Прощай — прости
Шрифт:
Тогда они были настоящей семьей. По крайней мере, так казалось. Увидев фото, Эшлин задумалась о том, действительно ли они с Майклом были счастливы вместе, или это только она наивно верила в то, что ее семья идеальна, в то время как Майкл уже подумывал об измене? И тогда Эшлин расплакалась. Впрочем, расплакалась — это еще слабо сказано. Она прорыдала всю ночь. Так что наутро глаза опухли и покраснели — как раз под цвет алой блузки, которую бедняга тщательно выгладила накануне.
— Я не плакала со среды. — Всхлипнув, Эшлин принялась копаться в сумочке в поисках носового платка. — Иногда я чувствую себя такой сильной, такой решительной. А потом
— Ничего, это нормально. — Джо вздохнула. — Мне тоже постоянно хочется плакать, кроме разве что тех моментов, когда я мечтаю о том, как прекрасно было бы задушить Ричарда ремнем от его фотоаппарата.
— Извини, — шмыгнула носом Эшлин, — я не хотела обременять тебя своими проблемами. Ричард с тобой не связывался?
— И да и нет, — ровным голосом ответила Джо. — Он со мной связался, но я его видеть больше не хочу. Никогда. Единственная ситуация, в которой мне бы хотелось увидеть его лицо, — необходимость опознания его трупа в морге. Н-да, мечтать не вредно.
Эшлин была настолько шокирована словами подруги, что даже плакать перестала. Может быть, из-за беременности у той помутился рассудок?
— Ричард — мелкий поганый ублюдок, — выпалила Джо. — Ой, нет, поправочка. Не мелкий ублюдок, а, прямо скажем, полновесный подонок. — Она повернулась к бармену. — Дайте мне еще чашку чая, пожалуйста. В общем, представляешь, заявляется он ко мне. Подарочки принес. Начал просить прощения. Вернее, это я подумала, что он хочет помириться. Мы с этим недоноском оказываемся в постели. Я-то думаю, что все у нас хорошо. Прекрасно. Просто изумительно. И тут узнаю, что он по-прежнему собирается ехать в Лондон. Небось, потащит с собой Сашу, ну, помнишь, ту Мисс Гениальность! Мне кажется, эта подлюка уже начала крутить шашни с моим бывшим.
— Вот свинья! — возмутилась Эшлин.
— О, я его еще не так назвала, уверяю тебя, — с наслаждением протянула Джо. — Этому ублюдку лучше держаться от меня подальше всю оставшуюся жизнь, иначе я ему все зубы повыбиваю.
— Джо, ну ты даешь!
— Кому рассказать — не поверят. Иногда мне кажется, что я превращаюсь в героиню американской мыльной оперы. Ну, знаешь этот сюжет: «Она любила Его. Но у Него была Страшная Тайна, однажды потрясшая Ее до глубины души». Подобные сентенции нужно произносить бархатистым баритоном, так что у меня не очень получается. Думаю, в таком сериале в роли меня могла бы сняться Жаклин Смит. Или лучше Джейн Сеймур? В общем, такой мрачновато-депрессивный и в то же время сексапильный типаж. А вот кто сыграет в этом сериале главного ублюдка, я еще не знаю. — Джо взяла у бармена чашку. — Уже половина первого. Когда тебе нужно возвращаться на работу?
— К двум, но отсюда я дойду туда за пять минут.
— Ну ладно. Тогда слушай краткое содержание предыдущих серий мыльной оперы под названием «Моя жизнь».
В итоге Эшлин едва не опоздала на работу. Она-то думала, это у неевсе плохо. Бедная Джо! Подумать только, отец твоего ребенка вышвырнул тебя из своей жизни, словно подаренного на Рождество котенка, который подрос и перестал нравиться. А самое ужасное — Джо была уже не первой женщиной, с которой он обходился таким вот образом. Мерзавец.
— Слава Богу, ты вернулась! — сказала Элизабет со вздохом облегчения, когда Эшлин вошла в их небольшой, расположенный на верхнем этаже офис. — Ужасно себя чувствую. Мне просто необходимо добраться домой и прилечь, иначе, клянусь, упаду в обморок.
—
Муж Элизабет, Пит, готов был землю целовать под ногами у жены.
— Нет, не нужно, я в порядке. Я живу недалеко, тут на Стоунибаттер. Мне очень-очень жаль! — Элизабет посмотрела на Эшлин полным сожаления взглядом. — Похоже, мне придется уйти в декретный отпуск с сегодняшнего дня. Не уверена, что смогу проработать еще одну неделю. Знаю, осталось еще так много всего, что я должна была тебе рассказать…
— Не глупи, — упрекнула Эшлин, стараясь не думать о том, каково ей будет в одиночку справляться с ужасным характером Лео. — Тебе нужно добраться домой и позаботиться о себе. В конце концов, контора не перестанет работать, даже если я забуду принести Лео его утренний кофе или потеряю половину его писем! Так что не переживай.
Чтобы убедиться, что Элизабет в состоянии вести машину, Эшлин решила проводить ее к красному «фиату», припаркованному на Фитцвилльям-сквер. Все это время она не переставала размышлять. Она ужасно боялась потерять важные документы в этом чертовом компьютере, но больше всего ее пугала невероятная требовательность и придирчивость Лео.
— Где это чертово досье Рейли?! — кричал он утром, напрочь забыв, что даже не просил его подготовить.
Каждый раз, когда они остаются наедине в офисе или он осведомляется о ходе работы, Эшлин начинает бить нервная дрожь.
— Есть какие-нибудь проблемы? — спросил он за день до этого, когда она принесла ему кофе. Черный, без сахара.
— Все хорошо, — уверенно ответила Эшлин. — Элизабет — очень хороший секретарь, и я надеюсь, что буду не худшей заменой. «Секретарь, а не кусок мяса в юбке! Понятно тебе, мерзавец?» — подумала она про себя.
Она всегда завидовала Джо. Ее способности привлекать внимание мужчин, ошеломляя своей сексуальностью и естественным обаянием. Однако существует разница между восхищением и желанием завалить на письменный стол. Если бы какой-нибудь мужчина когда-либо осмелился вести себя с Джо так же вызывающе, как Лео Мерфи, она немедленно поставила бы его на место. Лео не просто смотрел, нет, он пожирал Эшлин глазами и заставлял чувствовать себя очень неловко. Но что она мосла поделать с этим?
Это единственная работа, которую ей пока посчастливилось получить, и она не может уйти только из-за того, что не в состоянии поладить с начальником. Разведенка с двумя детьми, без каких-либо навыков, не считая способности приготовить идеальное сырное суфле, не может позволить себе перебирать работой. А значит, ей придется привыкнуть к Лео, его скользким взглядам, ухмылкам и двусмысленным комментариям.
С полудня он пребывал в дурном настроении.
Он никак не отреагировал, когда Эшлин сказала, что Элизабет уйдет в декретный отпуск раньше.
— Хмм, — равнодушно буркнул Лео. — Принеси мне дело Уилкинсона. Там должно быть три папки. И свяжись с ним по телефону. Ах да, кстати, меня не будет в офисе в понедельник, так что отмени все встречи и оставь свободным расписание до вторника. Это все.
Эшлин радостно отметила про себя, что он даже не глянул в ее сторону. Ура. Она с легким сердцем спустилась в кабинет с личными делами. Возможно, это лишь ее воображение сделало из Лео страшного серого волка, в то время как он был просто умирающим от тоски начальником, который в перерывах между делами развлекается, наблюдая за временными секретарями.