Пуля для певца
Шрифт:
Шапиро насупился, но потом, не выдержав, заулыбался и сказал:
— Понял, Роман? Большой и красивый. Не то что некоторые.
Роман хихикнул и спросил:
— А интересно, большой и красивый еврей имеет какое-нибудь мнение, куда делись диски?
— Имеет, — ответил Шапиро, — диски продаются во всех магазинах, если ты заметил. А самое главное я просто не успел сказать… Когда я ехал сюда, я позвонил еще одному человеку, и он сообщил, что эти диски продаются в полном соответствии с правами хозяина, то есть с моими правами. Что их продал Шапиро! И что это значит?
— И что это значит? — повторил
— А это значит, что, устранив меня, эти люди сделали от моего имени все, что должен был сделать я. И все происходит так, как и должно было происходить, только с одной небольшой разницей. Деньги получил другой человек. Или другие люди. И можешь быть уверен, все деньги уже получены, потому что оптовики заплатили лжеШапиро сразу. Они уверены, что товар разлетится, и так оно и произошло. Торговцы ни при чем, они честно купили правильные диски и честно продают их. Так что на возмещение убытка рассчитывать не приходится. Единственный способ — найти вора и получить с него… четыре с половиной миллиона долларов. Четыре с половиной миллиона! Кошмар!
Шапиро помотал головой так, что Роман испугался, что она оторвется.
— А трейлер так и пропал? — спросил Арбуз.
— А я откуда знаю? — возмутился Шапиро. — Это вы тут сидите на свободе и можете что-то знать! А я…
Он поднял руку и понюхал свою подмышку.
— А я десять дней просидел в подвале. И сейчас поеду домой мыться.
Шапиро решительно поднялся и, махнув всем рукой, направился к двери.
На пороге он остановился и сказал Роману:
— Дай денег!
Роман победно осмотрел присутствующих и сказал:
— Все слышали? Миллионер Шапиро просит у бедного артиста денег! Запомните этот день и занесите его на скрижали истории!
После того как Роман и Лиза поиграли с Палачом в автомобильные догонялки, «Вольво» пребывала в плачевном состоянии и находилась на излечении в автосервисе. А Роман, недолго думая, купил себе другую машину и вот уже второй день катался по городу в новеньком белом «Линкольне», вызывая завистливые взгляды бедных автовладельцев, вынужденных иметь длительные интимные отношения с изделиями отечественного автопрома.
На следующий день после того, как объявился пропащий Шапиро, Лиза объявила, что хочет отдохнуть от всего и всех, и, чмокнув Романа в нос, скрылась в неизвестном направлении. Роман, уже привыкший к тому, что время от времени его возлюбленная пользуется гарантированным конституцией правом на отдых, не возражал, ибо знал, что после непродолжительной разлуки их встречи станут приносить им еще больше радости. Он и сам любил иногда оставаться совершенно один, потому что знал: одиночество, если оно не вынужденное, может быть приятно и полезно.
Простившись с Лизой, Роман сел в «Линкольн» и поехал куда глаза глядят. А глядели они в этот день не куда-нибудь, а в ЦПКиО, потому что давно уже он хотел полетать над аэродинамической трубой, а именно испытать те ощущения, которые переживает падающий в затяжном прыжке парашютист.
Двигаясь по улице Ленина, он увидел стоявший на панели старинный телевизор «КВН» и решил, что этакая музейная редкость может украсить его скромное жилище, тем более, что телевизор, на первый взгляд, был совершенно целым. На нем даже была линза, в которую наливалась
Выйдя из машины, Роман подошел к телевизору, осмотрел его, и тут ему в голову пришла мысль о террористах. Вот поднимет он сейчас этот старинный полированный ящик, а там бомба! Бах — и нет популярного исполнителя уголовной романтики…
Нет, подумал Роман, надо отъехать на некоторое расстояние, а потом предложить какомунибудь алкашу за большую бутылку пива поднести телевизор к машине. Снова сев за руль, Роман отъехал метров на тридцать и, заглушив двигатель, вышел из машины.
Интересно, а уместится ли «КВН» в багажник? Подойдя к широкой, как бильярдный стол, белоснежной корме «Линкольна», Роман усмехнулся: конечно же, уместится! Оглядевшись, он не увидел вокруг ни одного алкаша, подходящего на роль миноискателя, и, решив терпеливо дожидаться кандидата, открыл багажник.
И тут же снова закрыл.
Сжав зубы, Роман снова огляделся, на этот раз уже внимательно и по возможности незаметно. Вокруг по-прежнему не было никого и ничего, заслуживающего внимания. Но то, что он увидел в багажнике, могло бы привлечь внимание кого угодно, особенно представителей закона.
Старый музейный телевизор тут же вылетел у Романа из головы, потому что багажник был занят и для находки места там не оставалось. А занят он был не чем-нибудь, а двумя человеческими телами, как успел заметить Роман за ту короткую секунду, в течение которой он бросил взгляд под крышку багажника.
Осторожно открыв багажник во второй раз, Роман снова заглянул внутрь.
В багажнике новенького «Линкольна», всего лишь несколько дней назад купленного в дорогом автосалоне, лежали два мертвых молодых человека, и в том, что они были мертвы, не было ни малейшего сомнения. Об этом красноречиво говорили их чудовищно неестественные позы и неподвижные раскрытые глаза, глядевшие в разные стороны. Крови на трупах почти не было, и Роман, решившись, осторожно прикоснулся к руке одного из них. Его удивило то, что рука эта оказалась холодной, как долго лежавшая в холодильнике курица. Насколько бы человек ни был мертв, хотя это состояние имеет всего лишь одну степень, он в любом случае не может быть холоднее окружающей среды. А в этот день окружающая среда имела температуру градусов в двадцать пять.
Роман подумал, огляделся еще раз и, достав из кармана модный телефон с фотокамерой, сделал несколько снимков, стараясь, чтобы хорошо получились лица покойников. После этого он захлопнул багажник, убрал телефон в карман и, насвистывая, уселся за руль.
Бросив несколько быстрых взглядов в зеркала, Роман убедился, что хвоста за ним нет, и тронулся с места. Свернув за первый попавшийся угол, он стал искать укромное место, и скоро его поиски увенчались успехом. Заехав во двор какой-то стройки, он вывалил трупы за горой строительного мусора и, заклиная все известные ему потусторонние силы, чтобы во время этого весьма сомнительного действия его никто не видел, выехал на улицу.