Р.А.Б.
Шрифт:
– Угу, – вяло замычали мы.
– Мои коллеги, – кивнул он в сторону «Морфиуса» и «Тринити», – будут задавать вам вопросы и испрашивать разные документы. Степень допуска у них полная, посему вам не нужно каждый раз получать разрешение на предоставление информации у вашего руководства.
– Угу, – повторно исполнили мы.
– А если у кого есть сомнения в полномочиях, вот приказ генерального директора о проведении внутреннего аудита. – Он вытащил из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, развернул его, помахал перед нами и убрал обратно. – Тут все написано. Число. Подпись.
Что
– Я пойду с начальником вашим общаться. Вы уж тут постарайтесь моих коллег не обижать, хорошо?
Мы снова что-то промычали, а «Нео» встал, дошел до двери, собрался было ее открыть, но повернулся и тихим, я бы даже сказал ласковым голосом продолжил:
– А кто будет моих коллег обижать, у того удержим из зарплаты. Ну, вы это, кажется, уже и без меня поняли.
И ушел. А мы остались. Девушка не дала нам опомниться:
– Коллеги! На этой неделе нам понадобятся следующие сведения за полгода: о продажах по каждому клиенту, о дебиторской задолженности, о выплаченных бюджетах, о прочих, – она подчеркнула это слово, – материальных средствах. Вы записываете? Лучше бы вам записать. Также копии ваших еженедельных отчетов, контактные персоны ваших клиентов, их телефоны. Пока все. На следующей неделе мы будем говорить с вашими подчиненными, распорядитесь, чтобы у них были готовы соответствующие документы.
– Все эти данные у нас, разумеется, есть. Но нам бы хотелось, чтобы вы их, так сказать, озвучили. С копиями в руках. Вдруг в бухгалтерии или маркетинге что потерялось? – добавил мужчина.
– Пиздец… – прошептал кто-то у меня за спиной.
– Мы начинаем работать с завтрашнего дня. Прошу всех отменить рабочие визиты и подготовить упомянутые документы. График собеседования будет предоставлен завтра не позднее одиннадцати утра. Вопросы? – Она поправила волосы и откинулась в кресле. Она была невероятно, как-то по-животному сексуальна.
– Вопросов нет, мэм, – ответил за всех Загорецкий. – Будет исполнено, мэм!!!
– Служили в американской армии? – улыбнулась она. – Завтра с вас и начнем…
После ухода этих зверей мы собрались было устроить экстренный сходняк, но нас вызвал Львов. В его кабинете было душно: кондиционер работал, как всегда, но липкий страх, источаемый Львовым, его паника, вытеснили из помещения воздух.
Он вещал около часа. Говорил, что все это не просто так (а мы-то думали, что просто), что внутренний аудит вызван низкими показателями продаж в департаменте, неоправданно высокими бюджетными затратами, непомерно раздутым штатом и всеобщим разгильдяйством. И все это устроили мы. И мы, конечно, понесем за это заслуженную ответственность (только после вас, сэр), если не выправим ситуацию в течение двух недель. А выправить нужно было следующее: сократить зарплату персоналу, а также бюджеты и «откаты», увеличить собираемость дебиторской задолженности,
Наоравшись, он сел, снял галстук, выпил стакан воды и сменил тональность. Оказалось, что, несмотря на все, «что мы тут устроили», мы – его команда, и он будет бороться за нас перед вышестоящим руководством. Для него де это вопрос чести. Он столько с нами прошел, столько побед одержал, и мы вместе столько побед еще одержим (ты искренне в это веришь, Львов?), но сейчас нужно собраться. Показать им, что нет повода для недоверия, что мы по-прежнему – один из лучших департаментов корпорации. А временные трудности – только временные. В общем, он в нас верит, он нас никогда не предаст, и мы им всем еще покажем (что?)!
Закончил Львов тем, что продиктовал номер своего мобильного, по которому с ним можно связаться в любое время суток по вопросам внутреннего аудита и вообще по любым вопросам: «Мне, – сказал, – теперь не до сна». Вот такой пафосный финал…
– Интересно, где он-то пиздит? – спросил Нестеров, подняв глаза к потолку.
– Мне кажется, он просто боится кресло потерять, – предположил я.
– Неа, не верю. То есть и это тоже, но воровство с его стороны имеет место. – Нестеров почесал затылок. – Казалось бы, вроде все источники перекрыты. А выходит, что и нет…
Комизм ситуации был в том, что говорить это должен был Львов. Про Нестерова, например. Но я даже не улыбнулся.
«Планерку» свою мы устроили в кафе, за три квартала от офиса. Я, Загорецкий, Нестеров, Керимов и Старостин. За обсуждением провели три часа, практически без алкоголя, если не считать пива. Кажется, пепельницы успевали доверху наполняться окурками еще в полете, пока официантка меняла одни на другие. Решено было начать с безжалостного мочилова мерчандайзеров.
– Для начала сократим зарплату, а кто будет выеживаться, уволим, – предложил Керимов.
– У меня в отделе одна сучка новенькая, – задумчиво проговорил Нестеров. – Я к ней и так и эдак. Ни в какую. Стерва. Вот с нее сокращение оплаты труда и начну…
– Кто про что, а ты… – помотал головой Загорецкий. – Ты не про телок рассуждай, а думай, как перед аудиторами общую стратегию держать.
– Я только про это и думаю! – обиделся Нестеров. – Эта просто… под горячую руку попала.
– Может, пока внутренний аудит идет, не будем откаты «пилить»? – робко предложил я.
– А что будем делать? Клиентов порадуем неожиданно возросшими бонусами? – разозлился Загорецкий. – Или «попиленное» обратно в бухгалтерию понесем?
– Тоже мне, придумал! – хмыкнул Керимов.
– Не о том рассуждаем. – Загорецкий почесал нос. – Главная стратегия аудиторов – поймать несостыковки в отчетах наших и бухгалтерских.
– А если я копию свою не найду? – спросил Керимов. – Я их не обязан за все годы хранить!
– Ты обязан хранить отчеты за текущий год, – спокойно сказал Загорецкий. – А тебя спросили данные за полгода. Если какой-то отчет потерялся, не страшно. Пробивать начнут на другом.
– На чем? – Я поежился.