Птичий коллапс
Шрифт:
– Я могу и укусить, – сказал благоразумный Александр, которому совсем не хотелось, чтобы Агния его обнимала.
– Совершенно верно, – согласилась Агния. – Мужчины кусаются больно. А мораль отсюда такова: мы с тобой птицы одного полёта. Единственное различие между нами – я неполноценный инвалид, а ты здоров. Александр ты и я душевные сродники и ты это поймёшь, пусть даже не сейчас.
– Только пусть это произойдёт не столь быстро, я боюсь это понимать, – заметил Александр.
– Я тоже боюсь. Забавно! Ты, как всегда, совершенно прав, –
– По-моему, наши мысли не столь похожи, – продолжал Александр задумчиво.
– Конечно, не похожи, – подтвердила Агния. Она готова была соглашаться со всем, что скажет Александр. – Однако наш дар предвидеть дальнейшие обстоятельства по интуиции одинаков и это нас сближает. Это не значит, что именно видение будущего, нет. Это умение поступать в соответствии с грядущими неприятностями… А мораль отсюда такова: гляди наперёд и выживать станет легче – это самое главное!
– Вспомнил, – сказал вдруг Александр, пропустивший мимо ушей последние слова Агнии. – Я же безголового оставил там, возле транспорта. Правда, что с ним может случиться? Однако, все же…
– Я считаю, тебе не следует об этом беспокоиться, – сказала Агния. – А мораль отсюда такова: всему своё время. Или хочешь я объясню проще: никогда не беги впереди паровоза. С ним всё будет хорошо, а если ты пойдёшь туда сейчас, тебя отправят с этим перевозчиком на смерть. Иначе в данной ситуации не может и быть.
– Мне кажется, что ты преувеличиваешь, – тонко послал ей намёк Александр, – у него есть блокнот и ручка. Он мог бы записать, например, наш разговор. Он всё прекрасно может слышать, но, если транспорт его собьёт, он так же может уже не встать. Так что он тоже далеко не в безопасности.
– Это всё чепуха по сравнению с тем, что я могла бы сообщить тебе, если бы захотела, – ответила удовлетворённая Агния.
– Пожалуйста, не беспокойся так за меня, – сказал Александр.
– Ну что ты, разве я беспокоилась, – возразила Агния. – Мой дар тебе все мои слова.
«Пустяковый подарок, – подумал про себя Александр. – Хорошо, что у меня сегодня не день рождения!»
Однако вслух он этого сказать не рискнул.
– Опять о чём-то думаешь? – спросила Агния и снова вонзила свой подбородок в плечо Александру.
– А почему бы мне и не подумать? – отвечал Александр. Ему было как-то не по себе от всего этого.
– То есть ты желаешь умереть? – сказала Агния. – Я тебе скажу…
Тут, к великому удивлению Александра, Агния умолкла и затряслась. Александр поднял глаза и увидал, что перед ними, скрестив руки на груди с грозным выражением лица, стоит Азалия.
– Прекрасная погода, госпожа Азалия, – слабо прошептала Агния.
– Я тебя честно, в последний раз предупреждаю, – закричала Азалия и чуть не ударила Агнию по лицу. – Либо мы лишимся твоего общества, либо ты лишишься своей жизни. Решай сейчас же, нет – всё произойдёт так быстро, что ты заметить не успеешь!
Агния поспешила уйти так быстро, что Александр
– Возвращайся к работе, – сказала Александру Азалия.
Александр был так напуган, что, не говоря ни слова, побрёл за ней следом к площадке. Он даже не знал, что пугает его больше Азалия или работа, которую ему предстоит выполнить.
Гости между тем воспользовались отсутствием Азалии и отдыхали в теньке, однако, увидев, что Азалия возвращается, поспешили по местам. А Азалия, подойдя, просто объявила, что минута промедления будет стоить жизни хоть им всем.
Пошла подготовка транспорта к отправлению. Азалия беспрестанно ссорилась с механиками и кричала:
– Отдать его на корм птицам! Выставить из города!
Военные вставали с земли и брали несчастных на эвакуацию. Эвакуация была равносильна смерти в это тяжёлое время мутации животных, так как люди ещё не знали, что может их ожидать в лесах и степях, где могли мутировать и другие звери. Людей в результате становилось всё меньше и меньше. Не прошло и получаса, как людей и вовсе рядом с Азалией не осталось, а все готовые к эвакуации бледные грузились в специально выделенный для этих целей транспорт.
Александр понимал, что она не случайно так себя ведёт. Девушка грамотный политик и избавляется от людей для экономии провизии. Он может быть следующим.
Наконец, Азалия закончила скандалить и, переводя дыхание, спросила Александра:
– А ты видел, какими стали Черепахи в водоёмах?
– Нет, – сказал Александр. – Я вообще черепах не люблю.
– Как же, – сказала Азалия. – Они прекрасны. Из них можно сварить центнеры черепашьего супа. У них такие огромные размеры! Панцири блестят ажурным блеском. Красота! Ты обязательно должен на это посмотреть.
– Я до всего этого на черепах не больно смотрел, – сказал Александр.
– Пошли, – сказала Азалия. – Одна даже может говорить. Она тебе сама многое расскажет.
– А как же транспорт? – Поинтересовался Александр.
– Это пока подождёт. – Отрезала Азалия.
И они пошли. Уходя, Александр услышал, как мэр тихо сказал, обращаясь к гостям:
– Мы всех вас прощаем. Мы выполним обещание, и вы все будете спасены.
«Всё хорошо!» – обрадовался Александр. (Ему не было безразлично то, что столько людей умрёт, будучи высланными за город.)
Вскоре, внезапно они увидели гигантскую сову, крепко спящую на солнышке. (Если вы не знаете, как выглядит сова, в интернете много информации.)
– Вставай, бездельница, – сказала Азалия, – отведи этого мужчину к Черепахам в водоёме. Пусть он поговорит с наимудрейшей и расскажет ей то, что посчитает нужным. А мне надо возвращаться: я там приказала кое-кого выслать из города, надо присмотреть, чтобы всё сделали как следует.
И она ушла, оставив Александра с совой. Александру она не внушала особого доверия, но подумав, что с ней, верно, всё-таки спокойнее, чем с Азалией, он остался.