Псарня
Шрифт:
Вовка вскочил с места:
— Коминтерн — это сокращенное название коммунистического интернационала, организации, объединяющей коммунистические партии разных стран.
— Садись, Путилофф, — произнес Грабб. — Скажу честно, не ожидал от тебя таких познаний в этом вопросе… Не буду спрашивать откуда они, эти знания, но тогда, ответь мне Вольф… Можешь с места, — остановил Вовку Грабб, заметив готовность обергефрайтера вскочить на ноги, — для чего, по-твоему, был заключен Антикоминтерновский пакт? Разрешаю немного подумать…
— А тут и думать нечего, герр Грабб, — ответил Вовка, сообразивший, кокой ответ ждет от него немец, — если Коминтерн — это объединение коммунистов, то Антикоминтерн — объединение тех, кто против них.
— Что ж, молодец, ты верно догадался: Антикоминтерновский пакт объединил страны, которые должны были пресечь распространение в мире коммунистической заразы. В 1937-ом году к пакту присоединяется Италия. Так же в 1936-ом году произошло еще одно событие, позволившее Германии упрочить свое положение
— Der Zug! Stillgestanden! (Взвод! Смирно!) — скомандовал Вовка.
Громыхнув скамейками, курсанты встали.
— Ruehrt Euch! (Вольно!). Свободны! — добавил по-русски Вильгельм, покидая учебную комнату.
— Вот же какой прохиндей удачливый, этот Гитлер, — прошептал на ухо Вовке Незнанский, — ведь мог подохнуть вместе со всеми… Так нет же!
— Угу, — буркнул Вовка. — И все бы могло обернуться по-другому…
— Чего шепчетесь, пацаны? — прилип к друзьям пронырливый, словно хорек, Колька Печкин. Его востроносенькая мордочка выражала крайнюю степень любопытства.
— А тебе зачем? — «буром наехал» на однокурсника Петька.
— Да так, интересно, — пожал плечами пацан.
— Ты, Колька, слыхал такую поговорку: меньше знаешь — крепче спишь?
— Ну?
— Баранки гну! — передразнил его Незнанский.
— Я к вам по-хорошему, а вы… — обиженно протянул мальчишка.
— Петь, в самом деле, зря ты так, — вступился за Кольку Вовка. — Он нормальный пацан…
— Еще бы не встревал, куды не следует, — возразил Петька, так и вообще бы… Ладно, — сменил он «гнев на милость», — чего сказать-то хотел? Или только подслушивать чужие разговоры и горазд?
— Да ну тебя в баню, Незнанский! — Колька решил не обижаться на Петькины подначки. — Вы расписание завтрашнее видели?
— Нет, не смотрели еще, — ответил Вовка. — А чего там такого?
— Как чего? — выпучил глаза Колька. — Мы завтра с утра на полигоне целый день!
— Вот, блин! — огорчился Петька. — Только-только руки зажили…
— Не-е, копать не будем и таскать тоже! — радостно сверкая глазенками, сообщил Печкин. — Там написано «боевая подготовка»! Поняли? Боевая!
— Вовка, пойдем, глянем что ль? — предложил Незнанский.
— Пойдем, — легко согласился Путилов.
В коридоре мальчишки сразу натолкнулись на Сандлера, спешившего куда-то по своим делам.
— А, Путилофф, — заметив Вовку, остановился мастер-наставник. — Ты расписание уже видел?
— Так точно, герр Сандлер! А что, действительно стрелять будем? Ну, я насчет подготовки, — пояснил мальчишка, — написано ж, что боевая…
— Стрелять будут точно, только я не уверен, что это будете вы, — загадочно ответил наставник.
— Как это? — удивился Вовка. — По нам, что ли, стрелять будут?
— Догадливый, — хмыкнул Сандлер. — Танки стрелять будут… Но холостыми, — заметив, как вытянулись лица курсантов, добавил он через мгновение. — Все объясню завтра на разводе, — пообещал он. — Сейчас некогда. Топайте на занятия, — бросил он через плечо.
— Яволь, герр мастер-наставник! — гаркнули ему в спину мальчишки.
— Нет, ну вы слыхали? — возмущенно заявил Печкин. — Нас расстреливать будут!
— Не суетись, Колян! — хлопнул сокурсника по плечу Петька. — Сказано же — холостыми.
— Ага, слушай ты их больше! — все не мог успокоиться Печкин. — Вам, может, и пофиг, а мне как-то нет по себе! Ведь из танка, как-никак!
— Да рассмотрел, не хуже тебя. Чай, не слепой. Давай, лучше, двигай булками, а то на урок опоздаем…
— Взвод, смирно! Герр мастер-наставник, первый взвод на утреннюю поверку построен! Больных и отсутствующих нет! Доложил замкомвзвода — обергефрайтер Путилов!
— Вольно! — скомандовал Сандлер. — Путилофф — в строй. Командованием спецшколы «Худъюгендс» было принято решение провести для курсантов военно-полевые игры…
При слове «игры» некоторые из мальчишек не смогли сдержать улыбки и смешки.
