Разлом
Шрифт:
Но сейчас, спустя несколько дней, она готова была винить во всем Эльвиру. Возможно, именно ее темное влияние заставило думать, будто Селена может любить кого-либо кроме Господа. Селена поклялась не выпускать ее больше никогда, и принялась молиться с этого дня в два раза чаще.
Глава двадцать шестая
Несколько дней они шли по лесу, натыкаясь на следы тварей из Разлома. Загаженная земля, переломанные, поваленные деревья, с начисто объеденными
Один раз наткнулись на уничтоженную деревеньку неко. Все домики были разрушены, от жителей не осталось и следа, если не считать пары-тройки обглоданных костей, завалившихся в укромное место.
– Они пожирают все живое, – заметил Тирри с плеча Роланда.
– Как эти чудища могут тут выжить? – задумчиво спросил Роланд. – Они ведь жили в Разломе, и там всегда стоял туман, прикрывавший их от палящего солнца? Но здесь? Даже несмотря на густую тень, тут хватает света... Как они могли так далеко зайти?
– Чудища... – пробормотал Тирри. – Что за варварский термин! Умные люди называют этих созданий мутантами. В этом кроется причина их живучести.
– В правильном названии? – улыбнулся Роланд.
– Слово «мутант» происходит от слова «мутация», – заметил Тирри. – Что означает определенные изменения в природе живого организма, позволяющие ему адаптироваться к изменяющимся условиям существования...
– Тирри! – сдвинул брови Роланд. – Прекрати!
– Ладно-ладно, – вздохнул зверек. – Так тяжело общаться со слабыми умами... В общем, никакие это не чудища, это мутанты. И если они смогли устроиться в гнилых болотах Разлома, что помешает им выжить здесь? Они снова изменятся, приобретут новые формы... Конечно, странно, что за столько короткий срок, но...
– И станут еще чудовищнее? – ужаснулась Селена.
– Ну, это зависит от точки зрения! Вы же, люди, не считаете нас с инурами чудовищами? А мы ведь тоже мутанты.
Шедший последним Ральф навострил уши:
– Эй ты, мелкий! Как ты меня назвал?
– Успокойся, – Тирри помахал инуру лапой. – Ты должен принять эту правду. Да, я понимаю, это больно, мне тоже было плохо поначалу, когда мудрецы Аламара открыли мне истину, но теперь...
– Какую еще истину? – зарычал Ральф. – Мы были созданы Господом в поучение людям, это знают все Измененные.
– Да кто спорит? Но не сам же он нас лепил из глины. Произошли определенные мутации в доселе неразумных тварях вроде кошек или собак.
– Тирри! – Ральф погрозил ему кулаком. – Ты что несешь? Может твои предки и вышли из каких-то там сусликов, сурков или еще каких крыс, но мы, инуры, не имеем никакого отношения к собакам. Хотя, должен заметить, питаем к этим существам уважение.
– Вряд ли суслики или сурки, – задумчиво отозвался Тирри. – Но, если подумать, неисповедимы пути мутации.
На
– Я пришел с миром! – бросил вожак издалека.
Воины столпились за ним плотной группой, даже не пытаясь рассеяться по всей поляне. Ральф и Роланд переглянулись. Не было на их памяти случаев, когда «белоголовые» приходили с миром. Однако ни Ральф, ни Роланд не чувствовали опасности. Да и выглядели неко чересчур усталыми для боя.
Пожав плечами, инур вернул секиру за спину, карнелиец медленно убрал в ножны меч.
– Подсаживайся к огню, «белоголовый», – Роланд приглашающе махнул рукой на землю рядом с собой – врага следовало держать поближе. – Хотя твоим людям лучше разбить свой костер, здесь будет тесновато.
Неко понимающе кивнул, бросил своим несколько слов и те поспешно отступили на другой конец поляны, засуетились, собирая сушняк. Сам вожак, под настороженным взглядом Роланда, неспешно присел у костра и покосился на карнелийца.
– Давно догадался? – спокойно полюбопытствовал неко.
– Таких как ты всегда выдают глаза, – ответил Роланд.
Сейчас, при свете дня карнелиец наконец смог внимательно рассмотреть этого неко. Как и большинство представителей его племени, вожак был невысок, худощав и очень гибок. Он как будто бы не двигался, а переливался из одного положения в другое. Из-за многочисленных шрамов, покрывающих лицо вожака вдоль и поперек, обычная для неко шерсть на щеках росла клочьями. Выглядело это уродливо, даже по меркам неко, но зато, если не заметить зеленые с вертикальным зрачком глаза, лицо его можно было легко спутать с человеческим.
Карнелиец почему-то тотчас уверился, что вожак неко не один раз пользовался этим своим уродством. Достаточно было пониже опустить капюшон плаща, упрятать хвост, уши и все – мирные поселяне, а то и неопытные воины могли запросто обмануться. Сколько же доверчивых стражей поплатились жизнью, позволив этому неко подойти на расстояние броска?..
– Таких как ты тоже, – парировал неко. – Думаю, на твоих руках крови моих соплеменников не меньше чем на моих – крови карнелийцев.
– Ты пришел сюда, чтобы посчитаться кровью?
– Ты прав, – неохотно признался вожак. – Я здесь не для того, чтобы ворошить давние обиды.
– Давние? – свирепо прорычал Ральф.
– Давние, – холодно повторил неко, даже не взглянув в сторону инура. – То, что я хотел убить вас в прошлый раз... В общем, я немного поспешил.
– Ладно, не будем время тратить, что тебе нужно? – бросил Роланд.
Неко ответил не сразу. Несколько минут он вглядывался в огонь, и в его зеленых глазах плясали крохотные язычки пламени.
– Ты должен понять, карнелиец, мне не так-то легко говорить с тобой, – тихо сказал он наконец.