Разведчик (Хондо)
Шрифт:
Пораженная своим открытием, Энджи от неожиданности отпрянула и случайно толкнула ведро, которое с грохотом покатилось по полу. В то же мгновение Хондо Лэйн вскочил с постели, в руке у него блеснул револьвер.
Энджи инстинктивно потянулась к стене, где в кобуре висел старый отцовским кольт.
– Вы ХОНДО Лэйн! Убийца!
– Да, я ношу с собой оружие.
Он медленно опустил руку, в которой держал револьвер. Мелькнула черная сталь.
– Только в прошлом году вы убили троих. Я слышала об этом. ТРОИХ!
–
Он улыбнулся и шагнул ей навстречу, протянув левую руку, чтобы забрать у нее оружие. Не понимая, что делает, Энджи нажала на спусковой крючок, но курок лишь глухо щелкнул по пустому барабану. Так несколько секунд они смотрели друг на друга: улыбающийся Хондо и напуганная Энджи, дуло кольта уперлось ему в грудь. Мягким движением Хондо разжал Энджи пальцы и взял оружие.
– Никогда не держите оружие незаряженным.
Он зарядил кольт и положил его в кобуру, висевшую на стене.
– Это, чтобы Джонни случайно не выстрелил.
– Все равно. Лучше подвесить револьвер повыше, чем оставлять незаряженным.
– Я могла убить вас.
– Да, мэм.
Он направился к своему углу.
– Извините, что напугал вас. Очень уж необычный звук разбудил меня. Простите, мэм.
Он лег на тюфяк и укрылся одеялом. Через минуту Хондо уже спал.
Лэйн... Как же она раньше не догадалась?! Ведь это тот самый Хондо Лэйн, разведчик и вестовой генерала Крука.
Крук ценил таких людей и стремился заполучить их в свой отряд. Энджи однажды видела генерала, когда тот приезжал в Аризону. Она вспомнила человека невысокого роста, в гражданском костюме, путешествовавшего скромно, без шумных встреч в городах штата. Круку до последнего времени удавалось поддерживать мирные отношения с апачами.
Энджи сладко потянулась в постели. Как могло случиться, что она решилась убить Хондо? Испугалась? Энджи почувствовала, что лицо ее краснеет от волнения, она вздохнула и отвернулась к стене. И все-таки эту ночь Энджи провела спокойно, не страшась шорохов и темноты. Даже ветер за окном, шелестевший листвой и гулявший по крыше, навевал спокойные сны.
Поздно ночью Энджи проснулась и несколько минут лежала с открытыми глазами. Приятно было вспомнить, что теперь не надо колоть дрова рано утром: он и лошадей подковал. Сама бы она провозилась несколько дней.
Если ей придется уезжать, то деньги за лошадь были бы очень кстати. Но она не хочет покидать ранчо. Ведь здесь ее дом, и она проживет, вернется Эд или нет. Она может стрелять, ей уже удалось подстрелить зайца и двух антилоп. Джонни вырастет, станет настоящим мужчиной, ему Энджи передаст ранчо. Она могла бы торговать с индейцами.
Хондо проснулся, когда загорались еще первые лучи восходящего солнца. Он сел, прислушиваясь к утренней тишине, потом бесшумно поднялся, застегнул пояс и вложил в кобуру револьвер, который всю ночь держал в руке.
Хондо выглянул из окна. Лиловая кромка солнца медленно
Взглянув на ширму, за которой спали Энджи и Джонни, он нахлобучил шляпу, натянул ботинки и, стараясь не шуметь, открыл дверь.
Хондо поежился: было холодно, на траве блестела хрусталиками роса, зябко потянуло ветерком.
Лошади оживились, когда он бросил им на вилах сена. Хондо хлопнул по спине мустанга, тот вздрогнул, но не убежал. Хондо пошел к роднику.
Черная вода журчала среди камней, матово блестевших на дне источника. Он снял шляпу и, присев на корточки, зачерпнул воды. Холод сжал в морозные тиски лицо и руки. Умывшись, Хондо выпрямился и причесал волосы.
Деревья в долине еще стояли темными загадочными глыбами, на небе мерцала, словно не желая уступать дневному светилу, последняя утренняя звезда. Хондо обошел вокруг ранчо, за ночь появились новые следы, но то были не лошади, - стадо ланей спустилось ночью пастись на сочных лугах долины.
Огород, возделанный еще отцом Энджи, зеленел, но некоторые ростки завяли: миссис Лоуи поливала их вручную. За ручьем росла, никем не тронутая, индейская капуста. Энджи, видимо, не знает, что она съедобная. Очень часто индейцам приходится питаться ею, в голодные сезоны это неприметное растение спасает людей от смерти.
Даже в пустыне знающий человек не пропадет без съестных припасов. Оттого солдаты регулярной армии и терпят неудачи в борьбе с апачами. Индейцы знают каждый кустик, каждый источник в пустыне. Индеец может держать глоток воды во рту несколько дней и не хотеть пить. Они знают все растения, чьи мясистые листья утоляют жажду в пути.
Хондо, сворачивая папироску, долгим взглядом окинул склоны обступавших долину холмов. Конечно, апачи всегда не прочь полакомиться мясом мулов, разумеется, принадлежащих армии. Всякий индеец предпочтет мясо мула конине и даже говядине или баранине. Свинину краснокожие вообще не берут в рот.
Лэйн пошел мимо родника и сорвал дюжину кочанчиков дикой капусты. Он уже подошел к дому, когда дверь распахнулась и на пороге появилась Энджи Лоуи.
– Индейская капуста, - сказал Хондо, - ее много у воды. Очень хороший гарнир к мясу.
Он положил ей на ладони белые шарики, Энджи унесла их в дом.
– Рядом растет хлебный корень, - продолжал Хондо, - и комариные бобы, их хорошо добавлять в муку для выпечки хлеба.
– Вы, должно быть, очень много узнали от индейцев.
– Да, кое-что.
Он вошел в загон и набросил петлю на шею мустангу, потом вывел его на двор, надел седло и взнуздал. Привязав коня к столбу, Хондо вернулся в дом взять сумки и винтовку.
– Вы уезжаете?
– Да, пора.
Их взгляды встретились.