— Смирно! — тут же отреагировал на неподобающее поведение воспитанников Михаэль. — Отставить смех! Я достаточно четко выразился: играть будем не в бирюльки, и не в «дочки-матери»! Игры военно-полевые! С применением настоящего боевого оружия и танков! Цель: отработать действия солдат в обороне! Конечно, для начала хорошо бы разобрать эти самые действия в теории и в учебных классах, а не на танковом полигоне. Но, в связи с отправкой танкового полка в действующую армию, времени на доскональное обучение методам ведения боя у нас не остается! Поэтому, пока танкисты еще не убыли на фронт, руководство решило дать вам понюхать настоящего пороха! Небольшой инструктаж перед отправкой на позиции, после я дам вам все это под запись, а сейчас слушайте внимательно — повторять не буду! Итак, что же такое оборона? — риторически произнес он. — Оборона — это вид боевых действий, применяемых с целью сорвать или отразить наступление противника, удержать свои позиции и подготовить переход к наступлению. Основная задача солдата в обороне заключается в том, чтобы, умело используя свое оружие, местность и ее инженерное оборудование, а также заграждения, нанести наступающему противнику возможно большие потери, отразить его атаку и удержать занимаемую отделением позицию. Солдат не имеет права оставить свое место в обороне без приказа командира. Теперь о ваших действиях: слушаем и запоминаем! — вновь повторил Сандлер. — Перед атакой противник обычно проводит огневую подготовку. С началом огневой подготовки противника солдат по команде командира отделения укрывается на дне окопа, траншеи, блиндаже или убежище, оборудованных на позиции подразделения, в готовности быстро занять свое место для отражения атаки. Когда противник перейдет в атаку, солдаты подразделения, заняв свои места, ведут сосредоточенный огонь по команде командира, а с подходом противника на дальность действительного огня — самостоятельно, каждый в своем секторе. В первую очередь нужно уничтожать наиболее важные в данный момент цели. Гранатометчики поражают танки и бронетранспортеры, пулеметчики и автоматчики отсекают пехоту от танков и уничтожают ее. Когда к позиции отделения приближается танк, а в распоряжении солдата, кроме автомата, имеются только противотанковые гранаты, нужно выждать, пока танк подойдет на расстояние пятнадцать-двадцать метров, и тогда бросить гранату, стараясь попасть под гусеницу. Танк с подорванной гусеницей остановится, развернется на месте и будет уничтожен другими противотанковыми средствами из глубины обороны. Если экипаж танка попытается исправить гусеницу или уйти из поврежденной машины, автоматчики уничтожают его своим огнем. При прорыве танков противника к траншее или окопу надо лечь на дно, а когда танк пройдет через траншею, быстро встать, бросить противотанковую гранату в его кормовую часть и открыть огонь по пехоте, следующей за танком. Каждый воин должен знать, что танк вблизи не представляет никакой опасности. Мы с вами уже обсуждали это на занятии: экипаж танка ничего не видит, основное оружие стрелять не может. Стенки окопа оттого, что через него пройдет танк, не обвалятся. Одним словом, солдату в окопе танк не страшен, но солдат, вооруженный противотанковыми гранатами, способен поразить своего стального противника и огнем из автомата уничтожить следующую за танком пехоту. Пехоту противника… Она не предусмотрена на сегодняшнем учении, — пояснил Михаэль, — но вы должны это знать! Итак, пехоту противника, подошедшую к позиции на расстояние тридцать-сорок метров, нужно забросать ручными гранатами и уничтожить огнем в упор. Отдельных солдат, ворвавшихся на позицию отделения, уничтожают огнем, гранатами и в рукопашной схватке. Оборонять свою позицию надо до конца, даже тогда, когда противнику удастся выйти на фланги и в тыл. Сопротивление обороняющихся осложнит действия противника, ослабит его удар по глубине нашей обороны, и позволит старшему командиру принять меры к уничтожению вклинившегося противника и восстановлению положения. Всем ясно?
— Яволь, герр мастер наставник!
— Замечательно! — Сандлер взглянул на часы. — Сейчас — на завтрак. После завтрака — в оружейку! Путилофф, зайдешь ко мне после столовой и возьмешь список вооружения. Распределишь. В девять тридцать вас будут ждать машины на плацу. Загружаемся. На полигоне я выдам дальнейшие указания! Свободны!
В оружейке царило веселое оживление: известие о том, что курсантам выдадут на руки оружие, пусть и заряженное холостыми патронами, пробуждало в мальчишках нездоровую суету. Они галдели, толкались и дурачились до тех пор, пока на пороге не появился Вовка в сопровождении бессменного «хозяйственника» школы — Максимилиана Мейера из-за нехватки персонала, заведовавшего так же и оружейной комнатой. Плешивый комендант недовольно покосился на шумных «ублюдков», и процедил сквозь зубы, обращаясь к Вовке: