Прототип
Шрифт:
Он замолчал, давая Шустову возможность немного прийти в себя, хоть как-то осознать услышанное.
Мир Максима лежал в руинах.
Он узнал правду о прошлом, многое теперь стало понятным. Сами по себе отпадали вопросы. Несколько наглядных демонстраций ответили на них.
Остров изолировали установки периметра – так СКАД обозначил кольцо генераторов ЭМИ, уничтожавших любой чуждый кибернетический механизм, обладающий активной сигнатурой, – вот почему защитники Святилища, переправляясь, привезли с собой отключенных
Не счесть всех мыслей, что теснились в голове.
Информация подобного рода – это удар, шок.
Кто входит в современное правительство Просвещенных? Люди, чьим сознанием завладели нейроматрицы землян?
Безусловно. Иначе не объяснить, зачем они создали армию, потратили столько сил и средств на разработку боевой техники, вновь и вновь бросая людей и машины на штурм проклятого, по их мнению, острова!
Неужели война бесконечна?!
– Что теперь с нами будет? – спросил Максим.
– Если поступить правильно, все останется в прошлом, – спокойно и уверенно ответил Вербаум. – До Земли очень далеко. В ходе битвы на координаты Солнечной системы был отправлен отчет. Сейчас на Земле уверены, что экспедиционный флот погиб, а колония уничтожена. Ксеноб-19 выжжен плазменными ударами. Останки цивилизации иных погребены под прахом взаимоуничтожения.
– Но это не так!
– Верно. Только кто об этом узнает? Организация дальнего межзвездного перелета – дело непростое. В этой части космического пространства у Земли нет жизненных интересов. Биосфера большинства планет сектора уничтожена давним противостоянием иных и ксенобиан. Здесь нечего делать.
– Но мы выжили, – упрямо повторил Макс.
– Это уже совершенно другой вопрос! Земля пока остается в счастливом неведении относительно реального положения дел. Прошли века, но никто больше не явился сюда! Значит, откорректированное мною сообщение устроило всех! Начинается новая эпоха. Понятие «жизнь» в век господства высочайших технологий теряет свое изначальное значение. Выражение «живое разумное существо» вскоре станет анахронизмом. Скажи, ты сейчас мыслишь? Осознаешь себя? Мне нужен честный ответ.
– Да, – подумав, согласился Максим.
– Эта форма существования разума лишена многих недостатков и…
– Это путь иных?! – перебил его Максим. – Ты предлагаешь нам путь, который уже завел в тупик целую цивилизацию?!
– Во-первых, я ничего не предлагаю. Факт в том, что тут, на носителях Цитадели, сохранено больше сознаний, чем людей, живущих в «реальном» мире. Многих «инфицированных» еще можно спасти, используя технологию разделения нейроматриц. В конце концов, разрушение Святилищ и массовые помешательства – дело рук Просвещенных! Люди достаточно натерпелись, Макс, они заслужили право на новый мир – комфортный, рациональный, лишенный множества неудобств! Я хочу возродить Цитадель, но нематериально. Это будет прекрасный город, лишенный зла, нищеты, страха.
– А как же иные?
– Они исчезли, поверь. Те, кто не пробудился, уже не опасны, а их знания совершенно не нужны! Зачем нам мгновенная вспышка
– А разве ты предлагаешь что-то другое?!
– Макс, мне обидно! Неужели ты сейчас рисуешь в воображении какое-то выхолощенное безликое пространство, где без цели и воли прозябают фантомы?
– Но именно так и будет!
– Нет. Созданная мной технология совершенна. Эмуляция чувств [5] – неотъемлемая часть искусственных нейросетей. Человеческий рассудок ничего не потеряет, но сами люди перестанут погибать!
– Я не верю! – отрезал Максим. – Ты ничего не чувствуешь!
– Поспорим? – эмоционально предложил Вербаум. – Хотя, вряд ли тебе придутся по душе мои доказательства!
– Ты солжешь! Или выдашь желаемое за действительное!
– Давай проверим на тебе, Макс!
5
Эмуляция (от английского слова emulation) – процесс точного моделирования состояния какой-либо системы при помощи программных и аппаратных средств. Отличается от симуляции, которая лишь воспроизводит поведение, не моделируя состояния.
– Я человек!
– Сейчас? В данный момент? Ты абсолютно в этом уверен?
– А как же иначе?!
– Хорошо. Но не обижайся за последствия. Убедить тебя – хорошая задача. Я ее решу!
– Ну, попробуй!
Вербаум движением руки сформировал сферу голографического монитора.
– Взгляни!
Максим увидел себя. Он сидел с закрытыми глазами, в той комнате, где уснул. От стены к его голове протянулись два гибких манипулятора, оканчивающихся плоскими устройствами, плотно прилегающими к вискам.
Внезапно они пришли в движение, отсоединились, исчезли в небольшой технологической нише.
– Ну, вот и все, – произнес Вербаум. – Теперь ты существуешь одновременно в двух ипостасях! – он обошел стол, дружески похлопал Шустова по плечу. – Ты, разговаривающий со мной, не более чем нейроматрица личности, размещенная на искусственном носителе!
– Ну, допустим, – Максима проняло дрожью, но он не подал вида.
– Помнишь критерий, по которому я тебя избрал?
– Какой из многих?
– Отсутствие привязанностей. Родители умерли, семью ты не создал. Никто тебе не дорог, верно? А в особенности сейчас, я прав?
– К чему клонишь?
– Скоро поймешь! Жаль, что убеждать придется жесткими методами, но иначе невозможно, ты ведь упрямо не хочешь принимать мою сторону! Итак, Макс, для тебя есть еще одно задание! Нужно отключить установку на борту фрегата землян. Там же расположен контрольный пост управления генераторами, блокирующими остров! Коды доступа и схемы коммуникаций уже обновлены в твоем кибстеке. Пора сделать последний шаг, взять ситуацию под полный контроль. Ты отключишь обе установки, которые мешают мне управлять сохранившимся оборудованием Цитадели!