Рецидив

Головачев Василий Васильевич

Спицын с трудом удержался на ногах, выпрямился, выставил перед собой пистолет. По той лёгкости, с которой он двигался, по ощущению воздушности во всём теле он понял, что сила тяжести в месте выхода из телепортационного канала меньше земной, что означало: его действительно переправили на другую планету.

Помещение, где он оказался, не походило ни на одно из тех, какие он видел в жизни. На нём лежала «печать инородности», и глаз то и дело цеплялся за детали, подчёркивающие эту инородность.

Потолок,

источающий густой, коричневый, с оттенком бордового, свет, создающий впечатление слитка разогретого стекла…

Причудливо гнутые стены, покрытые жёлто-коричневой, с чёрными и розовыми прожилками, шелухой…

Серый пол, материал которого хоть и напоминал земной бетон, но казался слишком пористым и рыхлым, как ровно срезанный каравай хлеба…

Запахи, вызывающие ассоциации гаража и церкви…

И чёрный круг посреди зала, похожий на крышку люка.

Спицын опомнился, сошёл с круга, осознавая, что это, очевидно, эмиттер финиш-камеры, принявший объект с Земли с помощью хаура.

Послышался скрежещущий звук, будто в заржавленном замке проворачивался ключ.

Спицын бросил затравленный взгляд на стены помещения: спрятаться было совершенно негде, — отступил к ближайшей выпуклости стены.

Стена напротив лопнула, образуя вертикальную щель. Щель превратилась в дверь. Из проёма двери выскочили два мужика в пятнистых балахонах. В руках-лапах они держали странные изогнутые трубки с тремя разнокалиберными окулярами. Трубки вызывали неприятные ассоциации.

Спицын глянул на их лица, и сердце дало сбой.

Таких странных людей он ещё не видел, если не считать инопланетян, изображаемых в фантастических фильмах.

Лица у обоих были узкие, бледные, со щелевидными ртами и «слепыми» — без зрачков — прозрачными глазами.

Головы не имели ни ушей, ни волос.

Понять, о чём они думают, было решительно невозможно.

Унисорги, вспомнился термин Одинцова, искусственные организмы, созданные по образу и подобию человека, самого универсального обитателя Галактики.

Они уставились на гостя, не выражая никаких эмоций.

— Добрый день, — пробормотал Спицын, вспоминая инструкции и наставления по контактам с пришельцами, часть которых он разрабатывал сам. — Прошу прощения за вторжение. Не соизволите ли вы подсказать, где в настоящий момент находятся первые визитёры? Сюда направились трое мужчин… земляне.

Унисорги не ответили, продолжая равнодушно разглядывать полковника, потом вдруг разом вскинули свои трубки, словно получили по рации команду стрелять, и Спицын понял, что контакт развивается не в том направлении, в каком подразумевали инструкции. Подчиняясь инстинкту, он рухнул плашмя на пол.

Трубки в руках пятнистых псевдолюдей метнули сгустки искр, которые пролетели над

полковником, расширяясь и превращаясь в струи оптических искажений.

Спину продрал небывалый колючий мороз!

Струи воздуха, похожие на дрожащее марево над нагретым солнечными лучами асфальтом, воткнулись в изгибы стен помещения, проделали в них звездообразные дыры, на пол посыпались обломки и волны пыли.

Спицын беззвучно выматерился, обливаясь потом, выстрелил, особенно не целясь, и попал одному из стрелков прямо в лоб.

Пятнистый стрелок кувыркнулся назад через голову, отлетая к проходу в стене и роняя оружие.

Его напарник проводил его всё тем же равнодушным взглядом, повернулся к целящемуся в него землянину.

— Брось лучемёт! — рявкнул Спицын.

Пятнистый не послушался, наводя своё грозное оружие на Богдана Никандровича.

Спицын выстрелил ещё раз.

Пуля попала в самый большой окуляр на трубке.

Унисорг издал гортанный возглас, отскочил и, не глянув на приятеля, лежащего у стены с дыркой в голове, скрылся в глубине тёмного коридора за дверью.

— Проклятье! — Спицын расслабился, чувствуя стекающий с шеи на грудь ручеёк пота, встал.

Что-то зашипело, затылок лизнул поток холодного воздуха.

Спицын, млея, извернулся, вскидывая пистолет, собираясь стрелять в подкрадывающегося сзади, как ему показалось, ещё одного унисорга, но вместо него увидел призрак над чёрным кругом, окутанный тающими искрами.

Искры погасли, и призрак превратился в человека.

— Твою м-мать! — выдохнул Спицын.

— Это вы мне? — уточнил Жарницкий, держа в руке необычной формы пистолет.

— Извини. — Спицын вытер лоб тыльной стороной ладони, опустил свой пистолет. — Я тут встретил…

— Вижу, — кивнул Евгений, глядя на лежащее тело унисорга и расплывающуюся под головой зеленоватую лужу. — Контакт начался неудачно?

Спицын пожевал губами, приходя в себя.

— Они первыми начали.

— Они?

— Их было двое. Я им по-доброму… ни слова в ответ, глаза квадратные… начали стрелять! — Спицын передёрнул плечами, мотнул головой на проломы в стене помещения, заполненные тающим дымом.

— Такова здешняя реальность, — хмыкнул Евгений. — К ней надо приспособиться.

— Гнусная реальность!

— Согласен, недобрая, хотя есть хорошая шутка на этот счёт: реальность — это иллюзия, вызванная отсутствием алкоголя.

Спицын на шутку не отреагировал, всё ещё находясь под впечатлением «первого реального контакта» с инопланетянами.

— Что теперь?

— Вооружимся. — Жарницкий подошёл к убитому, подобрал с пола его «бластер».

— Вы разве не вооружены? — проворчал Спицын, глянув на пистолет в руке лейтенанта.