Пятая Стража
Шрифт:
— Он спрашивает, что мы ему вкололи? — осторожно придерживая голову Андрея в полном сгибе локтя, сказала Людочка.
— А черт его знает… транквилизатор какой-то. Написано в инструкции — для снятия стресса. Спит? Пусть спит…
Лехельт снова зашептал что-то.
— Он говорит — к нему приезжал Дабир Рустиани!
— На какой машине? Не видел? Все равно молодец!
Старый поспешно связался с базой.
— Он спрашивает — кто на посту? — продолжала Людочка. — Что за пеший пост?
— А! Это я оперка молодого послал, который с нами ехал. Пусть хлебнет нашего… хомячок кабинетный.
— Саша, между прочим, сам вызвался!
— Саша… — хмыкнул Тыбинь. — Подумаешь… вот я Морзику все расскажу. Пошел — и молодец. А что — тебя надо было посылать? Андрюха! Эй! Ты не побит нигде, не ранен? Может, перевязать?
— Он спит уже… Вы ему правильную дозу вкололи?
— Кто его знает… Что было в тюбике, то и вколол! Надо было бы осмотреть его… ну да ладно. Пусть спит. Скоро уже начнется представление…
Тыбинь как в воду глядел.
Закончив хлопоты по хозяйству затемно, рослый рыбак, покачиваясь под хмельком, похохатывая, вошел в коптильню. В руках он нес холщовый мешок, почти пустой. Едва коснувшись двери, почувствовав, что она не заперта, хозяин бросил мешок, на дне которого брякнуло что—то металлическое, вбежал в хибару, тотчас выскочил наружу, взволнованно оглядываясь.
Нестерович затаил дыхание, охватив ногами кривую развилку сосны.
— Вижу рыбака! — доложил он в ССН Тыбиню. — Бежит с ружьем по следам… нет, вернулся, мешок забрал… Вот, снова бежит… теперь снова не вижу!
— Сиди тихо! — посоветовал Старый. — Я вокруг тебя посыпал, собаки не учуют, но услышать могут. Тогда мы тебя не успеем спасти!
Он специально нагонял страху на молодого опера.
— Возвращается… — шепотом доложил Нестерович. — Добежал до дороги, наверное… запыхался. Физуха у него ни к черту… Ой, ко мне идет!
Старый выругался, вышел из машины, прикрывшись строениями, наблюдал соседний мысок в прибор ночного видения. Высокая фигура бесцельно пошаталась по округе, потом бегом скрылась в избе.
— Ушел! — облегченно выдохнул Нестерович.
— Сами видим… Хоть бы он не струсил, не стал
скрывать, что Андрюха сбежал! А то все псу под хвост…
Через некоторое время хозяин коптильни вывел из гаража мини-грузовик и принялся торопливо кидать в него какое-то имущество.
— Барахло собирает! — доложил Тыбинь на базу. — Рыбак сматывает удочки. Задержать?
— Ни в коем случае! — запретили с базы голосом Дмитриева. — Пусть валит, куда хочет… потом найдем. Не тяните его, заметит по темноте. Когда он отвалит, снимайте пост и возвращайтесь к нам.
— А что у вас? Наш рыболов позвонил хозяевам?
— У нас — полный порядок! — не сдержавшись, поделился радостью опер. — Работаем! Удалось! Весь штаб здесь, даже Вэ-Эс приехал!
Не без колебаний дав добро на инициацию активной фазы операции «Эскулап», Владимир Сергеевич Ястребов выехал на место, едва только на объектах началось движение. Расположившись в штабном автобусе, он, Сидоров и Шубин ждали результатов. Полковник Яро—шевский, командир спецназа, уточнял задачи командирам штурмовых групп.
— В первую
Щеголеватый Сидоров понимающе кивал. Первый зам жаждал крови. В переносном смысле, конечно.
— «Наружка» фиксирует движение в поселке, — доложил генералам Дмитриев, принимающий сообщения. — Из трех домов вышли люди… собираются на остановке.
— На работу в ночную смену, — довольно потер руки Сидоров. — Миша, мы проверяли эти дома?
— Один проверяли, два других нет. Из коттеджа в сторону овощного склада вышли две машины… уже прошли первый контрольный пост.
— Что видеоконтроль?
— Пока ничего нового. На базе только сторожа.
— Новости начнутся, когда люди приедут, — сказалдовольный Шубин. — Они должны за ночь все обработать и вывезти на рынки. У них дел немерено.
— Эпидемиологи готовы?
— Спецмашины в лесу, в пяти километрах отсюда.
— Пронеси, Господи, — шутливо перекрестился Шубин. — Сядем в карантин всем управлением. Вот вакансий-то освободится!
— Что, Сан Саныч, сияешь, как медная копеечка? — улыбаясь, спросил Сидоров. — Нашел что-то?
— В карты ваших оперов обставил, Игорь Станиславович!
— Товарищ генерал! Из пресс-службы какой-то лето писец. Просит, чтобы его пустили посмотреть… для истории.
— Запереть в машине! — вскричал Сидоров. — Не дай Бог влезет куда-нибудь! Как это они опять пронюхали?!
Ястребов согласно кивнул. Лицо его было напряженным, хмурым. Он боялся сглазить удачу преждевременной радостью. Веселье коллег раздражало его.
Вскоре оживление и разговоры уступили место напряженному ожиданию. Рабочие прибыли на базу. С пяти точек видеоконтроля, установленных Миробоевым с Валентином, машины разведки наблюдали за происходящим в двух алюминиевых ангарах и во дворе за высоким забором. Одновременно «наружка» выполняла роль внешнего охранения. Внутри ее кольца сосредоточился на исходных позициях «Град». Когда в дальнем помещении склада начали развертывать пульверизаторы, Ястребов отдал приказ на выдвижение.
Поле и дорога вокруг базы оставались по-прежнему пустынными. Иногда по трассе проносились машины, светя фарами. Тучи скрывали луну. Потеплело, закапало с покатых крыш ангара. Градовцы в белых маскировочных комбезах вымокли, переползая открытое пространство. Снайперам было легче, чем бойцам штурмовых групп: они заранее выбрали и обустроили сухие позиции на возвышениях.
Пауза затянулась. В помещениях складов террористы закончили подготовку, ждали, курили. Ждали, курили в автобусе штаба, в машинах прослушки и связи. Курили на постах разведчики, не отрывая глаз от приборов ночного видения, привычно прикрывая огоньки сигарет ладонями. Только спецназ лежал в снегу и слякоти молча, недвижно, без огонька. Даже матерились беззвучно, про себя.
— Рановато выдвинулись, — шепотом сказал Сидоров Шубину.
Ястребов услышал, но виду не подал.
— К воротам идут шестеро, — доложил четвертый пост. — Разделяются на две группы.