Распутанный
Шрифт:
Беспокойно кивнув, Виктория исчезла.
Мэри Энн молчала, пока ворошила свитера и джинсы в шкафу. Молчала она и пока одевалась в ванной. Одевшись, сложила свои книги и рюкзак — все еще молча. Райли уже снял свои джинсы — где он их хранил? — и перекинулся в волка.
Вместе они сбежали по ступенькам в кухню. В воздухе разнесся аромат яиц и бекона. Ее рот не наполнился слюной, но и желудок не угрожал взбунтоваться снова. Уже хорошо.
— Папа, — произнесла она, приветствуя.
Он обернулся, осмотрел Райли и замер, лицо выражало
— Господи, я и не осознавал, насколько эта тварь огромна.
— Извини, пап, но у меня нет времени завтракать. Я забыла, что хотела пойти в школу пораньше, чтобы подготовиться к тесту по химии.
Он нахмурился.
— В последнее время ты едва ковыряешь еду. Не думай, что я не заметил. По крайней мере, возьми кусочек бекона с собой. Это пища для мозга.
Она не хотела спорить, поэтому взяла кусочек, который он ей протянул.
— Спасибо.
— Хочешь, подвезу?
— Не. — Чересчур повседневно? — Кислород для мозга и все в таком духе.
— Удачи, милая.
— Спасибо. Люблю тебя. — С этими словами она вышла за дверь и побежала к воротам, Райли бежал в ногу сбоку.
Забавно. По дороге туда она могла поклясться, что заметила Такера, бегущего с ними, но казалось, что Райли его не видел, а Райли видел все, так что она убедила себя, что ей померещилось.
К тому же, даже если Такер и был там, даже если и преследовал ее, у нее не было времени, чтобы остановиться и спросить его. Она нужна была Эйдену. Она только молилась, что сможет помочь ему, а не причинит ему еще большего вреда.
Глава 17
Два голоса звали Эйдена. Оба женские. Оба встревоженные.
— Попробуй еще что-нибудь.
— Например? Я уже все перепробовала! Кричала на него, трясла его, била.
— Он внутри этого тела. Вытащи. Его. Оттуда!
— Что ты хочешь, чтобы я сделала? Заглянула ему в грудь?
— Да!
— Ты такое наказание! И как тебя Эйден выносит? Но ладно, я это сделаю. Попытаюсь.
В одно мгновение Эйден был в теле Шеннона, дрейфуя в мыслях и памяти его друга, переживая болезненное и одинокое прошлое, как свое собственное, а в следующее стоял рядом с Мэри Энн с рукой в ее руке.
Она задыхалась, ее кожа блестела от пота, а взгляд потускнел от шока и усталости.
— Ты видела это? — выдохнула она. — Видела? Не могу поверить, что я это сделала. Скажи, что ты видела!
— Что произошло? — прохрипел он. Боже, у него все болело. Каждый сантиметр его тела болел, будто его побили и переехали — побили бейсбольной битой и переехали грузовиком.
Виктория подошла к нему с другой стороны, с отвисшей от шока челюстью.
— С тобой все хорошо. Теперь с тобой будет все хорошо.
Она пыталась убедить его? Или себя?
— Что произошло? — спросил он снова.
— Она… она потянулась внутрь и выдернула наружу. Сначала ты был как призрак, ей-богу, бесплотный,
Какие-нибудь побочные эффекты? Эйден внутренне проанализировал себя. Его колено болело больше всего, его трясло, но больше не тошнило, и он не был парализован. Яд вышел из него. Слава Богу. Он чуть не упал в обморок от облегчения.
Элайджа, Калеб и Джулиан больше не стонали и сбивчиво не бормотали. Было тихо. Эйден мог сказать, что они были там, но вели себя тихо, будто были изнурены тяжелым испытанием и нуждались в отдыхе.
Несмотря на то, что Мэри Энн была рядом, мистер Томас тоже присутствовал. Просто очертания, но Эйден все равно его видел. Он сидел за столом с упрямым выражением лица, сложив руки на животе. Впрочем, он не скрывал интерес в своих глазах. Он наблюдал и подмечал каждую деталь.
Странно. Райли не было. Мэри Энн должна была заглушить полностью все способности Эйдена. Почему же этого не произошло?
— Эм, Э-эйден. — Шеннон медленно сел, осмотрел спальню и потер лицо трясущимися пальцами. — Ч-что сейчас было? Я стоял н-напротив тебя. Ведь так? Как я оказался на кровати?
Значит, он не знал, что Эйден был внутри него. Спасибо, Господи, за это тоже.
— Ты потерял сознание. — Это единственное, что пришло в его затуманенную голову так спонтанно.
— П-потерял сознание? Почему? — Шеннон взглянул на часы, потряс головой, потер глаза. — Девять пятнадцать. Как это девять пятнадцать? Я пытался разбудить тебя в шесть тридцать. Я должен быть в школе. Д-дерьмо! Я опоздал. Д-дэн взбесится. Он…
— Он думает, что ты заболел. — Эйден припомнил, что Дэн заходил, и то, что он говорил. — И так и было. На какое-то время.
Шеннон успокоился, сосредоточился на девочках и нахмурился.
— Что вы, ребята, тут д-делаете? И когда вы пришли сюда? Боже, это с-странно. Я никогда раньше не терял сознание. Никогда не терял чувство времени, как сейчас.
— Шеннон, — произнесла Виктория, ее голос неожиданно отяжелел, расслоился… обрел силу.
Голос. Эйден протянул руку и схватил ее запястье. Когда она перевела на него взгляд, он покачал головой.
— Не делай этого. — Всю свою жизнь Шеннон чувствовал себя беззащитным и беспомощным, и Эйден не станет прибавлять к этому… неважно, понял его друг, что произошло, или нет.
Явно смущенная, Виктория кивнула.
— Шеннон, ты в состоянии идти в школу? — спросил Эйден.
— Да. Я… Я хорошо себя чувствую. Кроме этого провала во времени.
— Ты еще можешь пойти, если хочешь.
Темная бровь приподнялась.
— А ты собираешься?
Эйден покачал головой.
— Да, но не сейчас. — Такими темпами он вряд ли получит хоть какое-то образование в ближайшее время. — Я все еще не чувствую себя на сто процентов.