Расплата
Шрифт:
– Магия, которую использует Ральмиэль… кто создаёт её?
– Не знаю.
Кости смерил его изучающим взглядом.
– Хотя мне это и не доставит удовольствия, но я либо выбью из тебя ответ, либо заберу тебя с собой и буду продолжать пить твою, несомненно, паршивую на вкус кровь, пока тебе не надоест быть моей закуской, и ты не расколешься.
– Надеюсь, она превратит твою кровь в пыль, – огрызнулся Жан-Пьер, но назвал Кости имя. И местоположение.
– Ты позвонишь мне, если
– И не заставляй меня прекращать долгие и дружественные отношения с твоей семьёй какой-нибудь глупой выходкой, – добавил Кости, позволяя зелени вспыхнуть в глазах, когда протянул ему подставку.
Жан-Пьер взял её.
– Я не ссорюсь с дебилами. Слишком много плохих последствий.
Кости просто кивнул, когда вышел. Тоже совершенно верно подмечено.
* * * На четвёртый день пребывания Кости в городе обнаружили ещё один труп. Как и прежде, Кости отправился на место преступления, дабы посмотреть, что можно оттуда использовать – хоть что-нибудь – чтобы выследить ЛаЛори.
Джелани беседовал с детективом, расследующим это дело. Из их тихого разговора Кости понял, что детектив считал, будто Джелани является партнёром в одной из крупнейших инвестиционных компаний, финансирующих город, а сам Кости – частным сыщиком.
Кости заставил Джелани убрать из квартиры всех, прежде чем сам вошёл внутрь, не обращая внимания на чушь о том, что нельзя ничего трогать на месте преступления, которую нёс детектив. Он оставит на месте преступления гораздо меньший кавардак, чем эти парни.
Оставшись один, он обошёл всё жилище, глубоко вдыхая каждые несколько секунд.
«Те же самые мужской и женский ароматы, что и в той квартире, хотя они и провели здесь куда меньше времени, а в спешке чудовищно наследили. Те брызги взялись из бьющей фонтаном артериальной крови – рана имела довольно широкую дугообразную форму, поэтому девушка, вероятно, бежала, когда они разорвали ей горло. Однако не та девушка, которую они прикончили в кухне. Этой бедняжке принадлежала предыдущая квартира, и у неё просто не было ног, чтобы убегать.
А парень наблюдал за всем. Его кровь свежее, чем их. И вонью от его страха пропитались обе комнаты. Кроме того, если судить по виду ран несчастного, он, скорее всего, был ещё жив, когда они пожирали его руки…»
Кости почувствовал движение в воздухе прямо перед тем, как появился Ральмиэль. Он повернулся, выхватывая нож, но в этот раз вампир не нацеливал на него никакого оружия. Нет, Ральмиэль почти печальным взглядом осматривал кровавую бойню, случившуюся в комнате.
– Mon Dieu! (Бог
При обычных обстоятельствах Кости не согласился бы, а приступил бы к вытрясанию дерьма из Ральмиэля. Но запахи, представшая перед глазами картина и аура отчаянного ужаса, царящая в этой квартире, и у него отбили охоту к дальнейшему насилию. Кости опустил нож, но не выпустил его из руки. Он был не настолько поражён, чтобы полностью лишиться рассудка.
– Зачем ты здесь, если не снова попытаться убить меня?
Ральмиэль обошёл комнату, вдыхая так же часто, как это делал Кости. В руке он сжимал маленький тёмный мешочек. Ах, да. Это, вероятно, и есть ральмиэлевский магический вариант телепорта.
– Случившееся было сделано не человеческими руками. Одно дело - убивать таких, как ты или я, – пренебрежительный тон Ральмиэля охватил недостаток значимости их обоих, – но эти люди невинны. Это неправильно.
Кости почти закатил глаза. Убийца с совестью. Если бы Ральмиэль не стремился прикончить его, он мог бы угостить его выпивкой, и они поговорили бы о деле.
– Не слышал о других убийствах? Тебе следует проявлять больше внимания, приятель.
– Я слышал о последнем, но не знал, что за него ответственен наш вид. Новый Орлеан – мой город. В нём есть своя темнота, но не такая. Ты знаешь, кто делает это?
Кости встретился взглядом со светящимися зеленью глазами другого вампира.
– Да.
Ральмиэль ждал. Но Кости больше ничего не добавил. Наконец, Ральмиэль окинул Кости оценивающим взглядом.
– Но ведь ты здесь, чтобы убить их, верно? А ты не слишком умён, если думаешь, будто потом Мари поблагодарит тебя за то, что ты украл у неё право отомстить.
Кости пожал плечами.
– Я сделаю это в любом случае. Называй это малоприбыльной рабочей неделей.
Ральмиэль рассмеялся, но смех получился резким.
– Скажи мне, кто стоит за этим, чтобы потом, когда я убью тебя, ты мог покинуть этот бренный мир, зная, что я не позволю такому повториться. Даю слово.
– Большущее спасибо, но я всё же рискну, – ответил Кости, и его глаза сверкнули зеленью.
Ральмиэль не знал об этом, но магические мешочки были последними. Вчера Кости нанёс визит Жоржетте, творцу необычных исчезновений Ральмиэля, и убедил её изменить составляющие для новой партии. Ему даже почти не понадобилось прибегать к угрозам. Жоржетта знала, что использование магии было запрещено законом вампиров, и, являясь поставщиком продукта, она выступала соучастницей и тоже была виновна.