Ранчо
Шрифт:
– Эти проклятые фотографы! – проскрежетал Гордон, обнимая ее и привлекая к себе. Ее рассказ о том, как с нее чуть было не сняли скальп, вызвал у него гнев. – Если бы не они, ты бы добралась до своего автобуса и спаслась. Они специально устроили затор, чтобы была сенсация.
– И добились своего. Это гораздо интереснее, чем выпытывать, заплатили ли мне за гимн.
– Вот черт!
Он удрученно покачал головой, уже представляя заголовок на полполосы: ТАНЯ ТОМАС – ПРИЧИНА БЕСПОРЯДКОВ В ВАЙОМИНГЕ. Довольно любой мелочи, чтобы превратить ее жизнь в ад. Оставалось
– Неужели, этому есть оправдание, Тан?
Она видела на его лице искреннее недоумение. Он не понимал, зачем ей все это надо.
– Не знаю. – Она пожала плечами. – Иногда есть. Так уж я живу. Раньше я была близка к тому, чтобы отказаться от продолжения карьеры, но это значило бы, что они победили. Разве можно позволить им лишить меня любимого дела только потому, что они стремятся испортить мне жизнь?
– Твоя правда. Но тебе надо все хорошенько взвесить. Ты должна как-то себя защитить.
– Я так и делаю. Дома у меня телохранители, колючая проволока, электронные ворота, камеры, цепные псы и все такое прочее. – Казалось, она считает все это атрибутами нормальной жизни.
– Не жизнь, а тюрьма! Я о другом. Лучше, чтобы людей не подмывало рвать тебе волосы всякий раз, когда ты выходишь купить мороженое. – Картина, свидетелем которой он только что стал, произвела на него неизгладимое впечатление. Он переживал за нее всей душой, считая, что она живет в нечеловеческих условиях.
– Давай-ка подъедем к телефону-автомату. – Ей не терпелось позвонить Тому в автобус, сообщить, что ей повезло и она в безопасности. Ее похитил друг. Она с улыбкой поведала Гордону о том, какой страх обуял ее в тот момент, когда он схватил ее в толпе. Она почувствовала, что такой силище невозможно сопротивляться.
– Бедняжка! Я хотел всего лишь быстрее тебя увезти.
Он подвез ее к автомату на заправке и стал внимательно наблюдать, как она набирает номер, надеясь, что ее больше никто не узнает. Том немедленно схватил трубку. С ним в автобусе находились не только Мэри Стюарт и Хартли, но и полицейские. Они знали, что она позвонит, если все обойдется. Хартли уже догадался, что ее похитителем стал Гордон, но поостерегся делиться своей догадкой. Полицейские услышали от них одно: на родео у нее были друзья, поэтому можно надеяться, что она скрылась с ними. Услышав ее голос, Мэри Стюарт облегченно перевела дух.
– Ты цела? – крикнула она, все еще дрожа.
Ужас пережила не только Таня, но и остальные. Они получили наглядный пример, чем является Танино существование.
– Цела. Вид, конечно, страшный, но кости не поломаны. Я просто перепугалась. Ты уж меня прости, Стью! Хартли, наверное, в бешенстве?
Она представила себе, как он негодует. До того как на ней женился Тони, многие знакомые мужчины отказывались появляться с ней в общественных местах, говоря, что поход с ней в кино превращается в боксерский матч......
– Что ты! – возмутилась Мэри Стюарт. – Ты же не виновата. Он негодует на прессу. Твердит, что завтра устроит разнос владельцу газеты и местной телекомпании.
– Пускай зря не старается.
Мэри Стюарт оглянулась. Урон был значительный: безумцы утащили пепельницы, подушки, перебили посуду, сорвали занавески. Впрочем, непоправимых изъянов не заметно. Выслушав водителя, Мэри Стюарт сказала Тане:
– Том говорит, что это похоже на Санта-Фе, но не так плохо, как в Денвере или Лас-Вегасе. Неужели такое происходит с тобой регулярно? – Мэри Стюарт всплеснула руками. – Бедная Таня! Что за кошмар!
– Более или менее, – спокойно ответила Таня. – Скоро увидимся.
При этих словах Гордон прикоснулся к ее руке:
– Подожди давать обещания.
Он сам покраснел от своей дерзости. Хотел предложить ей куда-нибудь заехать, чтобы выпить по стаканчику и прийти в себя, но не посмел. Лучше отвезти ее к себе домой и спокойно поговорить по душам у камина. Ему больше не хотелось показываться с ней на людях. Она слишком настрадалась, и теперь самое время привести ее в себя крепкими объятиями. Кто знает, что могло бы за этим последовать...
Прочитав его мысли, Таня улыбнулась и кивнула:
– Не волнуйся за меня. Возможно, вернусь поздно. Я в надежных руках.
Мэри Стюарт поняла.
– Значит, встретимся только завтра? – предположила она с усмешкой.
Таня рассмеялась:
– Не знаю, что и сказать... Передай привет Зое и скажи ей, что она правильно сделала, оставшись дома. Еще раз передай Хартли мои извинения.
– Хватит оправдываться! Мы все понимаем тебя. Передай мою благодарность своему другу. Он постарался на славу.
– Он вообще славный, – согласилась Таня и улыбнулась Гордону из телефонной будки.
– Мне тоже так кажется, – тихо ответила Мэри Стюарт. – Береги себя, Тан. Мы тебя любим.
– Я тоже тебя люблю, Стью. Спокойной ночи.
Таня повесила трубку и обернулась. Гордон ждал этого момента, чтобы заключить ее в объятия. Постояв так довольно долго, он посадил ее обратно в грузовик и повез к своему домику на ранчо позади загона. Тихо остановившись, он выключил фары.
Какое-то время они сидели молча. Они многое пережили за этот вечер, и Таня еще не до конца опомнилась. Сначала его выступление на родео, потом несравненно худшее испытание...
– Как ты себя чувствуешь, Танни? – участливо спросил Гордон.
– Кажется, нормально. – До ее дома отсюда всего четверть мили, но ей туда не хотелось. – Я всегда медленно прихожу в себя после таких встрясок.
– Хочешь зайти? – спросил он.
Он бы не обиделся, если бы Таня отказалась, предпочтя вернуться к себе и уснуть. Но ему хотелось побыть с ней еще, и он был готов нарушить предписание владельцев ранчо. Лучше это, чем попасться на глаза у ее дома. Если бы кто-то увидел их вдвоем, он в любом случае лишился бы места, но Гордон уже несколько дней назад принял решение, что ради нее можно пожертвовать работой.