Прощай — прости
Шрифт:
— Теперь ты, — потребовала она, вытаскивая из джинсов полы его рубашки. Он быстро разделся, затем откинул пуховое одеяло и скользнул в постель. Эшлин устроилась рядом и прижалась к нему — прикосновение его теплой шелковистой кожи возбуждало и согревало ее.
— Ты очень красивая, Эшлин, — повторил он, покрывая поцелуями ее грудь, пока она не застонала от желания.
— Это великолепно, — негромко сказала она. — Теперь я.
— Нет. — Он приподнялся на локте, пожирая ее глазами. — Сегодня ночью здесь командую я, и я постараюсь доставить тебе не один миг наслаждения. Поэтому откидывайся на подушки и думай о Британской империи!
Он
Эшлин застонала от удовольствия.
— Если вы настаиваете, мистер Дэлани, — сдавленно пробормотала она.
— Настаиваю.
«Вот это да», — в который уже раз подумала Эшлин, лежа на подушках рядом с раскинувшимся на постели Сэмом. Он похрапывал, негромко, но достаточно, чтобы мешать ей заснуть.
После двух оргазмов она должна была забыться блаженным сном, но Эшлин не спалось. Хотя миновало уже четыре часа утра, сна не было ни в одном глазу. Она чувствовала себя расслабленной и полностью удовлетворенной. Оказывается, до этой ночи она даже не подозревала о том, насколько скучными и примитивными были занятия любовью с Майклом.
А Сэм был неутомим, дважды повергнув ее в сладкую пучину наслаждения. Дважды. Ничего себе!
Она потихоньку выскользнула из-под одеяла. Сэм не хватится ее. В любом случае ей позарез необходим стакан воды. Чрезмерное количество спиртного, выпитого вчера, начинало сказываться: ее мучила сильная жажда. Сняв халат с крючка на двери, она спустилась вниз, чтобы хлебнуть воды.
Дважды опустошив стакан, она вновь наполнила его и неслышно пробралась в туалет на первом этаже.
Эшлин с изумлением обнаружила, что выглядит очень даже неплохо. Она буквально светилась изнутри. Да, именно так. Она очень устала — волосы ее спутались и растрепались, помада на губах исчезла полностью, съеденная поцелуями, глаза покраснели, под ними виднелись крошки осыпавшейся с ресниц туши, — но лицо в зеркале светилось внутренним светом.
Она все-таки сделала это. Переспав с другим мужчиной в своей супружеской постели, она разрушила проклятие, наложенное на нее Майклом.
— Большое тебе спасибо, Сэм, — прошептала она, глядя на свое отражение.
Когда она вновь осторожно забралась под одеяло, Сэм забормотал что-то во сне и придвинулся ближе, прижавшись к ней всем телом. Он вновь что-то промычал, закинул одну руку ей на грудь и уткнулся носом в шею.
— Все в порядке? — пробормотал он сквозь сон.
— В полном, — прошептала она в ответ, с удовольствием устраиваясь поудобнее в его объятиях. — Все просто замечательно.
Он разбудил ее нежным поцелуем в губы, а потом провел языком по шее, пока она не разлепила сонные веки.
— Труба зовет, Эшлин. Это тебе вместо будильника. — Сэм скользнул ниже и накрыл ее груди ладонями.
— Который час? — поинтересовалась она, снова закрывая глаза.
— Без двадцати два.
— Два часа дня?! — Эшлин рывком села на постели. — Скоро придут мальчики, а тебе пора уходить, Сэм! — в тревоге вскричала она.
— Расслабься. — В голосе его сквозило веселое изумление. — Они вернутся домой не раньше шести. Ты сама сказала мне об этом вчера вечером. К чему такая спешка?
— Я знаю, но… — Эшлин и сама не могла объяснить причины охватившей ее паники. Вчера вечером все было совсем по-другому Как ему объяснить? Она хотела, чтобы Сэм ушел из ее дома, потому
— Пожалуйста, пойми меня, Сэм, — начала она. — Я еще никогда не делала ничего подобного и сейчас чувствую себя очень странно. Мне кажется, мальчикам еще не время встречаться с тобой. Они растеряются и придут в замешательство. Надеюсь, ты меня понимаешь.
— Тебе понравилась прошлая ночь? — негромко поинтересовался он, перебирая пальцами ее волосы. У него были необыкновенно выразительные глаза.
— Конечно…
Он не дал Эшлин договорить, закрыв ей губы поцелуем, поначалу нежным, но быстро превратившимся в долгий и страстный. Она не могла не ответить на него. Щетина царапала нежную кожу у нее на шее, когда он двинулся ниже, щекоча носом ее груди.
— Мне нравится твоя грудь, Эшлин, — хрипло прошептал он. У нее не было ни сил, ни желания сопротивляться. Он был таким сексуальным и, кажется, точно знал, как завести ее. Не успела она опомниться, как они уже барахтались под одеялом, снова занимаясь любовью.
— Я уйду в три. У тебя останется еще куча времени, — пробормотал Сэм.
Часом позже она лежала в ванной и смотрела, как он заканчивает бриться. Плеснув в лицо водой, он вытер его насухо и взглянул на свое отражение в зеркале, поворачивая голову из стороны в сторону, чтобы убедиться, что нигде не пропустил ни островка щетины, бреясь ее старой бритвой. Удовлетворенный увиденным, Сэм провел расческой по волосам, прежде чем надеть рубашку.
— Я сам найду выход, — сообщил он и наклонился к ней, чтобы приласкать ее грудь. — Господи, ты возбуждаешь меня одним своим видом. Мне так и хочется затащить тебя обратно в постель. Но только не в эту, разумеется. — Он резко выпрямился. — От нее надо избавиться, ты не находишь?
— Почему? — растерялась Эшлин, не понимая, что он имеет в виду.
— Но мы не можем заниматься любовью в постели, которую ты делила со своим мужем, — тоном оскорбленного достоинства заметил он.
— Да, понимаю, — протянула она, хотя на самом деле это было не так. Вчера его почему-то не беспокоил тот факт, что они занимались любовью в кровати Майкла. Впрочем, оба были настолько навеселе, что вполне могли устроить любовную битву прямо на мосту О’Коннелла [61] , взымая деньги со всех желающих поглазеть.
— На выходные мы могли бы пройтись по магазинам, — предложил он. — Кроме того, не помешает прикупить спиртного. Пожив в Штатах, я привык к бурбону [62] .
61
Мост через реку Лиффи в Дублине.
62
Сорт виски, производится в США. Основное его отличие от европейского виски заключается в том, что бурбон производится из кукурузы, а не из ячменя, и выдерживается в специальных бочках, изготовленных из дуба и обожженных изнутри по специальной технологии.