Прорыв
Шрифт:
— Вокруг чисто вроде, — пожал он плечами. — На засаду непохоже, мы их из пулемётов раз по сто положить успеем, прежде чем они на горку заедут.
— Да точно, как в тире выставились, — согласился Матроскин. — Никак не засада. Дальше вон пляж длинный, всё просматривается, крысу не спрячешь. Побазарим?
— А почему бы нет? Буксир, давай к берегу, или как там надо.
— А может, катером? — чуть всполошился шкипер. — Я туг фарватера не знаю и не вижу. Мало ли чего там.
— А, ну тоже правильно. Матроскин, зови катер.
Белый девятиметровый катер, шедший в небольшом отдалении и тоже державший под прицелом «Корда» мужиков с машиной, быстро подвалил
— Жмурик, давай к мосткам малым ходом, — сразу раскомандовался Зять.
Увидев, что катер направился к берегу, мужики втроём направились прямо на пристань, не стали себе солидности нагонять. Валера их разглядел — двое гражданских, оба немолодые. Один с помповиком, второй с кобурой на поясе. А с ними ещё один, в милицейской форме, пузатый, пожилой, на плече стволом вниз «Кедр» [52] .
52
Пистолет-пулемёт на базе более раннего ПП-71 конструкции Драгунова.
Едва катер мягко навалился бортом на старые покрышки кранцев, один из гражданских ловко принял швартовочный конец и намотал его на торчащую вверх сваю.
— Приветствуем вас, гости дорогие, — сказал он, протягивая руку. — Далеко собрались?
— Да вниз по реке, — подтвердил очевидное Валера и добавил уже для полной ясности, указав пальцем: — Туда.
— Да это понятно, — сказал собеседник. — Только вы у нас такие первые, так что задержитесь для беседы. А вообще пока в гости приглашаем. Выпить, закусить, баньку затопим. Всё же первые гости с верхов Волги.
Сергей Крамцов
22 мая, воскресенье, утро
Поднял я отряд, едва светать начало. Нам с Васькой предстоял долгий пеший переход на место недавней минной засады, а остальным светило знакомство с шанцевым инструментом, откапывание окопов и оборудование укрытий для техники. Шмелю я дополнительно приказал проверить в «бардаке» всё, что можно, и убедиться в готовности машины к рейду.
Потом мы с Васькой вышли из лагеря, на этот раз налегке, вооружившись автоматами с ПБС. Чёрт его знает, может, и пригодится, для нас скрытность первое дело. А Васька ещё и рацию тащил.
Добрались до места без приключений. Скрытно вышли на позиции для наблюдения, по пути сняв пару растяжек. Всё же противник заподозрил, что вернуться можем, а может, и на всякий случай установили. Устроились за кустами на опушке леса, неподалёку от того места, где вчера скрывались, огляделись.
Остовы разбитых и сгоревших машин были сброшены в кювет. На асфальте стреляные гильзы и пятна запёкшейся крови, битые стёкла, какие-то обгоревшие железки. Лежащего на боку бэтээра больше не было, утащили. На траве кювета остались следы, как он выезжал. Скорее всего, его просто перевернули на колёса, а дальше он пошёл своим ходом, повреждён был не критически.
Больше на дороге никого, ворота хлебозавода заперты, перед ними стоят две старенькие БМП-1, направив стволы пушек в сторону подъездной дороги. Каждая из машин почти по крышу укрыта за стенкой из бетонных блоков, спешно сооружённой. Насторожились. Работы вокруг хлебозавода, кипевшие ещё вчера, не ведутся.
— Что скажешь? — спросил я.
— Повысили уровень боеготовности, — шёпотом ответил Кэмел. — Больше пока ничего не поймёшь.
— Я тоже так думаю. Будем следить.
Мы действительно шли на разведку с расчётом, что будем сидеть на своём наблюдательном пункте до тех пор,
Где-то далеко отсюда раздалась стрельба. Сильная, разом, из многих стволов. Сначала взрывы гранат, затем очереди из автоматического оружия. Затем к ним присоединились крупнокалиберные пулемёты. Снова серия взрывов. Судя по всему, стрельба доносилась откуда-то с северо-востока, как раз с той стороны, куда вела дорога. На хлебозаводе никакой суеты при этом не наблюдалось. И вообще там было как-то пустовато, несмотря на усиление. Ушла часть обитателей? Минут через десять стрельба постепенно стихла.
— Что-то всё же происходит, — тихо сказал я, ни к кому не обращаясь.
— Похоже на то, — согласился Васька. — Знать бы, что.
— А может… пойдём в ту сторону? Вдоль дороги, кустиками. Нам всё равно интересно лишь то, что с той стороны творится, вот и доразведаем.
— А почему бы и нет?
Мы сдали назад, за деревья, пошли, пригнувшись, вдоль лесной опушки. С хлебозавода нас не заметили.
Идти по лесу было легко. Подлесок был достаточно густым, чтобы помогать нам укрываться, но недостаточно для того, чтобы мешать двигаться. Так мы и шли, не торопясь, около полутора часов. Километра через четыре я почувствовал запах гари, всё больше горелой резины. Запах знакомый, так сгоревшая техника пахнет. И могу на спор забиться, что вскоре к нему примешается ещё один — горелой человеческой плоти. Эти запахи друг без друга никуда.
Ещё метров через пятьсот увидели посреди дороги и в кюветах вокруг неё остатки сгоревшей колонны. Четыре сожжённых БТР-70, две БРДМ-2 и одна БМП-1. И три «Урала». Всё дымящееся, обугленное, местами ещё горящее. И не меньше полусотни трупов вокруг, и это ещё при первом приближении.
Мы замерли. На дороге возле разгромленной колонны никого не было, но нет никакой гарантии, что засада отошла, а не сидит на том же месте, откуда был нанесён настолько эффективный и убийственный удар.
Я поднял к глазам бинокль, навёл на технику. Все повреждения явно от гранатомётов, кроме головной машины, БМП-1. А ей, судя по всему — по пятну копоти и остаткам металлического кронштейна на стволе, по обугленным ветвям елок, — досталось противотанковой миной, подвесной, которая «ударным ядром» поражает. Вроде ТМ-83. Тоже неплохо, такие мины кому попало в руки не попадаются. «Спецы» из «Фармкора»? Сомнительно, чтобы уголовники с мобскладов такие мины умудрились добыть. На мобскладах, даже инженерных, дай бог нажимные ТМ-62 найти, о кумулятивных противоднищевых я и не говорю. Да и такую эффективную засаду организовать тоже уметь надо. Рассчитать интервалы, спланировать, развести по позициям личный состав.
Тут, по всему видно, засада была организована по максимально эффективной схеме. Меньшая часть засадных сил находилась слева от дороги по ходу колонны. Они ударили гранатомётами, выбив почти всю броню первым залпом. Затем накрыли колонну автоматическим огнём. Противник, неопытный в таких делах, попытался укрыться за техникой. Те, кто уцелел после первого удара, разумеется. И затем в бой вступили главные силы засады, молчавшие до поры и находившиеся от дороги справа и за поворотом. Снова ударили из гранатомётов и смели стрелковым оружием уцелевших. На этом основной бой закончился. Грамотно и эффективно. Остался только «контроль», чтобы бродячих мертвяков не разводить. Его, кстати, как потом мы заметили, тоже провели аккуратно и методично.