Протекторат
Шрифт:
Тьерри на секунду замер от изумления, затем, убедившись, что ему не послышалось, развернулся и зашагал прочь. Его, конечно, так и подмывало подойти к Келли и потребовать у нее объяснений. С какой стати она столько времени изображала незнание иностранных языков? Однако он понимал, что тем самым поставит и ее и себя в крайне неловкое положение. Впрочем, понял он это чуть позже, когда уже покинул террасу ресторана, а в тот момент его решение уйти, не попадаясь Келли на глаза, было лишь рефлекторной реакцией воспитанного человека на щекотливую ситуацию. Точно так же он поспешил бы незаметно исчезнуть, если бы случайно застал ее раздетой, или при любых других обстоятельствах,
Выйдя из ресторана, Тьерри сел в наземное такси, доехал до ближайшего парка и не спеша зашагал по пустынной аллее к видневшемуся вдали озеру. Его визит вежливости к здешнему послу Земной Конфедерации был назначен лишь на девять утра по столичному времени, что соответствовало местным четырем пополудни, и Тьерри не знал, как убить оставшиеся шесть часов. После той встречи с Келли столбик на термометре его настроения упал ниже нулевой отметки, и он совершенно потерял интерес к прогулке по планете, хотя мечтал о ней все пятнадцать дней, проведенные в замкнутом пространстве корабля.
Тьерри дошел до озера, присел на скамейку в тени деревьев и отрешенно уставился на плававших недалеко от берега белоснежных лебедей. Все его мысли были заняты Келли, вернее, ее ложью. Они работали вместе уже два года, и все это время она обманывала его, изображая полное незнание иностранных языков и демонстрируя упрямое нежелание их изучать. А между тем Келли в совершенстве владела испанским — и гораздо лучше, чем сам Тьерри, который не без оснований считал себя полиглотом. Интересно, сколько языков она еще знала? Три? Пять? Десяток? И главное — зачем скрывала от всех свое знание?..
Вряд ли просто забавы ради, решил Тьерри. Было бы глупо предположить, что Келли таким образом развлекалась, дурача своих друзей и знакомых. Невелико удовольствие постоянно быть начеку, следить за собой, чтобы случайно не проговориться, ничем не выдать себя. А это требовало адского напряжения нервов, особенно если учесть, что вращалась она в дипломатических кругах, где многоязычность, даже в рамках одного коллектива, была явлением обыденным.
Безусловно, своим притворством Келли преследовала куда более серьезные цели, чем просто нелепый розыгрыш. В то же время представлялось сомнительным, что она скрывала знание других языков только затем, чтобы иметь возможность время от времени проникать в чужие секреты, — ведь в любом случае большинство людей предпочитают вести важные разговоры в отсутствие посторонних. Скорее, тут дело в другом: это понадобилось Келли для того, чтобы предстать в глазах окружающих этакой безобидной дурочкой, ограниченной и заносчивой обывательницей, лишь по какому-то недоразумению попавшей на дипломатическую службу. В итоге почти все коллеги смотрели на нее свысока, относились к ней снисходительно, а порой и пренебрежительно. Даже Тьерри, который ежедневно тесно общался с Келли и прекрасно знал, что она далеко не глупышка, все равно не принимал ее всерьез. И, как оказалось, зря.
Кем была Келли в действительности, он мог только гадать. Напрашивалось сразу несколько вариантов: от достаточно нейтрального и даже положительного — она глубоко законспирированный сотрудник земной разведки, до очень скверного — она, опять же, связана с разведслужбами, но отнюдь не земными. Тьерри был в полной растерянности и не знал, что ему делать. Случись это на Нью-Джорджии, он бы просто пошел к послу, рассказал о своем открытии и умыл руки — пусть этим занимается начальство. Но теперь он сам был начальником, главой дипломатической миссии, и ему никуда не деться от принятия решения. Переложить
Тьерри достал сигарету, закурил и обвел рассеянным взглядом окрестности. Берег озера был почти безлюден, если не считать молодой парочки да широкоплечего мужчины лет сорока в типично туристском наряде, состоящем из шорт, рубашки с короткими рукавами и кепки с козырьком. Парочка неспешно прогуливалась вдоль кромки воды, мужчина сидел на соседней скамейке и явно следил за молодыми людьми. Когда они отошли достаточно далеко, он встал и вразвалку приблизился к Тьерри.
— У вас, случайно, не найдется огонька? — спросил незнакомец извиняющимся тоном. — А то я где-то посеял свою зажигалку.
— Да, конеч… — начал было Тьерри, но тут рука мужчины метнулась к его шее, он почувствовал жалящий укол, похожий на пчелиный укус, а в следующий миг потерял сознание…
…Очнувшись, Тьерри обнаружил, что тень от деревьев как-то слишком уж быстро отступила от скамейки, и теперь он сидит на самом солнцепеке. Голова у него была словно набита ватой, все тело ломило.
«Надо же! — растерянно подумал он. — Задремал…»
С некоторым трудом подняв правую руку, Тьерри посмотрел на часы и чуть не присвистнул от удивления. Оказывается, он не просто задремал, а капитально заснул и проспал больше двух часов. Неудивительно, что он так скверно себя чувствует, хорошо хоть солнечный удар не схлопотал. Или все-таки схлопотал?..
«Черт возьми! Что это со мной?»
Тьерри попытался вспомнить, как все произошло. Кажется, он собирался закурить сигарету… Или закурил? Да, похоже, что закурил, — он смутно припоминал свою первую затяжку. А потом была пустота…
Кстати, о сигарете! Тьерри обеспокоенно осмотрел свой костюм и с облегчением убедился, что он нигде не прожжен. Истлевшая сигарета валялась в траве у его ног. Очевидно, засыпая, он все же успел выбросить ее, а может, ему просто повезло, что она упала в сторону. Впрочем, как знать, повезло ли — ведь тогда он проснулся бы гораздо раньше, и все обошлось бы дырой в брюках да легким ожогом, вместо этой проклятой головной боли и ломоты во всем теле…
Сделав над собой усилие, Тьерри поднялся со скамейки и побрел по аллее к выходу из парка, продолжая недоумевать по поводу своей внезапной слабости. Неужели на него так подействовала та сцена в ресторане, когда он понял, что целых два года Келли водила его за нос? Нет, вряд ли. Он, конечно, сильно расстроился, но не до такой же степени…
«Всему виной моя чертова клаустрофобия, — в конце концов решил Тьерри. — Две недели провел взаперти, потом вырвался на простор и от избытка переживаний расклеился. Тут свою роль сыграла и Келли…, Господи, что же с ней делать?!»
9
Мариелло Конте, коммодор
Бессознательно Конте уже был готов к тому, что остановка на Эль-Парадисо не обойдется без сюрпризов, а посему без особых эмоций отнесся к сообщению мичмана Джустини, что Келли Симпсон, за которой она вела слежку на планете, ускользнула из-под ее наблюдения.
Это случилось в аэропорту города Лос-Анхелос, где мисс Симпсон ожидала челнок, следующий на орбитальную станцию «Ариэль». Или только делала вид, что ожидала. Как бы то ни было, незадолго до объявления посадки она пошла в туалет и скрылась через другой выход, оставив Джустини в дураках. А свою сумочку, в ремешке которой сидел следящий «жучок», бросила под умывальник и тем самым выгадала четверть часа, пока мичман не начала беспокоиться из-за ее длительного отсутствия и не решила войти следом за ней, чтобы разыграть случайную встречу.