Д-джей… – прошептала Патти, запинаясь.
Она слышала все эти толки о безумном перевоплощении Лето для роли в «Отряде самоубийц», но, как любой человек, довольно близко знакомый с медиа, предпочитала считать это очередным удачным пиар ходом. За ним давно ходила слава человека, способного на разные чудачества, и сейчас Бэйтман верила, что он способен не только подарить крысу, но и от еще большей любви окунуть в чан с кислотой.
– Мистер Джей, – сказал он, и Патриция поверила.
Поверила, что рука у нее на бедре принадлежит одержимому смертью и разрушениями психопату, как и та, другая, гладящая ее по щеке. И его губы, впивающиеся в ее дрожащие приоткрытые губы поцелуем, тоже вряд ли принадлежат милому парню Джареду Лето, который извинялся перед ней за тот глупый поцелуй у гриль-бара и уложил ее спать в свою кровать. Нет, все это был человек, которого не волновало желание других, который брал все, что хотел любой ценой. Грубый и властный, он заставил-таки Патрицию, несмотря на все внутренние противоречия, ответить на поцелуй. Она сама, точно одержимая, превращалась в форменного психа. Она цеплялась за этот поцелуй, потому что знала, позже сумасшествие отступит, оно всегда так делает, и ей придется вернуться в реальность, где действуют совершенно другие правила. А пока можно было изо всех сил цепляться за капюшон толстовки Джея, и судорожно глотать воздух в короткие мгновения перемирия.
– Мы выходим, – с сожалением прошептала Патти, переплетая его пальцы, блуждающие у кромки приподнятой юбки, со своими.
Джей притянул их сплетенные пальцы к своим губам и поцеловал ее руку, прошептав:
– Так и знал, что тебе больше нравятся злодеи.
Выходя из вагона, Лето улыбался.
– Засранец, – выдохнула Патриция, и едва кто-то, кроме нее самой смог это расслышать.
Комментарий к Глава 13. Неожиданные вещи
* Слова Бэтмена.
Плейлист к главе ищите по хештэгу #AF_LG_13 на страничке паблика https://vk.com/doyoubelieveinfaeries
========== Глава 14. Шагая по грани ==========
Патти захлопнула крышку ноутбука и убрала его в сумку. Статья, ради которой она летала в НьюЙорк, уже стояла на таймере, чтобы завтра днем появиться в качестве редакторского материала. Весь длинный список запланированного на поездку был выполнен сполна, что обычно случается довольно редко, учитывая непостоянство людей, с которыми ей приходится работать. Но приятное опустошение, полное отсутствие мыслей и желаний, ошеломляющая пустота так и не приходила. Наоборот, нечто внутри неприятно и неудовлетворенно ныло.
Так, будто тебя обманули в самых заветных желаниях и несмелых ожиданиях. Это все равно что сходить на безумно романтическое свидание с Ханом Соло со всякими перестрелками, спасением жизни и прочими
В наушниках заунывно выводил что-то о разочарованиях Мэйнард Кинан. Парень, музыка которого заставит впасть в клиническую депрессию даже отъявленного фаната Radiohead. Через проход от нее сидели ребята в костюмах, которые вот уже три часа не давали никому в бизнес-классе спокойно насладится его преимуществами. Сперва они довольно громко обсуждали какой-то удачный контракт и своего нового тупого заказчика, потом дружно хвалили одного из них, видимо, мозг операции, после распивали шампанское и продолжали восхвалять тупость клиентов. Сцена была настолько хрестоматийной до банальности, что Патриция не смогла сдержать улыбки, когда из смеси их разговора и музыки Мэйнарда наконец выловила суть их деятельности. Консалтинг. Все, как в том сериале, за который Воитель получил «Золотой глобус».
А сейчас эти идиоты перешли на личности и начали с единственной дамы в их коллективе, которая выглядела достаточно привлекательно, чтобы объяснение ее успехов на работе успехами в постели не звучало голословно. Сперва Бэйтман хотела отвлечься от своего материала и как следует зарядить шутнику по морде ноутом в духе того фильма с фавном из Нарнии и Ларой Крофт, но в игру вступила эта самая женщина, которая поставила козла на место так ловко, что глупо было бы что-то добавлять. Похоже, у них это стандартная практика.
Мэйнард тем временем продолжал орать о том, насколько дерьмов окружающий мир, а Патриция старалась думать о чем угодно, кроме некоторых любопытных событий Нью-Йорка (которые чуть не превратились в тот самый НьюЙорк, о котором с ужасом и обязательно шепотом вспоминают все «марвеловские» персонажи в фильмах и сериалах). Она прикидывала, не странно ли будет сходить-таки на Tool и кого с собой потащить, думала, не будут ли против парни из FUEL, если после шоу она предложит им материал.
Но каждый раз все ее гребаные мысли возвращались к одному и тому же. Музыка, работа, догадки о вечеринке, которая, по словам Робин, должна быть просто отпадной – все эти мысли звучали в ее голове шепотом, в то время как Джаред мать его Лето просто орал. Орала и ее в кои-то веки проснувшаяся совесть, которая твердила, что стоит раз и навсегда, желательно в этом гребаном самолете, разобраться, что же произошло и честно признать последствия.
Патриция была совершенно другого мнения. Она желала, чтобы все дружно заткнулись, все, что случилось в Нью-Йорке, там и осталось, а комиксные аналогии отправились в тот самый ящик в углу шкафа, где они и должны были прозябать до того времени, когда ей будет кому отдать довольно специфическую подборку DC-шных мрачнячков.
Спасенная звонком, как в том глупом сериале начала девяностых. О чем и, самое главное, чем она думала? Она клятвенно обещала себе держаться от Джареда Лето на почтительном расстоянии, что было очень актуально, если учесть ее гребаные сны, которые буквально кричали о предстоящих неприятностях. И чем закончились эти клятвенные обещания? Поцелуи в метро никак не относятся к «почтительному расстоянию». Сорвало крышу, как гребаному подростку, хотя Патриция Бэйтман, взрослая и уравновешенная женщина, не должна была поощрять произошедшее.