Распутанный
Шрифт:
Парень. Следуй за парнем…
Приказ Влада пронесся в его голове, и зубы заскрежетали. Откуда вампир всегда знал, чем занимался Такер? Откуда у вампира был такой нерушимый контроль над ним?
Разочарованный, злой и в страхе от того, что произойдет, Такер выпрямился. Не в состоянии поступить иначе, он направился на юг, к ранчо Д и М, где жил Эйден. Туда, куда его забрала вампирская принцесса Виктория, когда они растворились в мгновение ока. Как обычно, Такер ощутил его, почувствовал тянущее напряжение в том направлении.
До
Последнее привело Влада в бешенство. Да так, что Такер испугался за собственную жизнь. В ярости бывший король невидимыми руками обхватил шею Такера, душа его. Наконец, вампир все же отпустил его и послал в дальнейшее шпионское дежурство.
Ему было любопытно, какой была конечная цель вампира. Почему он использовал Такера? Почему не потребовал свой трон сейчас же? И не все ли Такеру равно?
Чем больше увеличивалось расстояние между ним и Мэри Энн, тем сильнее он утверждался в ответах. Да. Ему было все равно. Он сделает то, что ему прикажут.
***
Яд гоблина жестоко обошелся с Эйденом, превратив его кровь в лаву, внутренние органы в пепел, а кожу в один гигантский шрам. Парень горел, зудел и его снова и снова тошнило густой черной слизью. Слава Богу, он убедил Викторию оставить его одного. Она протестовала, но он изобразил улыбку, что-то типа «со мной все в порядке» и умудрился убедить ее, что все хорошо.
Я здесь, я переживу, подумал он вяло, несмотря на то, что никогда раньше не ощущал такой слабости. Да, это было хуже, чем яд любого другого трупа, что он перенес. Этот затронул даже души. Те стонали у него в голове, иногда кричали, но всегда несвязно.
За исключением Элайджи.
«Смерть», — закричал телепат. — «Кровь. Так много крови. Она умирает. Мы не можем дать ей умереть».
— Кто? — Слово кислотой разъедало его горло.
«Он тоже умирает. Столько смертей».
— Кто умирает? — потребовал он еще настойчивей.
Элайджа продолжил, словно и не слышал вопросов Эйдена. Может, и не слышал. А может, он просто не знал.
«Нет. Нет! Они все умирают. Все. Война. Остановите войну. Мы должны остановить войну».
Какая война? Если это было предсказание…
Все это время призрак Томаса как приклеенный оставался около Эйдена, ходил, вопил, обвинял. Сказал, что хочет уйти. Что его семья будет искать его и узнает, что случилось. И что когда это произойдет, Эйден наконец-то узнает настоящее страдание. Бла-бла-бла.
— Э-эйден. Ты в порядке, приятель?
Было все еще сложно отличить реальность от моря шума, но с этим он стал лучше справляться, так что он знал, что в комнате с ним кто-то есть. Его веки тяжело поднялись, и сбоку от кровати сквозь пелену он различил Шеннона.
— Тебе п-принести что-нибудь? — Шеннон протянул руку и дотронулся до лба Эйдена.
В
Его желудок взбунтовался в новом положении стоя, заставив его наклониться и в очередной раз опорожнить желудок. К счастью, кто-то оставил здесь маленький металлический мусорный бак. Наверное, Дэн. Эйдену казалось, он припоминал, как парень проверял его несколько раз.
— Наружу, — умудрился он прохрипеть Калебу. Он хотел выйти из тела Шеннона.
Единственным ответом был еще один стон.
Обычно у души был контроль. Калеб решал в кого и когда вселяться. Иногда даже к Эйдену переходил контроль. Возможно, Калеб и не хотел вселяться в кого-то, но если Эйден достаточно сильно фокусировался, ему это удавалось. В этот раз ни у одного из них не было контроля, но они все равно сделали это.
Он пытался выйти из тела, как проделывал это со всеми остальными, но что-то держало его на поводке, сковывало там, не давая пошевелиться. Без движения. Он пытался снова и снова. Наконец, обессиленный, истощенный, хуже некуда, он сдался и упал на кровать. Он не мог слышать мысли Шеннона, так что, возможно, разум Шеннона тоже находился под его контролем. Это означало, что его друг не вспомнит этого.
Он надеялся.
Боже, что он собирается делать?
Как долго он валялся там, корчась от боли, он не знал. Время было неизмеримым, бесконечным. Пока не началось настоящее веселье.
Эйден тоже потерял связь с реальностью Шеннона, и когда он снова открыл глаза, он обнаружил себя в теле маленького мальчика. Шеннона, понял он, изучая темный цвет его руки. Более младшая версия Шеннона. В конце концов, он не потерял реальность Шеннона.
Даже если бы он не заметил физических различий, он бы знал. Он чувствовал правду, глубоко внутри. Он просто совершил путешествие во времени — в прошлое Шеннона.
А это невозможно, не без Евы и, конечно, не с чужой жизнью. Раньше Эйден всегда путешествовал в свое прошлое. Теперь он видел и чувствовал, то, что видел и чувствовал Шеннон. Физическая боль, по крайней мере, ушла, и души были скорее спокойны, чем взбудоражены.
Он сидел на качелях, раскачиваясь вперед и назад, крошечные сандалии подталкивали гравий. Его маленькие ручки сжимали металлические цепи по бокам. Солнце ярко светило, его единственный друг.
— Эй, Ш-Ш-Шеннон, — насмехался ребенок неподалеку. Еще несколько смеющихся детей присоединилось к нему. Они были возле школы, Эйден знал это на уровне инстинкта, и на перемене.
Там была горка, карусель и гимнастический снаряд «Джунгли», но, похоже, никого из мальчиков это не волновало. Все их внимание было обращено на Шеннона.