Прощай — прости
Шрифт:
— Марк хотел позвонить тебе после нашего разговора, но я знала, что ты будешь в расстроенных чувствах, и потому сказала, что попробую найти тебя сама, — пояснила Рона. — Мне не хотелось, чтобы ты сорвалась во время разговора с ним. Тебе все-таки стоит зайти в офис после съемок. Он будет здесь.
— Может, я так и сделаю. Спасибо, что заступилась за меня, Ро, — пробормотала Джо. — Пока.
— Джо, не клади трубку Мне не нравится твой голос.
Черт бы побрал эти проклятые салфетки, куда она их подевала? Джо судорожно обвела взглядом комнату,
— Извини, Рона, — всхлипнула она, вытирая глаза рукавом свитера. — Мне пора бежать. Правда.
Было уже три часа пополудни, когда она наконец вышла из студии. Рядом с нею вышагивал Фредерик, тащивший в руках платья в пластиковых чехлах. Он взялся доставить их в безопасное место — в офис, поскольку Джо решила пройтись по магазинам и не хотела оставлять взятую напрокат одежду стоимостью в сотни фунтов в машине на стоянке у супермаркета.
— Бренда знает, что и куда надо вернуть, — сказала она, кладя две коробки с обувью в машину Фредерика. Он аккуратно уложил платья на заднее сиденье. — Извини, что оставляю тебя заниматься этим. Я знаю, ты спешишь.
— Не волнуйся. Немного опоздаю, ничего страшного, а вот ты выглядишь так, что тебе явно надо отдохнуть и побыть одной. Береги себя. — Он притянул Джо к себе и тепло обнял. — Послушай дядю Фредерика, поезжай домой и ложись в кровать. Почитай какую-нибудь модную книжонку и съешь побольше мороженого.
— Я так и сделаю. Спасибо, Фредерик, ты такой славный.
В отделе, где продавали одежду для беременных, яблоку негде было упасть. Понадобилось несколько примерок, чтобы подобрать брюки, которые ей подошли. Джо надеялась, что ей не придется покупать много одежды больших размеров, но оказалось, что брюки — одна из тех вещей, на которых сэкономить не удастся.
Она купила брюки серые, брюки черные и три пары колготок для беременных. Если с новыми брюками носить рубашку или джемпер навыпуск, то их должно хватить на оставшиеся до родов месяцы.
Когда она зашла домой, с порога ей подмигнула лампочка автоответчика. Неужели Марк все-таки позвонил? Но это оказались сообщения Роны. Она просила перезвонить в офис. «Марк хочет поговорить с тобой», — гласило первое сообщение. Затем, после паузы: «Пожалуйста, перезвони. Иначе он сведет меня с ума».
— Ну и пусть, — сердито заявила Джо. Или у него вдруг отсох указательный палец, и он не может набрать номер? Что он, сам не в состоянии позвонить, если обращается за помощью? Она разложила покупки и повалилась на диван с пультом от телевизора в руках.
Когда наконец в половине восьмого зазвонил телефон, она была в ванной, нежась в уютном коконе ароматных пузырьков с питательной маской на лице. Даже если бы она захотела ответить, то все равно не успела бы выбраться из ванны вовремя.
Подскочив было, она вновь погрузилась в пену, досадуя и злясь на себя.
Просидев в ванне еще пару минут, Джо, снедаемая любопытством, все-таки решила
Голос Марка звучал сухо и официально: «В восемь вечера я должен быть на благотворительном ужине в „Шелбурне“, так что до этого позвони мне на мобильный».
Нет, каков наглец, а? Да скорее ад замерзнет, чем она позвонит ему. Джо с раздражением нажала клавишу удаления записи и, пылая праведным гневом, влетела обратно в ванную, чтобы смыть с лица маску.
Проведя еще одну беспокойную ночь, первым делом с утра она позвонила в офис.
— Аннет, скажи Роне, что я неважно себя чувствую и сегодня не приду, — сообщила она секретарше в приемной.
— Бедная моя, что случилось? — обеспокоенно поинтересовалась Аннет.
Злясь на себя за вынужденную ложь, Джо пробормотала что-то насчет того, что очень устала.
— Пожалуй, сегодня я поваляюсь в постели, — добавила она. — Передай Роне, пусть не звонит мне, если только не случится что-нибудь сверхсрочное. Я включу автоответчик. Мне нужно поспать.
— Не волнуйся, Джо, я не позволю никому беспокоить тебя под страхом смертной казни.
Интересно, к боссу это относится или нет? И нельзя ли добавить к этому предписанию «под страхом смертной казни после продолжительных пыток»?
Все утро она разбирала свой гардероб под любимые ненавязчивые мелодии. Она перемерила кучу вещей, чтобы посмотреть, налезут ли они на ее раздувшийся живот, и с раздражением отметила, что таковых нашлось очень немного. Пожалуй, мне уже никогда не носить их, с горечью сказала она себе, глядя на замечательные облегающие наряды, которые перестали сходиться на ней.
Джо очень любила свой синий шерстяной костюм в тонкую белую полоску. Будет обидно до слез, если она больше никогда не сможет надеть его. И черную кожаную мини-юбку. Она купила ее на один из первых чеков, полученных за свою внештатную работу, и целый год только что не спала в ней. Тем не менее юбка выдержала испытание любовью и выглядела просто замечательно, учитывая ее «возраст». Будет чертовски жаль, если она больше не влезет в нее.
Похрумкивая диетическими хлебцами, чтобы занять себя и не дорваться до сладкого жирного печенья, Джо разместила в левой части шкафа все, что больше не могла носить, а остальное сложила в правой. Поскольку в последней оказалось катастрофически мало нарядов, депрессия навалилась на нее с новой силой.
Зазвонил телефон, но абонент повесил трубку, как только включился автоответчик. «Наверное, это мама, — подумала Джо, — она ненавидит автоответчики». Когда через полчаса залился трелью дверной звонок, Джо осторожно посмотрела в глазок. На пороге стоял Марк.
Проклятье. Она прислонилась к двери, раздумывая над тем, слышал ли он, как она топала по коридору. Он вновь надавил на кнопку звонка. Очевидно, слышал.
Джо боялась даже дышать, надеясь, что он повернется и уйдет. Увы.