Рефугиум
Шрифт:
Выйдя из состояния транса, как мой остекленевший взгляд решила называть Яся, я увидел, что уже почти всё готово, и Ки с Сарычем практически закончили делать гигантскую удавку.
– Зуун, Яся, готовы?
– Будешь должен, - огрызнулась Яся, в то время как Зуун всего лишь кивнула, и обе девушки пошли ближе к развороченным внутренностям.
Респираторы серых нейтрализовали всякий запах, но вид стекающих потрохов был неприятен, а когда струя сформированной плазмы начала своё дело, на девушек стало страшно смотреть. Яся начала материться сразу, да используя такие обороты, что даже я, привыкший
Так мы и смотрели, как глухо матерясь в маски, две девушки плазменной струёй разделяют гигантского червя надвое. Сам же червь периодически сотрясался, вздрагивая всем телом, но чаще его конечности хаотично дёргались и сокращались в разные стороны. «Живой, и как всему живому, ужасу Улья не чужда боль», - подумал я в тот момент, когда с чавкающим звуком завершился омерзительный процесс отделения.
Продолжая покрывать матом всех, включая нас и скреббера, с ног до головы изгваздавшиеся девушки отошли, Ки скользнула в вездеход и началась финальная стадия. Сначала всё шло довольно бойко и тело скреббера утягивалось тросом. Цепи, протянутые так, чтобы захватить от края как минимум один ряд лап, о чём, кстати, мне транслировал картинку сам пациент, не соскочили, вопреки предположению Сарыча, но вскоре процесс замер.
Оставалось сжать примерно треть, когда вездеход начал буксовать, и как ни пыталась Ки хоть что-то предпринять, тот лишь глубже закапывался. Процесс стал затягиваться, грозя остановиться полностью, и мы с Сарычем уже начали размышлять о том, как бы это исправить, когда вдруг пасть червя распахнулась.
Мы видели всего одну створку, с той стороны, что оказалась передом, хотя, судя по кадрам с дрона, оба конца гигантского червя мало чем отличались. А дальше три жгута, толщиной не меньше трёх метров каждый, выпростались из чрева скреббера, стремительно двигаясь к вездеходу. Я даже не успел испугаться, как все три языка или щупальца, упёрлись в корму, начав толкать вездеход.
Трос и ещё что-то жалобно заскрипело, но дело сдвинулось с мёртвой точки, и через пару минут всё закончилось, а мне в голову вновь стукнули отбойным молотком. На сей раз посыл был простой и понятный - нужно подождать. Время ожидания не сообщалось, но то что нам деваться некуда, было очевидно. Три упиравшихся в корму щупальца так и продолжали на неё давить.
– Ки, давай к нам, у нас тут пауза образовалась, - сообщил я в гарнитуру.
– Рекламная, мать вашу, пауза, - проговорила Яся, как и Зуун, с ног до головы обтекавшая жидкостями скреббера, которые даже сейчас местами продолжали пениться.
– Тамада у вас дрянь, и аттракционы тоже, - отшутилась подруга, явно словившая откат от адреналина, добавив, - надо помыться.
– Очередной залп нецензурной ругани я услышал, когда она сняла маску, и поняла, что запах превосходил все её ожидания.
Мы с Сарычем помогли развернуть полевой душ, куда, несмотря на неподходящие для этого габариты, забились обе девушки и, матерясь, как подруги сапожников, стали намывать друг друга.
– А ничего так театр теней, - съехидничал Сарыч, наблюдая за силуэтами, на что я лишь угукнул, также продолжая коситься в сторону, откуда извергался с небольшими
Девушки давно уже привели себя в порядок, мы даже успели перекусить, смирившись с запахом, когда тело гигантского червя ожило. Там, где мы сделали утяжку, все конечности принялись двигаться, ковыряться в получившемся хвосте, что-то отрезать и выкидывать кусками.
– Я так понимаю, он себя зашивает?
– первой отреагировала Зуун.
– А чёрт его знает, - ответила Яся, - но я уже изрядно притомилась тут сидеть.
Непонятный процесс продолжался около получаса, после чего та часть за троссом, что мы стянули, отвалилась, будучи окончательно отделённая от туловища существа. Одновременно с этим и щупальца, или, как их назвала Яся, языки прекратили толкать вездеход, убравшись обратно в огромную пасть.
– Свобода, или как?
– прокомментировала Яся.
– Сейчас попробую узнать, - ответил я и хотел было вновь установить контакт, как червь, извернувшись, начал разворачиваться к нам тылом, демонстрируя то самое место, где проводил свою операцию.
Стало ясно, что колосс направился в сторону чёрных кластеров, до которых было не меньше полусотни километров отсюда.
– Думаю, что можно собираться, - подытожил Сарыч.
– Я не пойму, а как оно какать, простите за вопрос, будет?
– ошарашила всех Яся, - Ведь у него жопки-то нет?
– Жопки?
– первой отойдя от ступора, переспросила Зуун.
– Да, жопки.
– Ты лучше подумай, почему за всё время наблюдений дрон ни одного трупа не нашёл, - задала встречный вопрос напарница.
– Так тут всё просто, - начала отвечать Яся и тут же взвизгнула.
Червь, который, как мы предполагали, должен был двигаться к черноте, сделал крюк, и сейчас, выпустив те же щупальца, что мы видели раньше, разрывал на части остатки своего тела.
– Фу, - отойдя от увиденного, фыркнула Зуун.
– Приятного аппетита, - поддела её Яся, добавив, - судя по всему, он даже это не сожрёт, столько в него не влезет, так что нас он точно жрать не будет.
– Это хорошая новость, но я бы хотел убраться отсюда побыстрее, - высказался Сарыч.
– Согласен, - поддержал я.
Быстрый осмотр показал, что благодаря помощи скреббера в затягивании петли, мы лишились и задней лебёдки. Весь механизм перекосило, и привод был не в состоянии провернуть даже на пол-оборота. Пришлось воспользоваться услугами девушек, отрезали трос, после чего, загрузившись в транспорт, мы направились в стаб Крепость.
Глава 8
Вездеход мерно заезжал и съезжал с барханов, исправно глотая километр за километром, пока Сарыч не отозвал дрона, которого оставили для наблюдения за скреббером:
– До конца не доел и пополз к черноте, - внезапно сообщил он.
Эта фраза как будто разорвала некую пелену, что всех накрыла, и следующей отреагировала Зуун, задав уже мне вопрос интересовавший её:
– Ты общался с ним, расскажешь как?
– Да, Шустряк, изложи нам суть ваших бесед, а то впадаешь в транс, пялишься в одну точку не моргая, а потом встаёшь и говоришь что делать. Нет, как бы нас пронесло, ведь и сожрать мог, вон трупы все подъел, видимо орудуя тентаклями…