Проводник
Шрифт:
— И что же?
— Это тоже скоро поняли. Выделили признаки, по которым людей подобных выявить можно, стали уже более серьёзно к таким задачам подходить. Выяснилось, что человек такой не только быстро всё схватывает, он ещё и работает быстро. И мыслит нешаблонно.
— Как?
— Не заученно. То есть, в каждом конкретном случае выбирает наиболее подходящий вариант действия. Вот, как сейчас — с папкой! Её по-разному все прятали, а вот документы вытащить — ты первая сообразила.
— И что, всегда её находили?
— Один раз не нашли. Есть
— Здорово! Я и не додумалась даже!
— Зато ты документы спрятала! Ладно, отвлеклись мы что-то… Так вот, Марина, место? куда ты попала — и есть такой центр обучения и подготовки. И задача твоя сейчас в том состоит, чтобы проявить свои способности во всей красе! А от этого и будет зависеть — куда тебя потом направят. Выпускники наши в разведке работают, шпионов ловят, диверсанты среди наших ребят есть, да и всякие прочие специалисты тоже присутствуют. Во время учебы у всех таланты скрытые по-разному открываются. Вот и на тебя поглядим — к чему ты лучше подготовлена?
— Понятно…
— Завтра получишь новые документы. Там будет написано, что их владелец проходит службу в УОО НКВД.
— А на самом деле?
— Вот любопытная какая! А тебе зачем это знать?
— Меня же сюда не в куклы играть привезли?
— Хм! Что называется — ловко ушла от ответа… — майор усмехнулся. — Ладно! Всё равно подписку давать будешь о неразглашении. Эта часть — учебный центр Управления «В» НКВД СССР. А ты, отныне — сотрудник этого Управления.
— Надо же… Я — и в НКВД? Даже удивительно…
— Чего ж тут такого удивительного? Не боги горшки обжигают…
Марина с удивлением посмотрела на майора. Чекист — а про богов вспоминает! Хотя они тут все какие-то странные и непривычные. Вполне возможно, что и не такие ещё вещи увидеть предстоит…
До вечера ей пришлось бегать по различным строениям маленького городка. На оружейном складе усатый старшина выдал два «жандарма» и несколько пачек патронов. На вещевом — навалили целую гору всевозможного снаряжения, состоявшего из самых разнообразных предметов, о некоторых из которых она ранее даже и не слышала. Последний визит состоялся к врачу, который самым тщательным образом осмотрел её всю. Записал результаты осмотра в свои бумаги и приказал придти ещё раз через неделю.
Совершенно ошеломленная всеми впечатлениями сегодняшнего дня, она ночью спала как убитая.
— Смотрим под ноги! — худощавый и нескладный преподаватель минно-взрывного дела прошёлся перед строем. — Никуда не двигаемся, стоим и глядим!
— А что искать будем, товарищ инструктор? — спросил стоявший слева от Марины Виктор. Плотный и ладно скроенный, он отличался какой-то необыкновенной плавной походкой. Не шёл, а как-то стелился по земле.
— Что у нас тут вокруг, товарищ курсант?
— Лес, товарищ инструктор.
— Отлично! То есть, чего в лесу быть не
— Кирпичей битых, проводов, железа всякого, — послышались ответы из строя.
— Угу. Понятно. А что, тогда в лесу быть должно? Если конкретно — вот в этом самом месте? — обвёл он рукою учебную поляну.
Народ напряг глаза, высматривая подробности.
— Вон там, — поднял руку, указывая куда-то вперед, правофланговый курсант. Имени его Марина никак запомнить не могла, какое-то оно было сложное и непривычное для произношения. Ибрагим… а дальше она все время путалась.
— И что там такого интересного? — остановился напротив него инструктор.
— Трава пожухлая. А вокруг она зеленая — отчего так?
— И отчего же?
— Должно, товарищ инструктор, дерн подрезали, сняли, а потом на место положили.
— Так… разумно. Ещё кто и чего разглядел?
Несколько человек подняли руки. Кто-то из них заметил висящий на дереве шнурок, кто-то разглядел колышки в траве.
— Хорошо, — кивнул Михаил Владимирович. — Неплохо для начала, смею заметить! Действительно, такие вещи могут указывать на то, что вам тут не рады. Вот, кстати говоря, те же колышки — что такое они могут означать?
— Мины…
— Не только! Что ещё?
Строй молчал.
— Смотрите сюда! — в руке инструктора появился деревянный колышек длиной сантиметров двадцать. — Какие неприятности можно организовать такой вот штукой?
— Заточить и в землю забить. Немец и наступит, — ответил кто-то из курсантов.
— Сапогом. И даже не хрюкнет от неудовольствия, — покачал головою инструктор. — Нет, ещё варианты есть.
— Веревочку натянуть между двумя такими колышками. Пусть фрицы спотыкаются!
— Ближе к истине. А как натянуть?
Вытащив из ножен финку, инструктор сделал паз на колышке. Убрал нож и поднял со стола кусок бечевки. Обмотал его вокруг колышка, пропустив через паз. Сделал петлю.
— Вот так. Забиваем колышек в землю. Совсем, чтобы видно не было. А петлю оставляем на траве, так, чтобы она располагалась чуть наискось по отношению к земле. Что будет, если человек в неё ногой попадёт?
— Мордой в землю нырнёт.
— Согласен. А вот зимою забиваем этот колышек в лыжню, на спуске где-нибудь. Водичкой из фляги польём… Так лыжник-то, со всей дури, носом землю и боднёт! Тут его и бери тепленького.
Народ слегка оживился.
— Ладно, признаки мины вы нашли. Не все, но для начала — неплохо. А вот иди-ка, милая моя, сюда… — поманил Михаил Владимирович Марину. — Ты у нас первой пойдешь…
В шеренге сочувственно вздохнули. Взрывник отличался поразительной вредностью характера и неистощимой тягой к постоянному изобретению всяческих гадостей. Сюрпризы его были весьма хитроумными… и обидными. Кого-то могло обсыпать зубным порошком. Или обдать при разрыве заряда вонючей водою из ближайшего болота. Сапер не ленился таскать её оттуда перед каждым занятием.