Протокол «Сигма»

Ладлэм Роберт

Герта сдавленно взвизгнула. Замахала руками, потянулась к шее, попыталась просунуть пальцы под удавку – безуспешно – и принялась, отчаянно дергаясь, драть кожу на горле ногтями. Ее лицо налилось кровью. Широко раскрытый рот тщетно ловил воздух. Затем движения рук замедлились: вероятно, Герта теряла сознание.

Через несколько минут Анна, которая сама чуть не лишилась чувств от напряжения, завязала медсестре рот и приковала ее теми же самыми наручниками к поручню каталки. Расстегнув «манжеты», державшие щиколотки,

она соскользнула с каталки на пол; в первый момент собственное тело показалось ей невесомым. Затем она приковала ноги Герты к установке для анестезии, которую было бы не так уж легко сдвинуть с места.

Отцепив от пояса Герты кольцо с ключами, она оглядела столик с анестезиологическими средствами.

Он был прямо-таки битком набит всяким оружием. Анна схватила несколько коробочек инъекционных игл, несколько маленьких стеклянных ампул различных препаратов, а затем вспомнила, что одета в больничную рубаху без карманов.

Тут же, в комнате, оказался шкаф, в котором висели два белых докторских халата. Анна быстро надела один, набила оба кармана тем, что прихватила со столика, и выбежала из комнаты.

Глава 43

Местный архив земмерингской округи располагался в небольшой комнате, в подвальном этаже выстроенного в претенциозном баварском стиле здания, где помещались немногочисленные муниципальные служащие. Вдоль стен архива теснились зеленые стеллажи, на каждом из которых висела табличка с названием территории.

– Документация по Шлосс Зервальд публике не предоставляется, – категорически заявила седовласая женщина, заведующая архивом. – Это часть Земмерингской клиники. Частное владение.

– Это мне известно, – откликнулся Бен. – Но меня интересует не замок, а сами по себе старые карты. – И он принялся объяснять, что он историк и ведет исследования замков Германии и Австрии. Женщина уставилась на него с неодобрительным выражением, как будто учуяла дурной запах, но все же приказала помощнику, подростку, с видимым страхом ловившему каждое ее слово, снять с полки одного из стеллажей и принести поземельный план. Все шкафы были битком набиты папками и коробками, но седая женщина точно знала, где находятся документы, которые хотел увидеть Бен.

Карта была напечатана в самом начале девятнадцатого столетия. В углу оттиснута фамилия владельца земельного участка, занимавшего в те дни едва ли не весь горный склон: «Й. Эстерхази». А через всю карту тянулись какие-то загадочные обозначения.

– Что это означает? – спросил Бен, ткнув в карту пальцем.

Престарелая дама нахмурилась.

– Пещеры, – сказала она. – Карстовые пещеры в горе.

Пещеры. Это был шанс.

– Пещеры проходят через участок Шлосса?

– Да, конечно, – нетерпеливо подтвердила архивная дама.

Это означало – под Шлоссом.

– Вы

можете сделать для меня копию этой карты? – спросил он, стараясь не выдать своего волнения.

Враждебный взгляд.

– Двадцать шиллингов.

– Прекрасно, – сказал Бен. – И ответьте мне еще на один вопрос: имеется ли где-нибудь планировочная схема Шлосса?

Молодой продавец из магазина спортивных товаров разглядывал карту так, как будто перед ним лежал набор сложнейших математических формул. Когда Бен объяснил, что отметки обозначают сеть пещер, он сразу же согласился.

– Да, старинные пещеры проходят прямо под Шлоссом, – сказал он. – Я думаю, что там, в пещерах, мог быть даже потайной вход в Шлосс. Впрочем, это было так давно, и его наверняка замуровали.

– Вам приходилось бывать в пещерах?

Молодой человек посмотрел на Бена с изумленным видом.

– Нет, конечно, нет.

– А вы знакомы с кем-нибудь, кто там бывал?

Продавец на несколько секунд задумался.

– Ja, думаю, что знаю такого человека.

– Как вы думаете, он мог бы согласиться сопровождать меня туда, быть моим проводником?

– Сомневаюсь.

– Но хотя бы спросить вы можете?

– Я спрошу, но не стал бы надеяться на успех.

Бен никак не ожидал увидеть человека, на вид без малого семидесяти лет, но именно таким был мужчина, который через полчаса вошел в магазин. Он был маленький и худощавый, даже тощий, с изуродованными ушами, какие часто можно увидеть у боксеров, длинным носом, свернутым набок, выпуклой грудью и длинными тощими руками. С самого порога он что-то быстро и раздраженно пробурчал по-немецки продавцу, но, увидев Бена, умолк.

– Привет, – сказал Бен. Человек в ответ кивнул.

– По-моему, он немного староват, – заявил Бен продавцу. – А нет ли кого-нибудь помоложе и посильнее?

– Помоложе есть, а посильнее вы вряд ли найдете, – отозвался пожилой. – И уж совершенно точно, нет никого, кто знал бы пещеры лучше меня. Но все равно я абсолютно не уверен, что захочу туда отправиться.

– О, вы говорите по-английски?! – удивленно воскликнул Бен.

– Многим из нас пришлось во время войны выучить английский.

– В пещерах есть проходы в Шлосс?

– Они там были и есть. Но с какой стати я должен помогать вам?

– Мне необходимо проникнуть в Шлосс.

– Это не разрешается. Теперь там частная клиника.

– И все равно, я должен попасть внутрь.

– Зачем?

– Скажем, что у меня есть на это личные причины, и это дело обойдется мне в очень серьезную сумму, – ответил Бен и сообщил старому австрийцу, сколько он намерен заплатить за услугу.

– Нам потребуется снаряжение, – ответил тот. – Вам когда-нибудь приходилось лазить по скалам?