Рассказы
Шрифт:
От мрачных мыслей меня отвлек мурлыкающий голос темноэльфийского мужа:
— Ки, ты, кажется, мне собиралась обновочку показать…
А я и не забыла вовсе…
Кстати, зря я боялась, Лииниарр пеньюарчик таки не порвал. Умеет ведь, когда хочет.
04.09.2007 г.
3. Драконьи сокровища
Вот ведь бывают такие паршивые деньки, когда все идет
Ан нет! Фигушки!
Утро началось с подсчета убытков. Одной посуды битой на десять с половиной сребреников набралось. Не говоря уж о выбитом окне и поломанной лавке. Думаете, наемники перепились и буянили? Ничего подобного!
Накануне сосед-шорник Ленигэн справлял в моем трактире поминки по усопшему дядюшке. Демоны его раздери! Я имею в виду самого Лени, потому что его покойного родича в преисподней уже лет десять поджидали с нетерпением. По случаю получения скромного наследства в виде трех тощих овец, сундука набитого всяким мусором и фарфоровой супницы, Лени решил срочно выйти из многодневного запоя, чтобы проводить дядюшку в последний путь как полагается.
Ну и проводил. Вообще-то у нас сразу после скорбной погребальной церемонии всем полагается нажраться до заворота кишок, напиться до полусмерти и подраться с каждым, чья рожа не внушает никакого доверия. Хотелось бы мне видеть хоть одну рожу в нашем мирном городишке, которая это самое доверие внушает. Нет, брешу. Есть! У тети Соньи — тролльши, у неё всё внушает, начиная от шиньона из грифоньего хвоста и заканчивая размером бюста. Но во время городских праздников, к которым относятся не только поминки, но и свадьбы, тетя Сонья принципиально сидит дома и из-за занавесок зорко наблюдает, кто и к кому потом зашел на чашечку кофе. Охраняет общественную мораль.
И при мысли о том, как любезная соседушка распишет вчерашнее происшествие, у меня окончательно испортилось настроение. Вернее сказать, в тот момент я так искренне полагала. Ведь как это часто бывает, ты думаешь, что хуже быть не может, дальше идти некуда, а тем паче глубже падать, а на самом деле неприятности только начинаются.
Ну, значит, сижу я над учетной книгой и роняю скупую слезу прямо на итоговую цифру графы "Убытки", в этот момент дверь с треском распахивается настежь, и что я вижу? Ба! Мой предпоследний муж! Получи дракон баллистой от эльфийского бойца.
Скажите честно, вы любите гномов? Когда они шумной ватагой вваливаются в ваш дом, попутно доламывая чудом уцелевшую накануне дверь, когда швыряют на лавки вонючие и стоящие колом от грязи плащи, когда харкают на свежевымытый пол и смачно сморкаются в занавески, а так же обдают вас запахом перегара, чеснока и лука, вы их сильно любите?
— Дорин! Руки убери!
Кричать на весь трактир я, конечно, не стала, но прошипела так знатно и проникновенно, как не каждая чистокровная драконица сумеет. На то были свои резоны. Во-первых, у дроу очень чуткий слух, во-вторых, Лииниарр гномов не любит гораздо откровеннее, чем я, в-третьих, Дорин не такой уж и плохой парень, если разобраться, а мне бы не хотелось объяснять многочисленной подгорной родне причину его безвременной гибели во цвете лет.
— Твой дома? — тихо спросил Дорин, сразу догадавшись о причине смены тональности моего голоса. — Так бы сразу и сказала.
— А ты бы взял да и спросил, — посоветовала я. — Чего тебе надобно?
Глупый вопрос — согласна. Гномы никогда не появляются просто так. Если у вас в родственники затесался кто-то из этого племени, то можете не рассчитывать на визиты вежливости или подарки к незначительным праздникам, не ждите, что вас будут проведывать во время болезни, не зовите на день рождения вашей бабушки, потому что бородатые хамы появляются в поле вашего зрения только тогда, когда им от вас что-то надо. Причем срочно и вероятнее всего деньги.
— Не дам! — сказала я твердо, поражая бывшего мужа нечеловеческой проницательностью.
— Ки! Ну, пожалуйста! — жалобно прогудел Дорин. — Позарез надо! Дело-то верное!
Кто бы знал, сколько раз я слышала этот гнусавый бас во всех возможных комбинациях. "Ки, ну я ж тебя люблю дуру такую!", "Ки, мама будет шибко ругаться", "Ки, зачем тебе колечко?" и коронное — "Ки, дай денег!". А уж про "верные дела" моего бывшего я могу написать три тома каждый толщиной с "Властелина колец". Нашлись бы только читатели.
— У мамочки своей надо было денежку просить, — победно заявила я. — Сказал бы, что на леденцы не хватает.
Дорин побагровел. Великие Драконы, как давно я мечтала сказать ему нечто подобное, да еще в присутствии друзей-приятелей. Те, радостно булькнули в бороды, подавляя всеми силами смех. Моя бывшая свекровь даже среди гномих слыла неимоверной жадиной. Но, когда она пыталась зажать мой свадебный подарок, Дорин посчитал сей поступок в высшей степени благоразумным, а когда вместо серебра и каменьев на очередное "верное дело" мамочка кукиш подсунула ему самому — это уже совсем другой разговор.
— Ки, я тебе все расскажу, только ты послушай, — попросил Дорин, прямо на глазах превращаясь из подгорного мужлана в обходительного джентльмена. Сразу видно — мужчина сильно нуждается в наличных!
Он взял меня под ручку и отвел в сторонку, рискуя, между прочим, заработать у сородичей репутацию дамского угодника, что в гномьей среде сродни позорнейшему клейму. Оно ж понятно, за закрытыми дверями они перед женами и матерями стелются, а в чисто мужской компании баб принято грязно поносить и всячески презирать.