Прорыв
Шрифт:
– На самом деле страшно? – Иван взял стаканчик с кофе, сделал глоток. Приступ необъяснимой нервозности, тревоги, граничащей с немотивированным ужасом, прошел так же внезапно, как и начался.
– Не страх. Что-то большее. Там, – он кивнул в сторону окна, за которым виднелся купол Барьера, – уже не Земля. Чувствуешь себя как на другой планете. Вокруг происходят явления, не укладывающиеся в голове. Ты понимаешь, что они невозможны с точки зрения здравого смысла, и… начинается массовый психоз. Кто-то цепенеет, не может даже шага сделать,
– И часто боевые выходы?
– Раз в неделю. Завтра колонна пойдет. Мы тут очередной «подарок» скоргам подготовили, надо в пространство его доставить.
– Что за «подарок»?
– Да комбайн старый переоборудовали, аппаратурой нашпиговали. Все как обычно.
– А кто пойдет, не знаешь?
– Рыжик, кто же еще?
– Лейтенант Рыжов? – уточнил Иван.
– Ну да, мы его Рыжиком зовем.
Шершнев допил кофе, встал.
– Пойду. С офицерами еще нужно познакомиться, дела принять.
– А тебя куда назначили? – спросил Измайлов, протягивая Ивану его куртку.
– К Рыжику твоему, – усмехнулся Шершнев.
Денис пристально взглянул на майора.
– Ты поосторожнее с ним. Дела он какие-то с комбатом крутит. В общем – я тебя предупредил. Вообще-то народа у нас негусто. Финансирование на полевые исследования недавно урезали, вот я один на хозяйстве пока остался. Да и батальон – одно название. По два-три офицера в роте, вот и весь личный состав, представляешь?
– А как же боевые выходы?
– Контрактников из соседней части присылают. В общем, ты не тушуйся, осваивайся. И заходи, мне пока новую бригаду техников не пришлют, даже и поговорить-то не с кем. Вон про «Лёвика» расскажу. Прикольный аппарат.
– «Лёвик» – это тот летающий шар?
– Угу. Сокращенно от «левитатор». Технология скоргов, между прочим. Недоработана пока, но уже кое-что получается.
– Да уж видел, – с усмешкой поддел его Иван. – Ладно, будет время, зайду.
Казарма, в которой располагалось офицерское общежитие, выглядела неказисто. Стены здания потемнели, на них виднелись отчетливые разводы сырости, грязные окна без занавесок смотрелись уныло.
Ни часового при входе, ни дневального в коридоре. Первое, что попалось на глаза, было ржавое ведро. Затоптанный пол со следами грязи и глины не мыли, наверное, год.
Офигеть. Середина двадцать первого века… – Иван сокрушенно покачал головой, глядя на ржавую емкость. Рядом валялась сломанная пластиковая швабра.
Зная типовую планировку казарм, Шершнев направился через сумрачный коридор к холлу, куда выходили двери канцелярии, комнаты отдыха и оружейной.
В холле играла музыка. Несколько пыльных пластиковых растений стояли у огромного панорамного окна, за сдвинутыми журнальными столиками, на обшарпанном диване сидели трое офицеров. Все лейтенанты.
«Один
На столе валялись надорванные упаковки сухпайков, горкой лежали галеты, сиротливо и неопрятно истекала сомнительным ароматом вскрытая банка рыбных консервов.
Появления майора никто не заметил. Лейтенанты выпили молча, угрюмо, никто не сказал тоста, лишь шумные выдохи после принятия спиртного нарушили странную ненормальную тишину.
– Господа офицеры?
Усатый лейтенант вскинул голову, зачем-то осмотрелся по сторонам, видимо, выпито уже было немало. Только окинув взглядом все помещение, он заметил Шершнева, но никак не отреагировал на появление старшего по званию.
– Рыжик, наверное, к тебе.
Рыжов, сидевший спиной к Ивану, обернулся.
– Чего надо? – сипло спросил он.
– Чего надо? – Шершнев прищурился. – Чтоб ты встал и доложил по форме! – неожиданно рявкнул он.
– А ты кто такой?
Марать руки о пьяного лейтенанта Иван не собирался.
– Твой новый командир, – сдержав растущее раздражение, ответил он. – Что за бардак тут творится? В курсе, что завтра боевой выход? Где личный состав роты?
Рыжов немного протрезвел, но не настолько, чтобы проникнуться всей остротой ситуации.
– Личный состав весь тут, – криво усмехнулся он. – А ты, майор, не ори, присаживайся, выпей. Выход боевой никуда не денется, к утру будем как огурчики. Семенов, чистую стопку найди для майора.
Шершнев шагнул к столу.
Бутылка со спиртным была только одна, он взял ее, швырнул на улицу через открытую створку окна.
– От боевого выхода отстранены. Все трое. Хоть вы и «рота»!
На этот раз Рыжова проняло. Хмель отчего-то выбило из головы лейтенанта, он привстал, побледнев.
– Ты, майор, здесь поосторожнее! – его щеки внезапно побагровели. – Без меня один хрен колонна с места не сдвинется, понял?
В другой ситуации Иван просто отметелил бы всех троих, но тогда боевой выход точно отменят, а торчать здесь среди грязи и бардака, в ожидании, пока пришлют кого-то взамен трех «выбывших» офицеров, ему вовсе не улыбалось. Задание – прежде всего.
– Слушай внимательно, лейтенант. Колонну поведу я. Если сейчас же не прекратите пьянку, ты у меня сгниешь тут дневальным, и комбат Петренко тебе не поможет.
Рыжов с вызовом взглянул на Шершнева, но, поймав взгляд майора, внезапно потупился, поутих, словно понял, что тот выполнит обещание.
– Ладно. Завязываем. – Он хмуро взглянул на собутыльников. – Всем по койкам. Отсыпаться до утра.
Те нехотя встали, пошатываясь покинули холл.
– Ключ-карту от оружейной комнаты. – Иван требовательно протянул руку.
– Резкий ты, майор. Не уживемся. – Рыжов протянул ему пластиковый прямоугольник, даже не потребовав подтверждения полномочий. – Утром увидимся. Комнат свободных полно, занимай любую.