Псионик
Шрифт:
Черт… Слишком долго мы уже находимся в доме, а ещё ничего не сделано. Время неумолимо идет, но я до сих пор не придумал, как избавиться от Леры, чтоб смыться на второй этаж. Этак можно до утра в плазму пялиться. А мне надо через пару часов уже свалить из города. К утру я должен быть, как можно дальше.
— Слушай…А давай в игру поиграем. В приставку. — Залесская подбежала к телеку, что-то нажала, потом схватила двое очков, предназначенных для виртуальной реальности, и поманила меня рукой.
Да уж…Как далеки эти
— Блин…не надоело? — Я скривился, демонстрируя крайнюю степень недовольства. — Все одно и то же. Скучно. Хочется чего-то необычного. Вот я бы, может, настоящие игры замутил.
— Настоящие? — Лера с непониманием уставилась на меня. Конечно, откуда ей знать. У нее в детстве не было ничего подобного. Они же из пелёнок вылазят и сразу получают свои крутые гаджеты, приставки, планшеты…
— Ну, да… Например, прятки.
Залесская продолжала бестолково пялиться. В ее голове, видимо, такая информация отсутствует.
— Да что ты будешь делать…– Я принять сидячее положение. Хотя, скажу честно, валяться на этом диване было удивительно приятно. — Лера, игры! Настоящие игры в реальной жизни. Прятки. Ты закрываешь глаза, я прячусь. Ты меня находишь. Потом я закрываю глаза, ты прячешься, а я тебя ищу.
— Зачем? — Она все так же бестолково смотрела на меня.
— Это — Игра! Весело. Прикинь?
— Никит, я могу ошибаться, но по-моему что-то подобное делают дети из бедных районов. А мы с тобой точно не дети. И нам точно повезло гораздо больше. — Лера явно противилась не потому, что ей реально этого не хотелось. Она просто не понимала, в чем прикол.
— Ой, ладно. — Я надулся и уставился в одну точку.
— Слушай…не обижайся…ну, хорошо. — Залесская вздохнула. — Я просто никогда этого не делала. Чудно как-то. Давай попробуем.
Видимо, она переживала, что я сейчас могу психануть и уйти. А тогда папочка выпишет ей вместо новой тачки хрен на блюде.
— Ну, если ты просишь…– С недовольным видом сполз с дивана.
Лера от моей наглости собралась было офигеть, потом вспомнила, что перед ней Никита Костырев и промолчала.
Следующие полчаса пришлось побегать по первому этажу. Тем более, развернуться было где. Это не те прятки, которые у нас случались с Настей. Естествено, скакал я по комнатам не просто так. Мне требовалось увлечь Залесскую максимально. Чтоб она активно втянулась в процесс.
И что интересно, ей понравилось. Лера все громче смеялась, когда умудрялась отыскать меня, все тщательнее выбирала места, где ей спрятаться самой.
В определённый момент я осторожно начал вкладывать Залесской мысль, будто самый классный вариант, убежать на верхний этаж, а лучше — на крышу. Туда, где стоят Горгульи. Вот там найти ее будет нереально! И Никите, как дурачку, придётся
— Сейчас моя очередь прятаться! Закрывай глаза!– Крикнула Лера и рванула по лестнице вверх. Мне даже не надо было подсматривать или подключать способности. Она топала, как слон.
— Хорошенько прячься… Чтоб тебя невозможно было найти! — Громко сказал ей вслед. Потом, уже себе под нос добавил. — А я пока делом займусь…
Осторожно двинулся к лестнице. Какая именно комната, просто так, по двери, не определишь. Но я воспроизводил путь, пройденный Лериным отцом. А значит, осечки быть не должно.
Когда оказался на втором этаже, прошел нужное количество шагов, считая их в голове. Ровно столько, сколько сделал Залесский. Уткнулся носом в дверь. Прислушался. Вроде бы, никого нет.
Потянул створку на себя. Она с тихим шелестом открылась. Просто нижняя часть двери цепляла ковер с длинным ворсом. Да… Именно это было в воспоминании Леры.
Она в тот момент, когда отец забежал в дом, ждала его внизу. Хотела поговорить. Но он не остановился, поэтому девчонка кинулась следом. Залесская видела своими глазами, как отец вошел в спальню и спрятал чемодан.
Я осторожно, стараясь уступать бесшумно, двинулся внутрь. Свет в комнате не горел, только с улицы прилетали отблески фейерверков и иллюминации.
— Интересно… Зачем сыну Костырева понадобилась спальня Эдуарда Залесского?
Когда прозвучал мужской голос, я с перепугу, даже не сообразил, что слышал его ранее. Просто это было мандец, как неожиданно. Конечно, оправдание имелось. Ищу Леру. Потому и отправил ее именно наверх, чтоб это оправдание выглядело максимально естественно. Но в комнате было темно! Кому пришла в голову мысль сидеть в темноте?!
На небольшой тумбочке зажегся светильник. Рядом с двуспальной кроватью, той самой, находилось кресло. А вот в кресле…
В кресле, закинув ногу на ногу, сидел полковник Романовский.
Взрослые игры и «поддавки»
Первая мысль, взорвавшаяся в моей голове фейерверком — бежать! Бежать, не оглядываясь. Иначе сейчас меня арестуют. Вторая — куда ты побежишь, придурок? А главное, с хрена ли? Если я рвану отсюда, сверкая пятками, то столь странное поведение точно вызовет вопросы.
И возможно… Хотя, нет… Наверняка, меня шустро поймают. Потому что велит это сделать Романовский. А Романовскому, и факт это известный, глубоко плевать на всяких топ-менеджеров всяких Корпораций. Уж тем более, плевать на их сыновей. Он в любом случае захочет выяснить не только, почему сын Костырева приперся в спальню Залесского, но и почему из этой спальни ломанулся, как придурок. Нет. Бежать — самое тупое, что можно в данной ситуации сделать. Это сразу же проиграть. Сдать себя с потрохами.