Противоборство
Шрифт:
Ходили люди по парку, хладнокровно осматривая поверженную к их ногам вражескую технику, и восхищались советским оружием и советским солдатом, превратившим ее в экспонаты.
На этой выставке пришлось побывать и мне. Помню, как один мальчуган настойчиво спрашивал у матери: [369]
«Это все наш папа у немцев отнял? Да? Все?» Мальчик упрямо повторял вопрос несколько раз. И мне хотелось ответить ему: «Да! Да! Это все отняли у фашистских разбойников наши папы. И будут отнимать до тех пор, пока придет день, когда мы сможем спокойно дышать, играть, бегать, спать, учиться...» Мне было тогда шестнадцать...
Все верили, что
Не было на выставке самих фашистских вояк. Но и они через некоторое время прошли по Москве, опозоренные, понурые, растерянные, прошли на показ советскому народу.
А «тигры» на выставке были как раз те, которые подбили и пленили наши артиллеристы и танкисты под Ленинградом. [370]
Поединок
«Зверобой»
Прежде чем осветить некоторые малоизвестные, а подчас и совершенно неизвестные широкому кругу читателей эпизоды грандиозного сражения, развернувшегося летом 1943 года на Курской дуге, нужно вернуться к событиям конца 1942 года. Мы говорили, что у врага появился новый тяжелый танк – «тигр» с мощным бронированием и орудием. Когда о нем узнало советское командование? В военно-исторической и мемуарной литературе до сих пор ответ на этот вопрос дается неоднозначный. А поэтому не всегда верно освещаются и меры советского командования и конструкторской мысли, направленные на то, чтобы противопоставить новому вражескому оружию свое, более эффективное.
В литературе многие авторы связывают раскрытие секрета «тигра» с январскими боями 1943 года во время прорыва блокады Ленинграда, когда в районе Рабочего поселка № 5 был захвачен этот танк и по указанию Г. К. Жукова эвакуирован в тыл.
Писатель Иосиф Герасимов в романе «Предел возможного» раскрытие секрета «тигра» преподносит читателям так:
«Осенью сорок второго Ремеза и Куликова (под этими именами автор вывел образы И. М. Зальцмана и Ж. Я. Котина.– Д. И.)вызвали в Москву в Государственный Комитет Обороны. Пригласили и других директоров и конструкторов заводов, выпускавших танки. Показали документальный немецкий фильм: по полям, через дороги, рвы двигалась могучая броневая машина с длинной пушкой, ее обстреливала противотанковая артиллерия, но снаряды рикошетили, не пробивали броню; могучими гусеницами танк давил орудия, легко пробирался через препятствия. А после фильма они увидели этот танк в натуре. Его называли „тигром“ и привезли из-под Ленинграда, немцы испытывали танк во фронтовых условиях, эта машина застряла в болотах под Синявинскими высотами».
Во-первых, фильм о «тиграх» был заснят в октябре 1942 года в городе Ютерборге и никогда к нам не попадал, а о его существовании рассказал в своих мемуарах [371] Альберт Шпеер. Во-вторых, танк «тигр» под Синявинскими высотами был захвачен в ночь на 17 января 1943 года. Обо всем этом уже подробно говорилось в предыдущей главе. В-третьих, как свидетельствуют материалы, хранящиеся в фондах ЦГВИА, ответные меры на появление «тигров» были приняты уже в конце 1942 года. Это была мощная самоходная установка СУ-152, имевшая обозначение в конструкторской документации КВ-14.
Как известно, ЧКЗ начал серийный выпуск СУ-152 уже в январе 1943 года, когда еще не началась операция
Ивсе-таки, когда же узнали конструкторы ЧКЗ о появлении у врага тяжелых танков «тигр»?
О тех шести «тиграх», подбитых 21 сентября 1942 года под Мгой батареей 1225-го гаубичного полка майора Балагушина, и об их эвакуации в наш тыл тут же стало известно командованию Волховского фронта и генералу Н. Н. Воронову, находившемуся тогда на Ленинградском фронте в качестве представителя Ставки. Через них весть быстро дошла до Верховного Главнокомандования и ГКО. Если эпизоду встречи нашего разведотдела с четырьмя «тиграми» в августе 1942 года не придали особого значения, поскольку наши разведчики и артиллеристы видели их на большом расстоянии, то «сентябрьские» шесть танков встревожили советское командование. Заместитель наркома обороны СССР, впоследствии главный маршал артиллерии, Н. Н. Воронов, бывший в ту пору начальником артиллерии Красной Армии, в своих мемуарах писал:
«Однажды меня вызвали в Государственный Комитет Обороны. Сталин встретил словами:
– А ведь вы оказались правы, когда докладывали нам о появлении у противника новых танков с более толстой броней.
Прервав заседание, он стал задавать мне вопросы о том, какие наши пушки смогут успешно бороться с этими танками...»
Из нашего разговора стало очевидно, что существующей противотанковой артиллерии бороться с новыми танками противника будет трудно. Нужно принимать меры кардинальные, возможно, установить на нашем тяжелом танке КВ-1С более мощную пушку. [372]
Первых «тигров» сначала изучили ремонтники, находившиеся в районе боев, затем спешно вылетевшая из Челябинска группа конструкторов во главе с заместителем начальника СКБ-2 А. С. Ермолаевым. Об этом позаботился нарком В. А. Малышев.
Я задавал не одному кировцу вопрос: когда они узнали о появлении «тигра» и какие меры были приняты, чтобы противопоставить им новое оружие?
Н. Ф. Шашмурин написал, что информация о новом немецком танке с противоснарядным бронированием и мощной противотанковой пушкой нами была получена осенью 1942 года с Волховского фронта... В дальнейшем стало известно, что это был образец танка «тигр».
Таким образом, и командование армии, и наркомат танковой промышленности, и конструкторские бюро, разрабатывавшие оборонную технику, в конце сентября – начале октября 1942 года были осведомлены о том, что у фашистов появились новые тяжелые танки с мощным противоснарядным бронированием и зенитным орудием крупного калибра.
Враг бросил вызов. Нужно было сделать ответный ход. Уже стало ясно, как бы в этой обстановке пригодились КВ с пушкой Грабина калибра 85 и даже 107 миллиметров!
...Первые месяцы Великой Отечественной войны показали необходимость резкого повышения маневренных возможностей противотанковой артиллерии.
Известно, что расчет полевой противотанковой пушки, как охотник на зверя в засаде, обычно в течение многих часов, а то и дней должен находиться на указанной ему огневой позиции и ждать появления танков противника. А они появляются зачастую совсем не там, где их ожидают. Если бы подвижность орудия ПТО была повышена, то оно могло бы не ждать появления танков противника, а само находить их и, внезапно появившись, уничтожать.
Так военные доказывали необходимость создания самоходной противотанковой артиллерии.